Теперь он играл в карты только ради удовольствия, не стремясь выиграть любой ценой. И если пойдут слухи, что женитьба сделала «безнравственного Джека Байрона» скучным, он может это снести.
Конечно, таких сплетен и домыслов будет намного больше, если Грейс, как и обещала, покинет его в конце сезона. Тем не менее, после возвращения в Лондон он сразу приступил к выполнению условий их договора.
В Английский банк на личный счет Грейс были положены шестьдесят тысяч фунтов, которыми могла распоряжаться только она. Завтра у него встреча с агентом по недвижимости, который должен подыскать для его жены удобный дом в сельской местности. Джек надеялся, что тот будет соответствовать всем ее требованиям.
Что же касается ее решения жить отдельно... Еще неизвестно, как Грейс отнесется к этому через несколько месяцев. Посмотрим!
— Добрый вечер, ваша светлость, — приветствовал его Эпплтон, принимая у него пальто и шляпу. — Промозглый вечер, осмелюсь заметить.
— Да, отвратительный.
Но Джека больше интересовала домашняя атмосфера, и прогноз зависел от того, что ему сейчас ответит дворецкий.
— Ее светлость дома? — спросил он.
— Миледи наверху. Час назад она распорядилась подать ей обед в комнату. Доложить о вашем прибытии?
Джек подавил вздох.
— Нет. Распорядись, чтобы мне принесли в кабинет еду и бутылку бургундского. Урожая 92-го года.
— Слушаюсь, милорд.
Джек быстро удалился и, когда слуга уже не мог его слышать, тихо выругался. Входя в кабинет, он постарался не хлопнуть дверью.
Грейс проснулась от ощущения, что матрас опустился. Значит, пришел Джек. Лежа на боку, она даже не открыла глаза. Привыкнув теперь отдаваться ему ежедневно, она позволяла делать с ней все, что он хотел. Но как бы часто это ни происходило, она не смогла привыкнуть к совершенной прелести его ласк: каждый раз это было как впервые, каждое новое соитие было лучше прежнего.
Она хотела повернуться на спину, чтобы он поцеловал ее, но Джек ей не позволил. Одна рука легла на живот, другая обхватила грудь, поглаживая сосок, пока он не затвердел, после чего занялся второй грудью. Умело возбуждая ее ласками и поцелуями, он поднял ночную рубашку и сразу вошел в нее.
Грейс застонала. Эта позиция делала ее особенно чувствительной. Слегка подняв ей колено, он полностью овладел ею настолько глубоко, насколько мог, и теперь вел ее к пароксизму желания. Она уже думала, что может сойти с ума, когда ее вдруг понес стремительный поток наслаждения. Она чувствовала внутри его быстрые, глубокие толчки, пока он тоже не кончил.
Какое-то время они лежали, тяжело дыша. Потом Джек отпустил ее, лег на спину. Расслабленная, полусонная, Грейс начала погружаться в забытье и тут вспомнила, что за все время занятий любовью оба не произнесли ни слова. Может, это было неуместно, а может, потому, что слова были не нужны.
— Не волнуйся, — прошептала Мэллори, когда они стояли у входа в бальный зал Клайборн-Хауса. — Ты будешь неотразима.
— Твои бы слова да Богу в уши, — сдержанно ответила Грейс.
Скоро начнут прибывать гости, вся семья уже собралась, чтобы их встретить. Она надеялась, что у нее не отнимется язык, когда придет время приветствий.
Сегодняшний бал, устроенный Эдвардом и свекровью в ее честь, был посвящен двойному торжеству: открытию нового сезона и вводу Грейс в свет. Ей полагалось стоять вместе с Джеком в ряду принимающих, но, оглядев комнату, она увидела, что муж разговаривает с Эдвардом и Кейдом. Хотя все братья были красивы, для нее Джек был лучше всех. Он был эталоном мужской красоты в своем элегантном вечернем костюме с аккуратно причесанными волосами.
У Грейс сжалось сердце, и она отвела взгляд.
— Конечно, я права, — успокоила подругу Мэллори, возвращая ее к главной теме разговора. — Ты выглядишь прелестно в этом наряде. Мне бы тоже хотелось нарядиться в платье с таким глубоким оттенком зеленого. Но пока мы с Майклом не женаты, придется терпеть все те же скучные белые или пастельные тона.
Улыбка девушки сразу исчезла, и печаль затуманила ее прекрасные аквамариновые глаза.
— Твой жених скоро вернется, — утешила ее Грейс. — Я уверена, он будет ежедневно писать тебе.
— Конечно, — подтвердила Мег Байрон. — У военных очень хорошо организована пересылка писем. Куда бы ни отправляли папу, его послания всегда доходили до нас. Это более надежно, чем местная почта.
Мэллори согласно кивнула.
— Я знаю, вы правы. Только беспокоюсь, как он там, в Испании.
Она взглянула на Кейда. Ее брат чуть не умер от ран, полученных на войне. Его хромота служила постоянным напоминанием о цене, которую тот заплатил, служа Англии. Поэтому было вполне естественно, что она боится за своего жениха.
Они едва успели отметить свою помолвку, как майору Харгрейвсу пришлось собрать по приказу ранец и поцеловать на прощание невесту.
— Майор благоразумен и не станет зря рисковать, — уверила ее Мег. — Он все преодолеет.
— Конечно.— Мэллори с трудом выдавила улыбку. — Но я должна чем-то занять себя, отвлечься, пока Майкл не вернется домой. Скорее бы закончилась эта ужасная война.
— Я буду развлекать тебя при каждом удобном случае, — пообещала Грейс.
Подавив вздох, она подумала, что ей тоже не мешало бы в эти дни отвлечься. Увы, она должна делать вид, что счастлива в браке. Ей не с кем поделиться собственными заботами. Впрочем, активная подготовка к сезону займет ее внимание и рассеет дурное настроение. А судя по тому, как промелькнули несколько последних недель, девушка могла на это надеяться.
Грейс ощутила присутствие мужа раньше, чем увидела его.
— Очевидно, первые гости уже, прибыли, — сказал Джек, обращаясь ко всем. — Мать говорит, мы должны занять свои места.
Предложив руку, он ждал. Грейс молча приняла ее, Мэллори присоединилась к нему с другой стороны. Появившийся Кейд с любовью поцеловал жену, и пара направилась к встречающим. Остальные последовали за ними.
Следующий час прошел лучше, чем Грейс себе представляла. Ее нервозность растворилась в непрерывной череде реверансов, улыбок и пустой болтовни. Притворство стало для нее настолько привычным делом, что, в конце концов, она почти успокоилась.
Пока Джек не пригласил ее танцевать.
— Вполне естественно, что именно я должен пригласить тебя на первый танец, — шепотом сказал он. — Не бойся, постараюсь не наступать тебе на ноги.
В данный момент Грейс тяготила только необходимость провести с ним полчаса на глазах всего зала.
— Скорее это вы должны бояться за свои ноги, милорд, — с некоторым вызовом произнесла она.
Джек так искренне улыбнулся ей, что любой наблюдающий за ними позавидовал счастливой паре.
