Твои глаза говорят это, твое тело говорит это, ты умоляешь об этом каждым своим движением. Я знаю историю, которую ты жаждешь.
Она повернулась к собравшимся оборотням и подняла руки.
— Меня попросили рассказать историю.
Тишина. Мгновенная, абсолютная тишина. Джексон привлекал внимание, как генерал, король. Но эта женщина требовала абсолютной тишины своими словами — как актер, стоящий перед открывающимся занавесом, зрители замирают на мгновение. Никто не произнес ни слова. Никто даже не дышал.
Какую историю я выбрала? Волосы у меня на спине встали дыбом, а грудь сдавило, когда меня медленно наполнил ужас.
Слова Хранительницы Знаний прорезали воздух, когда она, запинаясь, обошла вокруг костра.
— Наша новая волчица попросила рассказать очень старую историю, историю, которую я давно не рассказывала. Мы — это истории, которые мы рассказываем сами себе. О некоторых мы не хотели бы говорить вслух, но все равно мы должны рассказывать о них.
Она повернулась и посмотрела прямо на меня глазами, в которых горело ярко-красное пламя.
— Сегодня вечером я расскажу историю о Темном Боге Волков.
26
Саванна
— Хорошо, что нет луны, чтобы присматривать за нами, потому что она бы приревновала, если бы мы заговорили о ее старом возлюбленном, — сказала Хранительница Знаний, широко раскинув руки и начав обходить круг собравшихся волков.
По мере того, как ее слова звенели в воздухе, костер становился все больше, а волки вокруг меня съеживались, пока в темноте не остались только Хранительница Знаний, огонь и ее голос.
— Когда-то, — продолжила она, — Луна и Темный Бог были любовниками.
Огонь поднялся, и в клубящемся пламени появились изображения двух людей: женщины в длинном серебристом платье и мужчины, закутанного в черное.
— Их ночи и дни не знали границ, и они растворялись друг в друге под небом.
Мой пульс участился, когда история Хранительницы Знаний развернулась перед моими глазами — Луна и Темный Бог были не просто любовниками, но страстными и дикими. Они слились воедино с диким жаром, их кожа пропиталась потом, а тела напряглись и задрожали от желания. Они рычали, дрались и совокуплялись, как животные, пока их похоть не иссякла и они больше не могли двигаться.
Я почувствовала их голод и вкус их страсти — пьянящую смесь земли, соли и мускуса — и внезапно обнаружила, что совершенно пьяна. Видение было настолько реальным и интуитивным в моем сознании, что моя собственная потребность проснулась, вызвав влагу в моем теле и оставив меня голодной от желания.
Хранительница Знаний низко наклонилась и подошла ближе, словно открывая нам секрет.
— Но любовь может быть непостоянной, а будучи сильными и красивыми, у Луны и Темного Бога было много поклонников. В конце концов, ревность разлучила их — но не раньше, чем Луна породила народ-волков.
Она выпрямилась.
— В те дни люди имели как животные, так и человеческие формы. Но по мере того, как мир становился старше, они забывали часть самих себя. Волки забыли, что они люди, и стали ходить на четырех ногах, в то время как люди забыли, что они волки, и предпочли ходить на двух. Но она любила всех.
На мгновение я увидела людей, волков и оборотней, населяющих землю, но затем Хранительница Знаний взмахнула рукой, и изображение растворилось в тени.
— И все же, несмотря на любовь Матери-Луны, двуногие не любили землю, которую она им дала. Они сжигали леса, чтобы возвести поля и города, и отравляли реки и землю своими отходами. Сначала, в своей горечи, Темный Бог игнорировал детей Луны, но вскоре двуногие распространились, вытеснив волков и других животных со своей земли. Их жадность была ненасытной, и когда больше не осталось лесов, на которые можно было бы претендовать, или земель, которые можно было бы разграбить, люди начали драться друг с другом за оставшиеся объедки.
Мое сердце сжалось, когда я увидела все это в пламени пожара. Разоренные человеческие города, зараженные преступностью, жадностью и жестокостью. Выжженные земли, которые когда-то были пышными, опустошены солью и пеплом и развеваются ветром.
Куда бы ни шло человечество, смерть следовала за ним по пятам.
Хранительница Знаний широко развела руками, и над пламенем возникла темная тень.
— Черная ярость охватила Темного Бога, и он принял облик волка, чтобы обратиться к стаям. Он сказал им, «Мы должны начать войну с двуногими. Они убьют нас всех, если мы ничего не предпримем. Мы должны сделать мир таким, каким он был когда-то».
Ядовитыми словами он сеял страх и ненависть среди волков, пока они не согласились истребить все человечество.
Навязчивые видения поглотили меня. Я видела, как Темный Бог принял гипнотическую форму, которая была одновременно и волком, и не волком. Он скользил от тени к тени, нашептывая мстительные слова в уши нашей стаи. Его гнев и предупреждения обвивали мое сердце, пока мой собственный пульс не забился от страха и ненависти, и я тоже была готова увидеть, как все двуногие будут убиты, а их города разрушены до основания.
Но так же быстро, как она вызвала черное видение, Хранительница Знаний смела его, оставив нас с изображением Луны, плачущей на своей кровати.
— В то время как Темный Бог видел в людях только зло, Луна любила своих отпрысков. Она увидела, что они всего лишь дети, которые еще не поумнели, что у них есть способность как к великому добру, так и ко злу, и они создадут в мире волшебство и красоту.
На мгновение я увидела ребенка, играющего на земле, — ее рыжие волосы были коротко и странно подстрижены. Она посмотрела на меня и улыбнулась с такой радостью, что мое сердце сжалось от горя, оплакивая человека, которым я стала.
— Луна была свирепой матерью и боролась бы, чтобы защитить свое потомство, но она знала, что не может надеяться выстоять против Темного Бога и всех волков земли. Таким образом, умница Луна отправилась к своей подруге Ночному Небу и попросила ее соткать плащ тьмы, чтобы скрыть свои передвижения. Она завернулась в плащ и тихо проскользнула в Страну Грез, и из-за того, что ее яркое свечение было скрыто, Темный Бог не знал, где она находится.
С размаху я увидела, как прекрасная Луна окутала себя тьмой, как при затмении, пока не остался лишь осколок ее света.
— Когда она вернулась из Страны Грез, она призвала Темного Бога присоединиться к ней на пиру. Она сказала ему: «Ты прав», потому что именно это хотят услышать все глупые мужчины. Она сказала ему: «Я увидела правду — люди жестоки и продажны. Сегодня вечером давай вместе
