class="p1">– Сольдан… – последние рубежи обороны пали, и Даон жадно приник к ее губам.
Бережно, стараясь сдерживаться, гладил ее плечи, руки, спину, сжимал в своих объятиях, пил ее дыхание и никак не мог насытиться своей любовью. Осторожно вытащив заколки из причудливой прически, пропустил пальцы через густые волосы, которые тяжелой волной упали на спину.
– Я люблю тебя, – отчаянно выдохнул он ей в губы.
Сольдан обвила руками его шею и доверчиво прижалась к его груди.
Пушистая лесная трава стала им постелью, а густые кроны в вышине тихо перешептывались, вторя их любви. Никто не знал, что подарит им завтрашний день. У них было лишь сегодня, которое безраздельно принадлежало лишь им двоим.
Глава 15
После возвращения со злополучной охоты прошло больше двух недель, и рана принца уже затянулась, но все равно время о времени давала о себе знать пульсирующей болью. Она появлялась всегда, стоило только подумать о Насэме, будто не давала забыть о том, что хотел сделать с ним родной брат. Главный дворцовый лекарь сказал, что для полного восстановления может потребоваться около двух месяцев – когда организм полностью восстановится после отравления.
Насэм предложил Науну на время выздоровления отойти от государственных дел и полностью заняться здоровьем. При этом он выглядел настолько довольным собой, что у Науна опять все внутри перевернулось: неужели брат превратился в настоящее чудовище, которому чужды и родственные связи, и элементарные угрызения совести? «Власть его так изменила или окружение, которое повлияло на него? И в кого превращусь в конечном итоге я, когда достигну желаемого?» – с грустью думал Наун, по привычке стоя у окна и глядя на тихий двор.
Он выдвинул один из ящичков своего стола и взял деревянный жетон, который Кымлан нашла в кармане убийцы. Повертев его в пальцах, Наун прищурился и поднес его ближе к огню, только сейчас заметив некоторую странность. Он перевернул жетон несколько раз и удостоверился в своей догадке: на оборотной стороне должен был стоять еще один знак – ветвь сливы, знак королевского рода. Но ее не было. О том, что личная стража Насэма вырезает на оборотной стороне жетона этот знак, крошечный и почти незаметный, знали только члены королевской семьи и мастера, которые изготавливали их по личному приказу венценосных особ. Это было подтверждением подлинности жетона, который легко можно было отличить от подделки, и Наун, ослепленный обидой на брата, не подумал сразу проверить это. Только сейчас он понял, что жетон не был настоящим.
Наун в волнении сжал в ладони доказательство заговора брата и заметался по комнате. Тонкие деревянные края впивались в пальцы, в сердце и душу, всколыхнув целый ворох необузданных мыслей и чувств. Выходит, Насэма подставили, специально раздали наемникам поддельные жетоны, чтобы подозрение пало на наследного принца! Но кто это сделал? Кому было выгодно окончательно натравить братьев друг на друга? Первому министру? Нет, это не в его интересах, он не стал бы подставлять своего зятя, который через два месяца должен взойти на престол как полноправный Владыка. Кымлан? Это еще абсурднее. Тогда кто?
Наун остановился как вкопанный посреди спальни, распахнутыми глазами глядя на качающееся пламя напольного светильника. Тами или Ён Чанмун… Больше некому. Они не знали, что на жетонах есть тайный знак, поэтому раздали убийцам подделки и инсценировали покушение. Другого объяснения не существовало. Должно быть, они сообща или кто-то из них по своей инициативе решили подстегнуть Науна, который, по их мнению, все еще был недостаточно жестким и решительным. И чтобы с корнем вырвать все родственные чувства из сердца принца, обманули его совершенно бесчеловечным образом. Даже для семейки Ён это было слишком… Есть грани, которые переступать нельзя!
Наун в бешенстве ринулся вон из своих покоев и, зло чеканя шаг, отправился к жене. Даже если она не участвовала в этом, то не могла не знать о планах своего братца! Как и всегда она умело манипулировала своим бесхребетным мужем, специально перед покушением рассказала о своей беременности, чтобы Наун растаял и стал покорным и покладистым. Хитрая лисица!
Оттолкнув с дороги перепуганную служанку, которая пролепетала, что принцесса Тами уже легла, Наун распахнул двери, чуть не снеся их с петель, и вонзил разъяренный взгляд в жену. Она сидела перед зеркалом в ночном платье и расчесывала длинные волосы.
– Ваше высочество, что случилось? – встрепенулась она навстречу мужу.
– Это я хотел у тебя спросить, – прошипел сквозь зубы Наун, ткнув ей в лицо жетоном, украшенным пушистой алой кистью.
Глаза Тами на мгновение пораженно распахнулись, но она тут же взяла себя в руки и изобразила удивление.
– Что это, Ваше высочество? – вежливо поинтересовалась она.
– Ты мне скажи. Это ведь твоих рук дело? Или твоего брата? Вы организовали мнимое покушение на меня, чтобы подставить Насэма. Только не учли один момент – на обороте есть тайный знак, о котором известно только членам королевской семьи. И на этом жетоне его нет! – выплюнул он ей в лицо.
Наун понимал, что нельзя кричать на женщину, которая носит его ребенка, и сам же обещал беречь ее как зеницу ока, но ее вероломство не имело границ. Как только он пытался поверить в ее искренность, она вновь показывала, что доверять ей нельзя ни при каких обстоятельствах.
Тами несколько секунд молчала, будто решала – продолжать ли ей отпираться или сознаться в совершенном преступлении. Она медленно отошла обратно к зеркалу и села на мягкий пуф, продолжив расчесывать волосы. Это равнодушие взбесило Науна пуще прежнего.
– Я жду объяснений! – громыхнул он и чуть не топнул ногой от досады.
– Каких, Ваше высочество? – спокойно поинтересовалась Тами, откладывая гребень. – Признания вины? Вы ведь уже все решили для себя, и мои слова не изменят вашего мнения.
– Как ты могла… В твоем положении… – Науну не хватало слов, и он чувствовал себя беспомощным и жалким.
– Я всего лишь хотела помочь, ведь с такими обвинениями занять трон было бы гораздо проще, – Тами посмотрела на него, и в ее глазах читалась насмешка вперемешку с разочарованием. – Это был прекрасный шанс серьезно пошатнуть положение наследного принца и изменить мнение министров о нем, но вы его упустили! Я дала вам в руки такой козырь, а вы даже не попробовали воспользоваться им!
– Воспользоваться? – Наун зло рассмеялся. – И что бы я выиграл, беспочвенно обвинив брата в том, чего он не совершал? И, слава богам, я этого не сделал! Ведь расследование сразу бы выявило, что жетон – подделка! Я бы только выставил себя дураком!
– Но вы
