в свете старых событий этого просто не могло быть. Мне тогда было всего шесть лет, так что я помню, какой же это был скандал. Филипп попробовал его замять, но денег уже не было, да и император поднял шум. В результате Жак оказался на каторге, а Алишу выкинули из семьи. Её отец приобщил к делу, когда стал искать выход из ситуации. Это было уже после твоего появления.
— Она заразилась?
Тиган вздохнула.
— Да. Когда стало известно, что у наследника есть сын, отец заволновался. Вот он и послал к Максимилиану Алишу. Она смогла окрутить наследника. Император был уже не молод, потому-то и не мог ничего сделать.
Я помолчал, а потом вернулся к Китти.
— А девочка?
Тиган помолчала, а потом спрятала лицо на моей груди. Я прижал её к себе и сказал:
— Лучше скажи правду. Ненавижу ложь.
Тиган посмотрел на меня и прошептала:
— Мне иногда кажется, что она старше своего возраста. Тогда это дочь Алиши.
— Ты…
— Нет, Георг, я прикипела к этой девочке. Мне кажется, что её нещадно били. На спине жуткие шрамы.
Я улыбнулся.
Единственное место, куда не разрешали ходить детям, это старый донжон. Когда-то тут вместо красивого дворца был огромный и мрачный замок. Он пал жертвой первой войны герцогов за ресурсы. Кто жил тут и управлял огромными районом, я не знаю. Сведения о семье, которая фактически была королями Благодатных гор, были утеряны. Говорили, что это была какая-то невероятно сильная магически семья. Дескать потомки этой семьи управляют всеми государствами в наше время.
Замок давно разрушен. Его камни пошли на строительство домов в городе, а донжон остался стоять. Я рассматривал этот памятник и думал, что он вот-вот рухнет, но разобрать его не было возможности.
В тот день Елена прибежала ко мне и сказала:
— Ваша Светлость, эти два непоседы забрались на донжон. Я не успела их остановить.
Я выругался и кинулся за Тиган. Она сильный маг и должна помочь детям спуститься с проклятого донжона. Женщина находилась на стене, которая была воздвигнута на границе земель. Мои земли были самым удобным местом, чтобы завоевать Благодатные горы. Мои соседи пользовались дорогой, что шла через Нетрелбали. Нас связывал старый договор, который никто не станет разрывать.
Я смотрел на разрушенный донжон с тревогой. Наверх давно рухнула лестница. Деревянные перекрытия сгнили и рухнули. Последний раз на верхний ярус донжона поднимались почти сто лет назад. Отец моего предшественника решил восстановить эту башню, но потом умер, и затея заглохла. Потайную винтовую лестницу сделали, чтобы отремонтировать башню. К ней сделали специальную дверь, чтобы можно было спокойно ходить в башню. Как они рассчитывали восстанавливать этого монстра, я не понимаю. Потом никто даже не задумался, что сюда может кто-то забраться.
Я вошёл в пролом и посмотрел наверх. Детей я почти не видел. Они были наверху и рассматривали окрестности в проломы. Я видел, как они бегали по камням. Всё обрывалось внутри, когда я видел, как они перебегают.
— А ну прекратили бегать, — крикнул я.
Крыша давно разрушена.
— Папа, — крикнул Александр.
— Стойте на месте. Сейчас придёт Тиган и снимем вас оттуда.
Саша посмотрел вниз и крикнул:
— Хорошо. Тут интересно.
Я прошипел едва слышно:
— Задам я вам интересно.
Тиган прибежала довольно быстро. Её привёз водитель. Она забежала внутрь и едва не закричала. Я успел зажать ей рот.
— Ты с ума сошла. А если они испугаются и упадут.
Тиган смотрела на детей с ужасом. Я отпустил её.
— И как будем снимать?
Тиган посмотрела на меня с ужасом.
— Как вы туда забрались? — спросил я.
— Мы поднялись по камням, — сказал Саша. — Вон там выступы.
Я посмотрел на стену. Это были маленькие выступы. Как они туда забрались? Тиган предложила пригласить других магов. Операция — снять двух детей с верхушки разрушенного донжона — была длинной. Маги поднимали лестницу левитацией. Тиган помогала им как могла. Я в этом деле совершенно бессмысленный помощник, а потому отошёл в сторону, чтобы не мешать. Когда лестница дошла до детей. Я стал подниматься, прекрасно понимая, что если маги не удержат это сооружение, то я полечи вниз с приличной высоты. Выжить в такой момент можно, но вот только кем я стану в результате.
Когда я поднялся, то закрепил лестницу. Китти смотрела на это с удивлением.
— Давайте вниз. Девочки вперёд, а ты, Александр, ждёшь, когда я поднимусь второй раз.
Я спустил Китти и просил Тиган никуда не уводить её пока. Потом я спустил Сашу. Маги под моим тяжёлым взглядом ушли, осталась только Тиган. Дети стояли передо мной с опущенными головами. я старался никогда не наказывать сына. Он рос послушным мальчиком. Тиган хотела было что-то сказать, но под моим взглядом
— Скажите, Александр и Китти, куда я вам запретил вам ходить?
Дети стояли, опустив головы. Китти всхлипывала, а Саша шаркал ногой.
— На башню.
Я вздохнул.
— Почему тогда вы полезли на донжон? Вы разве не видели, что он разрушается. Камни отваливаются. Эта чёртова башня скоро рухнет. А как вы оттуда собирались спускаться? Это хорошо, что Елена заметила, куда вы направились.
Саша поднял голову и опустил её снова.
— Вы оба будете наказаны. За то, что вы забрались на башню, вы будете на неделю лишены сладкого и никакой поездки в горы. Понятно.
Саша вздохнул. Сладости он очень любил. Мальчик кивнул. А Китти растерялась. Она смотрела на меня с недоумением, а потом сквозь слёзы сказала:
— Ваша Светлость, мы никогда больше сюда не заберёмся.
Я усмехнулся.
— А ты что подумала?
— Наказание — это порка.
Я скривился.
— Я никогда не поднимаю руку на своего сына, и тебя тоже не позволю бить.
Сашка, конечно же, расстроился. Дразнить детей я не собирался. Сладости были убраны из дома. Мы с Тиган люди взрослые, легко обойдёмся без конфет, да
