комнату.
– Но тем не менее, я не маг, Нелл. – Алекс медленно пошел вокруг девушки. И Нелл, у которой так была хорошая осанка, до предела выпрямила спину и напрягла плечи. Алекс остановился у нее за спиной и вкрадчиво шепнул на ухо, но так, что я услышала: – Я – вампир, Нелл.
С мгновение ничего не происходило. А потом, через секунду, я заметила, как расширяются глаза девушки. К ее чести, она выдержала, не отшатнулась, не закричала. Только в немом ужасе уставилась на меня. А я не знала, какую игру затеял Алекс, чего хочет добиться. Но уж ему-то точно виднее, как поступить с девчонкой. Поэтому я промолчала, ничего не сказала. Только кивком подтвердила слова мужа.
Нелл медленно, заторможено оглянулась на усмехающегося вампира за ее спиной. Потом так же медленно повернулась ко мне. Кажется, девчонка в шоке.
– И вы… миледи, вы… знали.
Я торжественно кивнула.
– Более того, Нелл, я знала об этом задолго до того, как вышла замуж за милорда. Я знала с кем соединяю свою жизнь и судьбу.
Нелл потрясенно выдохнула. А Алекс фыркнул и решил девчонку добить:
– Более того, Нелл, миледи, которой ты так стремишься служить, тоже не человек.
– А кто?
Я ежесекундно ожидала, что служанка сорвется, закатит истерику. Или скажет, что мы сумасшедшие. Но Нелл наоборот, начала успокаиваться. И даже ее глаза приняли уже свою обычную форму, больше не напоминая блюдца из тетушкиного любимого сервиза.
Алекс покинул свой наблюдательный пост за плечом у служанки и вернулся ко мне. Подмигнул. И весело повернулся к Нелл лицом:
– А миледи – ведьма!
Девушка недоверчиво покосилась на меня. А Алекс погладил меня по плечу и насмешливо поинтересовался:
– Ну что, ты все еще желаешь стать камеристкой моей жены?
Нелл несколько секунд смотрела на нас в упор прежде, чем ответить:
– Ну что ж. Значит нянюшка права. Значит, и впрямь не зря мне снился каждый год один и тот же сон, и мне самой судьбой уготовано служить великой ведьме Эренхая.
Глава 35
На комнату опустилась тишина. Алекс, казалось, даже не дышал. Я растерянно переводила взгляд с него на Нелл. Это про меня? Какая еще великая ведьма? То, что этот мир зовется Эренхаем мы оба уже знали. Но все остальное…
Я по-прежнему считала себя обычным человеком, бесплатным довеском к вампиру. Да, умею вызывать огонь. Но далеко не всегда, только тогда, когда действительно надо. Побаловаться не получится. Хоть я и пыталась не раз создать хотя бы искорку просто так. Для тренировки. Так о чем речь? Я была и есть бездарщина. Обычный человек.
Наконец отмер Алекс. Придвинул ко мне поближе второй стул и едва ли не на ощупь, слишком неуклюже для ловкого вампира, присел. Кивнул Нелл на табурет:
– Сядь и рассказывай.
Нелл подчинилась без звука. Аккуратно расправила юбку, разгладила скомканный ее же пальцами передник и сложила ладони на коленях, как примерная девочка.
– Особо и нечего рассказывать, ваша светлость. Я не помню точно, когда мне начал снится этот сон. Раз в год, в ночь Заветного цветка. – Поймав мой недоуменный взгляд, служанка торопливо пояснила: – Это праздник у нас такой, вскоре после летнего солнцестояния. Ничего особенного, но люди верят, что в эту ночь можно найти Заветный цветок, который приведет к богатству. И не важно, что никто не знает, как выглядит этот цветок. Главное, что цветет только раз в году. И только рядом с болотами. – Я понимающе ухмыльнулась. Ивана Купала празднуют и тут. А Нелл продолжила: – Точно помню, когда я впервые пожаловалась нянюшке на этот сон, мне было семь. Нянюшка меня утешила. И вскоре мы обе про это забыли. Через год все повторилось. А потом опять и опять. – Нелл внимательно изучила свои ладони, лежащие на коленях, и подняла на меня ясный взгляд: – Каждый год мне снится одно и то же: мрачный замок на холме, большой витраж в окне в виде светящейся книги, узкая женская ладонь в углублении каменного столба и какой-то амулет со зловещим багрово-алым камнем.
Я вздрогнула, услышав про амулет. Алекс нахмурился:
– Подробнее можешь описать амулет?
Нелл прикусила губу. На пару мгновений ее взгляд стал пустым, отсутствующим. Словно она была не здесь. Или заглядывала внутрь себя.
– Довольно большой, круглый. – Девушка показала незамкнутое кольцо из указательного и большого пальцев. – Железный, темный. Не черный и не ржавый. Просто темный. Какой-то узор по кругу и россыпь мелких тусклых камешков разных цветов. А по центру один крупный, как лесной орех, багровый камень.
Мы с Алексом переглянулись, и я по наитию вытащила из-за пазухи медальон. Я с ним никогда не расставалась после того, как мне начали снится кошмары. Но, как всегда, его никто не замечал, пока я не показывала его целенаправленно.
Медальон повис, покачиваясь на цепочке. Центральный камень в свете свечей тускло блеснул алой искоркой. А Нелл, вытаращив глаза, вдруг вскочила и снова грохнулась предо мной на колени:
– Госпожа!
Я опешила, столько благоговения звучало в ее голосе. Алекс взял меня за руку и крепко сжал, как бы успокаивая.
– Нелл, – голос вампира был спокоен и вкрадчив, – встань немедленно. Разговор еще не окончен. Ты так и не пояснила, почему считаешь, что тебе суждено служить великой ведьме.
Служанка медленно и как бы неохотно встала с пола и вернулась на табурет:
– Да особо и нечего рассказывать, ваша светлость. Как-то, когда я уже подросла и нянюшка в основном занималась моими младшими сестрами, после ночи Заветного цветка она пришла ко мне и, таинственно поблескивая глазами, шепотом поведала сказку о замке Ведьмина длань. Мол, стоит среди лесов, на холме. У подножия того холма – деревенька, жители которой всегда обеспечивали хозяйку Ведьминой длани всем необходимым. Много веков назад последняя хозяйка Ведьминой длани чем-то обидела или разозлила своих крестьян. Они собрались все вместе и ее убили. – В этом месте повествования мое неуемное воображение нарисовало мне дождливую ночь, свет факелов и толпу людей в лаптях, с вилами и граблями в руках.
