будет ребенок.
Когда Владлен появился на свет, Татьяна честно попыталась стать хорошей матерью. Хватило ее где-то на месяц. Ее раздражал вечно кричащий младенец, который не давал матери спать ни днём, ни ночью. Она устала от постоянной стирки грязных пелёнок и потихоньку начала прикладываться к бутылке. Сначала это были небольшие порции алкоголя, которые она объясняла хронической усталостью. С каждым днём объем выпитого спиртного увеличивался, и вскоре ее невозможно было увидеть трезвой.
Дмитрий ходил мрачнее тучи. Он беспокоился, что пока он на работе, с сыном может что-то случится. На помощь пришли соседи. Они в течение дня проверяли мальчика. Дмитрий пытался поговорить с женой и найти компромисс. Он старался помогать ей по дому и с сыном все время, которое был дома. Но, увы, ничего не помогало.
Когда Владлену было около года, Татьяну не возможно было застать трезвой. Откуда женщина брала деньги на очередную бутылку не понятно. Именно тогда вернулась в деревню Галина и застала удручающую картину: родительский дом продан, пьяная сестра и валящийся с ног от усталости Дмитрий. Только Владлен весело лепетал в кроватке, пытаясь делать первые шаги. Щекастый бутуз покорил сердце Галины и когда Дмитрий предложил остаться у них, она не раздумывая согласилась.
Галина всегда была веселой и жизнерадостной особой. Ее не сломило даже то, что она осталась прикованной на всю жизнь к инвалидной коляске. Соседи только поражались, как она лихо рулит по деревне в магазин за свежими яблоками для Владлена. Она убирала дом, стирала, готовила еду для Дмитрия и Владлена, играла с мальчиком. Дмитрий не однократно говорил, что без Галины они бы пропали.
— А Татьяна?
— А что Татьяна? — уточнил Роман, доставая пачку сигарет. — Не возражаете?
Мы с Максом отрицательно помотали головами. Полянский с удовольствием затянулся и, выпустив струю дыма, продолжил:
— Галина пыталась неоднократно поговорить с сестрой, но той было фиолетово. Все что ее интересовало — водка.
Когда Татьяну нашли мертвой, все вздохнули с облегчением, как бы жестоко это не звучало. Дмитрий переживал за реакцию сына, но тот считал своей матерью Галину. От ребенка никто не стал скрывать правду, не смотря на то, что ему было только около трех лет.
— Да уж, — крякнул Макс.
— В то время Дмитрию, тогда как раз предложили повышение, и он стал зарабатывать больше. Сделал ремонт и купил старый мерседес. О машине он мечтал давно. С тех пор все выходные они вместе с Владленом проводили в гараже. Когда Владлен пошел в первый класс, он устройство автомобиля знал лучше алфавита, — усмехнулся Полянский. — Дмитрий сделал все, что бы стать для Владлена не просто отцом, а лучшим другом. Выходные в гараже — это была их традиция. Не важно: снег, дождь, град — суббота и воскресенье — день отца и сына. Даже когда Владлен поступил в институт, он приезжал каждые выходные, и они вместе с отцом капались в моторе. Дмитрий умер в тот день, когда Владлен получил диплом. Для него это стало ударом. Он лишился не только отца, но и лучшего друга, — замолчал Роман, погрузившись в свои мысли.
— А что было потом? — тихо спросила я.
Полянский вздохнул.
— На следующий день я уехал на заработки и вернулся только через десять лет. Деревня за это время опустела. Все разъехались. Владлен с Галиной тоже. Поэтому я не знал, как сложилась его судьба. Я тогда решил остаться в деревне. Реконструировал родительский дом, развел сад. Здесь хорошо: природа, свежий воздух.
— И больше вы Владлена не видели?
— Только один раз. Я встретил его на кладбище. Он приехал на могилу отца. Возможно, я бы и прошел мимо, мы никогда близко не общались, но в этот момент он упал на дорожке и замер. Я испугался, что ему стало плохо, и бросился к нему. Сказать, что я был удивлен, это ничего не сказать. У них в семье, после смерти Татьяны никто не употреблял спиртное даже на Новый год, а Владлен был пьян. Я приволок его к себе домой и устроил на диване. Решил, что пусть до утра проспится. Но не тут то было.
Суханов приподнялся, облокотившись о подушку, и посмотрел мутным взором на Полянского.
— О, Ромыч, давненько не виделись. За это надо выпить, — заплетающимся языком сказал Суханов.
— Мне кажется, что тебе уже хватит, — ухмыльнулся Роман.
— Ой, не зуди. Я лет пять не пил. Дай хоть сегодня напиться.
— Есть повод?
— А как же. Мы с тобой встретились, — усмехнулся глазами Владлен.
— Такое событие можно и чаем отметить, — хохотнул Полянский. — Мы с тобой никогда особо и не дружили.
Суханов помрачнел.
— У тебя есть что выпить?
Было в его взгляде что-то такое, что заставило Полянского молча подойти к шкафу и достать оттуда бутылку коньяка и два фужера.
— Не элитка, но пить можно.
— Без разницы, — махнул рукой Владлен.
Роман разлил коньяк по бокалам и протянул один Суханову. Владлен сел ровно на диване. Полянский пристроился в кресле напротив.
— Что тебя привело в родные земли? — спросил Роман, делая глоток.
— Хотел навестить могилу отца.
— Не часто ты это делаешь, — заметил Полянский.
— Работы много. Не всегда удается вырваться.
— Сегодня получилось, — заметил Роман.
— Мне нужен был совет, — глухо сказал Суханов, отпивая разом половину коньяка из бокала.
— Получил? — хохотнул Полянский.
— Выговорился, — мрачно буркнул Владлен.
— И как, помогло?
— Не очень, — ответил Суханов и перевел разговор: — Я думал в деревне никого не осталось.
— Как видишь, не все предпочитают город, — развел он руками.
— В городе нет счастья, есть лишь суматоха, — криво усмехнулся Владлен.
— О, философия в гости пожаловала, — повел шеей Полянский.
— Я иногда думаю, что зря уехал отсюда в поисках денег. Это единственное место, где я был счастлив, — не обратил внимания на его слова Суханов.
— Люди думают иначе.
— Значит, они никогда не были по-настоящему счастливы.
— Хочешь сказать, что тебе деньги счастье не принесли? — спросил Роман с сарказмом.
— Мое счастье закончилось со
