он не желал вспоминать. Люй Яо произнес:
– Но это так. Даже если это и было в далеком прошлом, думаю, вы бы не забыли подробностей. Вроде вы все еще занимаетесь врачеванием. Вам даже велено было вернуть демона Его Высочества с самого Диюя. Если это так, значит, вы не ударялись головой и не болели чем-то, что могло бы подвести вашу память…
Цзянь Чжун тяжело выдохнул, слегка покачал головой и ответил:
– Что вам нужно, мастер Люй?.. Боюсь, как бы я ни старался, я не смогу вспомнить всего, что произошло почти девятнадцать лет назад. Да и, простите за невежество, я врач и не имею права разглашать сведения о болезнях моих пациентов. Даже если я уже не являюсь личным лекарем Сына Неба, я все равно честный человек и хочу прожить выделенные мне богами последние дни в спокойствии, не имея за душой греха.
– Я не прошу вас рассказывать о состоянии здоровья императора, его наследников или наложниц, – ответил Люй Яо. – Меня интересует здоровье тех, кто давно покинул этот бренный мир. Думаю, разговор о мертвых вашей совести не навредит.
Лекари в императорских дворах были одними из самых доверенных лиц. Они могли творить чудеса, исцеляя тяжело больных, но могли и погубить. Тайны, которые они хранили, могли помочь развалить целые империи, развязать войны, узурпировать трон и многое другое.
Губы лекаря слегка приоткрылись, на лице промелькнула легкая улыбка. Обдумав все хорошенько, он сказал:
– Вы с покойной императрицей родом из одних краев. Что я могу вам рассказать, чего бы вы не знали?
Люй Яо скрестил пальцы, внимательно посмотрел в глаза Цзянь Чжуну и добавил:
– Меня интересует, как умерла императрица. Что стало причиной ее смерти?
От удивления седые брови Цзянь Чжуня поползли вверх, а на его лбу прорисовались глубокие морщины.
– Все знают, что императрица очень неожиданно ушла на круг перерождения. Мальчик родился недоношенным, но крепким. – Заметив разочарование на лице Люй Яо, старик немного приблизился и, понизив голос, добавил: – У Ее Высочества было слабое здоровье. Беременные, страдающие астмой, часто испытывают нехватку кислорода и мучаются от бессонницы. – Отклонившись назад, он выдохнул: – Тот день дворец запомнил надолго…
– Поговаривали, что ей помогли… – выдержав небольшую паузу, Люй Яо продолжил: – …умереть. – Его глаза покраснели – то ли от того, что он сдерживал слезы, то ли от дикой ненависти. – Это так?
Люй Яо вымолил у Ван Чэна разрешение покинуть военную службу и отправиться в столицу. В Чжиюнхае перед ним открылся совершенно новый мир, полный возможностей. Золотые дворцы, многолюдные улочки и одна-единственная цель – стать ученым и сдать государственные экзамены. Большую часть времени он проводил за учебниками, стремясь освоить основы конфуцианской классики и философии. Он читал Четыре книги и Пять канонов[63], изучал поэзию и риторику, осваивал каноны и ритуалы, которые были важны для успешной сдачи экзаменов и достижения положения в имперской бюрократии.
Затем он приступил к изучению гармонии с природой и Ци, принялся постигать принципы ушу[64]. Он обучился самодисциплине, интуитивному восприятию и постижению целостности мира. Его внимание теперь было сосредоточено не только на развитии физических навыков, но и на внутренней гармонии.
Лишь изредка, поглядывая на изогнутые золотые черепицы и сжимая расписной бамбуковый веер, он мечтал о том, чтобы однажды переступить порог Запретного города.
Он не мог видеться с императрицей, когда ему вздумается, как и она не могла видеться с ним. Ван Су была законной супругой Ю Чжэнхая, и, какие бы узы ни связывали их в прошлом, он не мог изменить своего положения. В тот год в столице поговаривали, что любимая наложница императора, Чжоу Линь, которой так и не удалось стать его официальной женой, безмерно ревнует его к новой фаворитке. Это было обыденным делом – в таком мире всегда находились те, кто придумывает слухи, и те, кто распространял их. Но вскоре произошло нечто, что заставило замолчать даже самых смелых болтунов.
У императрицы Ван Су внезапно начались преждевременные роды. В тот день в столице не звенели колокола, как обычно бывает при рождении наследника. Вместо торжественного звона город поглотила тишина, а его улицы, как по воле невидимой руки, облачились в траурный белый цвет.
Императрица Ван Су, возлюбленная Люй Яо, умерла. Она принесла новую жизнь в этот мир, но сама ушла из него, исчезнув в небытие. Словно ее никогда и не существовало. Вскоре стало известно, что у среднего сына, Ю Гая, выявлены тяжелые проблемы со здоровьем – он не мог ни ходить, ни говорить. Казалось, что хуже уже быть не может, но, как часто бывает, жизнь оказалась более непредсказуемой, чем можно было предположить.
Вместо того чтобы возрадоваться смерти соперницы и попытаться утешить Ю Чжэнхая в его утрате, любимая наложница Сына Неба, Чжоу Линь, выбрала иной путь. Она выпила яд и покончила с собой, оставив старшего сына, Ю Байху, больного Ю Гая и годовалую принцессу Ю Хуан без матери.
Чжоу Линь выбрала уход из жизни, оставив после себя не только горе, но и множество неразрешенных вопросов.
Взгляд Цзянь Чжуня стал более тяжелым. Он тихо произнес:
– К чему ворошить прошлое? Даже у покойников есть свои тайны, мастер Люй. Тот, кто стоит перед всеми, может быть лишь отражением, а тот, кто исчез, может быть тем, кто никогда не уходил… – Цзянь Чжун тяжело поднялся, слегка согнувшись, сложил руки в поклоне и добавил: – Время позднее. Если этот слуга вам больше не нужен, могу я идти?
Люй Яо молча наблюдал за ним какое-то время, после кивнул, давая разрешение покинуть покои.
Когда дверь за Цзянь Чжунем закрылась, скрипнув, Люй Яо вновь остался один. Он откинул голову назад и посмотрел в потолок, затем закрыл веки и тяжело выдохнул. Как бы он ни старался прийти в себя, его сердце обливалось кровью. Глаза начало щипать, когда он постарался удержать слезы, а губы искривились. Из горла вырвался всхлип, и мужчина сгорбился на стуле, пряча лицо в ладонях, а его плечи продолжали непроизвольно дрожать.
Подавив слабость, он взял свой бамбуковый веер. Несмотря на то, что Люй Яо бережно обращался с драгоценным подарком, время брало свое и рисунок местами стерся. Он снова поднес веер к дрожащему пламени свечи в надежде, что скрытое послание проявится и он сможет вновь увидеть его, как будто все плохое, что произошло за эти годы, так и не случилось. Будто ничего и не было.
В ушах вновь послышался голос Ван Су. Она стояла на берегу моря и со слезами на глазах
