– Да ты и не окажешься! Он совсем не такой, и не надо думать об этом. Но имей в виду, что теоретически в жизни может произойти абсолютно все. – Я вдруг вспомнила свой недавний кошмар – ночных чудовищ, тянущих костлявые лапы к моему Стиву. Невозможно жить, имея это в виду. Зачем я пытаюсь объяснить девочке такие непостижимые истины?! – И надо быть готовой к встрече с... любыми обстоятельствами, – закончила я жестко.
– Я совсем ничего не понимаю, Ал! Что я все-таки должна делать?
– Жень, у тебя все хорошо, и ты все делаешь правильно. Только ничего не идеализируй.
– Я не понима-а-ю-у... – жалобно протянула Женя.
– Например, ты хочешь, чтоб Макс во всем безоговорочно принимал твою точку зрения?
– Не во всем...
– Но во многом! Он принимает, и все знают об этом.
– А бабушка говорит, что на самом деле он играет свою игру, а соглашается так – для вида.
– Но ведь ты знаешь, что это не так! Однако задумайся на досуге, почему он так легко идет у тебя на поводу.
– Потому что я лучше знаю! – ни секунды не сомневаясь, выдала Женя.
– Браво!.. Но, может, есть и другие версии?
– Ну... он безответственный, инфантильный, ленивый, глупый!! Правильно? К чему ты клонишь?!!
– Я пытаюсь заставить тебя думать о Максе.
– Я и так без конца думаю о нем!
– Я хочу, чтоб ты думала конструктивно. Не страдала, а рассуждала. Между прочим, он может принимать твою точку зрения потому, что не хочет тебя огорчать. Или потому, что просто любит тебя.
– А почему нельзя жить просто так?! – совершенно по-детски спросила Женя. – А, Ал? Жить и не заморачиваться?
– Можно. Но... это опасно.
– Ладно, – вздохнула Женька. – Давайте просто пить чай. Как говорила великая Скарлетт О'Хара, я подумаю об этом завтра.
Я улыбнулась:
– Только не забудь.
За чаем Женя уже не пыталась вернуться к роли взрослой, уверенной в себе, самодостаточной женщины. Ее темные глаза заметно туманились печалью, плечи поникли. Она сидела с рассеянным видом, часто отвечала невпопад.
Прощаясь и, видимо, желая подбодрить Женю, Стив проникновенно похвалил ее платье, угощение и вообще поблагодарил за чудесно проведенное время. Его слова дышали поистине отеческим теплом и любовью.
Женька расплылась в довольной улыбке, а Таня, наоборот, надулась и подчеркнуто холодно простилась с сестрой. Вскоре выяснилось, что причиной ее недовольства стал слишком уж ласковый тон Стива.
– Ах, какая у нас замечательная Женечка! – не сдержавшись, рассуждала Таня в машине. – А на меня никто не обращает внимания! Если вы больше любите ее... – Она неприязненно посмотрела на меня, но продолжать почему-то не стала.
Все дело в том, лихорадочно проносилось у меня в голове, что в последние месяцы Таня привыкла чувствовать себя знаменитостью! Ее просят станцевать, спеть, она отказывается, ссылаясь на недостаток мастерства, но по прошествии некоторого времени соглашается все-таки... Все ее слушают. Все восхищаются – она танцует, поет. Парит!
А сегодня до танцев как-то не дошло дело. Тетя Ира, как сразу стало ясно, не одобряла Таниной артистической карьеры. Женю мучили совсем другие вопросы... Свою актерскую невостребованность Таня воспринимала как оскорбление и немедленно требовала сатисфакции. Но ласковый тон и добрые слова почему-то достались Жене! Таня не хотела мириться с этой несправедливостью..
– Ну чего ты злишься? – Не отрываясь от дороги, Стив пожал плечами. – Женя сегодня действительно герой дня.
– Женька?! Это почему еще?
– Вот догадайся. – Стив был подчеркнуто немногословен.
– Не буду я догадываться ни до чего! Не хочешь говорить, ну и не надо.
– А вот это зря! Надо учиться думать, а то мозги окончательно засахарятся, – пошутил Стив, намекая на Танину непомерную любовь к сладкому. – Кто пригласил нас в гости? Кто наготовил всю эту гору вкусностей? – Таня молчала. – Вот видишь? Значит, кто у нас герой дня?
– Женька, – буркнула Таня и, отвернувшись, стала смотреть в окно.
Глава 18
После этой некрасивой истории мы стали всерьез опасаться, как бы у нашей девочки не развилась звездная болезнь. Правда, больше она не подавала нам поводов. Учила уроки, ездила в театр, поздно ложилась и рано вставала. Я постепенно забыла о тревогах. Как сказала Марина, логичнее в этой ситуации было беспокоиться о ее здоровье. Или о предстоящей премьере. А вообще-то беспокойство о ребенке – нормальное состояние всех матерей.
По случаю Танюшкиного дебюта мы со Стивом решили закатить настоящий банкет. Кроме тети Иры и Жени с Максом на премьеру были приглашены Давид, Марина, Стася, Светка, Ненашевы, противный Востриков и еще целая куча народа.
Не обращая внимания на странно ухудшившееся в последние дни самочувствие, я носилась по магазинам, ломала голову над меню. И вдруг в разгар предпраздничной суеты мне позвонила Стася.
– Алла, тысяча извинений, но я прийти не смогу.
– То есть как?
– По времени не получается.
– У тебя срочная работа?
– Нет. Мы договорились о встрече с noname!..
– Но встречу можно было бы и перенести, – возразила я.
– Нет! Он сейчас в командировке и именно в день премьеры должен возвратиться в Москву. Он не хочет откладывать нашу встречу, и я тоже больше не хочу тянуть...
– Тогда вот что! Встретитесь, погуляете и приходите к нам.
– Не знаю. Вдруг он...
– Ну смотри... Танюшка тебе очень обрадуется – это ведь ее день. И Стиву будет приятно. А мне – так любопытно посмотреть на noname.
– Это почему? – на всякий случай уточнила Стася.
– Не знаю... Интересно, как выглядят почти исчезнувшие в наше время с лица земли добрые и благородные молодые люди!
– Хорошо. Я постараюсь... – неуверенно пообещала Стася, и я, огорченная и одновременно обрадованная, принялась названивать Стиву.
Он пытался объяснить, что ему некогда, уговорить меня перезвонить позже. Нет, как же! Будь любезен выслушать меня! Я совершила почти невозможное: помирила Стасю и Лешку! Конечно, еще не до конца... Но все-таки у нас есть некоторые основания праздновать победу!
Стив не захотел выслушать подробности, потому я, абсолютно неудовлетворенная, перезвонила Светке. Светку тоже не слишком интересовало предстоящее свидание. Или ей было некогда, или просто плевать. Она – бог знает из каких соображений – быстренько свернула наш разговор, посоветовав мне раньше времени не радоваться и не болтать. Но я все равно позвонила еще Марине, которая также отказалась разделить мое радужное настроение.
– Ален, прости, но, по-моему, ты перевозбуждена. Сначала давай успокойся.
– Не могу и не хочу! – капризничала я. – Подумай только, какие в моей жизни назревают события! У Танюшки премьера. Стася теперь, наверное, выйдет замуж!
