– Нет-нет, Алла Викторовна, вы меня не поняли. Другой – я.
– Ты?!
– Я не noname. В этом все и дело.
– Так ты все-таки не noname? – пробормотала я.
– Вы опять не уловили, Алла Викторовна. Noname – это конечно же я. Но я-то – не noname. Понятно? Я создал нужный виртуальный образ, имидж. Доброго, разумного, все понимающего старшего товарища, духовника и психоаналитика в одном лице. Noname, короче. Но в реале-то я никакой не noname, а Алексей Стеклов, понимаете? И совершенно другой. И стоит мне выйти в реал... как все исчезнет... А с акциями, Алла Викторовна, будьте спокойны. Все идет блестяще.
Слабеющей рукой я убирала мобильник в сумку.
– Что? Говори скорей, что произошло! – Бедная Марина, перепуганная моим смятением, никак не могла взять в толк, кто такой noname и почему его отказ идти на свидание огорчает меня до такой степени.
– Поедем, я тебе потом объясню! Еще только не хватало нам опоздать в театр.
– Запомни, Алена: в период беременности любой негатив должен быть исключен.
– Исключен? – рассвирепела я. – Скажи им! Ему, Лешке этому! Или Стасе! Пусть они все исключат... Если он сегодня не придет на свидание, она же сойдет с ума!
– Вот оно что!.. Стася... Но ведь ты рассуди здраво. Кто такой для нее Лешка? Очередной друг. Один из многих! А ты, если будешь западать на их сиюминутные проблемы, можешь лишиться ребеночка! Ты себе этого не простишь никогда. А Стив тебя просто убьет! – закончила она веско.
– За что убьет-то? За то, что я пыталась устроить личную жизни его дочери?..
– И тем самым разрушила свою! В твоем возрасте пора уже понимать, что по-настоящему ценно.
– Ладно, поедем, – вздохнула я. – Главное, сейчас в театр не опоздать! Я же толпу народа пригласила, а билетов никому не дала. Они все там стоят, нас дожидаются.
– Успокойся, – попросила Марина. – В таком состоянии нельзя даже за руль садиться.
Но что мне оставалось? Я села за руль и, объезжая знаменитые московские пробки иногда прямо по тротуару, подъехала ко входу в прославленный театр.
Узкие, но тяжелые с причудливо изогнутыми ручками двери, щелочки-окна на строгом сером фасаде... На меня надвигался новый мощный приступ негатива. На этот раз мне стало страшно. Я исступленно боялась за Танюшку.
Гости тотчас обступили меня, начались приветствия, поздравления, пожелания. Не прислушиваясь и не вглядываясь ни в кого конкретно (кажется, все явились в театр при полном параде, многие принесли цветы), я извлекла из сумки театральные билеты и раздавала их приглашенным.
– Алла, ты видишь, что я не одна! – дергала меня за руку Светка.
– Ничего, у меня есть лишний билет. Стася не придет.
Получив билет, Светка отошла в сторону, где ее ждал высокий шатен в сером пиджаке.
– Кто это? – рассеяно спросила я Стива.
Он пожал плечами:
– Не знаю. Она мне его не представила... Андрюха пришел с очередной девицей. Мне неловко даже.
– Сегодня мог бы обойтись без девиц, – почти машинально ответила, мысленно находясь во власти того острого, обжигающего и одновременно леденящего чувства, которое переживает неискушенный человек, впервые выходящий на сцену.
– Ален, ты волнуешься? – предположил Стив, галантно распахивая передо мной модерновую дверь театра. – Право, не стоит. Кажется, сама Таня уже давно перестала волноваться.
Я ничего не ответила – молча направилась за ним в зал.
Да, допустим, Танюшка перестала волноваться. Лично я в это не поверю – ну пусть так. С Танюшкой пока относительный порядок. Если, конечно, она не завалит премьеру.
«Что ты говоришь?! – возмутился мой внутренний голос. – Таня завалит? Ни за что на свете!»
Я вспомнила ее гибкую спинку и гордо запрокинутую темную головку. Нет, не должна она ничего завалить! У меня чуть-чуть отлегло от сердца.
Вот Стася... бедняжка! Она так надеялась... Все как будто сговорились против нее! Сначала Арвид, потом Лешка-noname. Зачем было морочить голову человеку? Порядочные люди так себя не ведут. А я-то себе напридумывала: добрый, благородный, рыцарь! А он просто негодяй! Негодяй самый настоящий. Лучше бы сразу сказал: не лезь ко мне со своими проблемами!
«Я не noname. Noname не я», – мысленно передразнила я Лешку.
Трус ты, а не noname! Трус закомплексованный! Испугался, что Стася разозлится, поняв, что он, Леша Стеклов, и таинственный noname – одно и то же лицо.
Господи, как все сложно. Я не буду думать об этом. Мне нельзя напрягать мои бедные беременные мозги.
– Алена, ты где? – тихонечко позвал меня Стив.
Я покраснела, неожиданно смутившись, и пробормотала что-то невнятное.
– Ты хоть понимаешь, куда попала?
– В театр, – прошептала я, досадуя, что скрыть от него, как обычно, ничего не удается. А впрочем, такое и не скроешь.
– Ну, если ты пришла в театр, тогда смотри на сцену, – назидательно проговорил Стив, в дидактическом порыве неосторожно повысив голос – дама, сидящая впереди, оглянулась и измерила нас долгим недовольным взглядом. – Ты и Танюшку можешь не заметить, – добавил Стив, сбавляя обороты.
– Нам надо поговорить, – сдерживая громкий вздох, объяснила я, и сидящая впереди дама удостоила нас еще одним столь же выразительным взглядом. – Давай выйдем.
– А Таня? Ее первый выход уже скоро.
– Я больше не могу, – призналась я.
И Стив, пригибаясь и поминутно бормоча слова извинения, повел меня к выходу. От мысли, что сейчас, сию секунду нужно будет объясняться со Стивом, мне стало совсем уж нехорошо. Я задыхалась. Ряды кресел казались мне бесконечными. В фойе я почти без сил плюхнулась на диван. И вместо того чтобы начать говорить, с бессмысленным интересом разглядывала чахлое экзотическое растение, торчащее из пузатой деревянной кадки.
– Алена, ты перенервничала. Банкет надо было отложить на потом, – заговорил Стив тем же назидательном тоном. – А лучше было собрать всех в ресторане. Как в прошлом году. Вспоминаешь?
– Все нормально, дорогой. Тут не в банкете дело!.. Дело в том, о чем я узнала сегодня. В общем, у меня две новости.
– Интересные? – как мне показалось, чуть скептически усмехнулся Стив.
Только скепсиса мне не хватало сейчас, его здорового мужского скепсиса!
– Во-первых, Стася! – независимым тоном объявила я. – Лешка передумал встречаться с ней.
– Как передумал? – Теперь его скепсис исчез без следа. – Да, припоминаю... Ты мне что-то рассказывала. Только я... – он изо всех сил пытался найти выражения поприличней, – я запамятовал немного.
– Когда Стася прогнала его с глаз долой, я все еще не теряла надежды помирить их. Я делала это в первую очередь ради тебя, – от сознания своей самоотверженности я готова была разреветься, – ведь тебе так нравился этот Лешка. Я уговорила его вступить со Стасей в электронную переписку инкогнито. Я хотела отвлечь ее от этого противного архитектора! От Арвида. И в конце концов мне удалось: она увлеклась своим новым электронным знакомым.
