Но при чём тут Дмитрий?
Пока мы с Вандой выдвигали вполне жизнеспособные, на мой взгляд, версии произошедшего, Егор, уже полностью пришедший в себя, осматривал труп. Вот это нервы. Я подошёл к нему. Странно, но сегодня меня не мутило. Я что, начал к виду трупов привыкать?
— Ну что? — спросил я у друга, наклоняясь и осматривая ровный срез на шее жертвы. А вот сейчас мне резко стало как-то нехорошо.
Стараясь не акцентироваться на анатомических подробностях, я отметил, что срез очень ровный. Такие ровные срезы я видел в каком-то довоенном атласе по анатомии человека. Правда, на картинке всё выглядело не таким страшным. Срез напоминал срез Пирогова, и это полностью подтверждало теорию Егора — так сделать было невозможно, хотя бы потому, что Дмитрий в то время, когда ему отрубали голову, был ещё жив. Подобные чёткие линии можно получить только с трупа, желательно предварительно замороженного.
— То же, что и с его свояком. Один в один. Да, кстати, топор исчез. — Прокомментировал увиденное Егор, а меня внезапно осенило.
Я снова не чувствовал энергии Смерти. Ни капли лишней. От этого меня замутило ещё больше. Что, чёрт возьми, здесь происходит? Не может же быть такого, что мои магические каналы настолько спрятались, что не чувствуют и не воспринимают энергию Смерти? Нет, бред какой-то.
— Даша, — позвал я. Девушка обернулась и посмотрела на меня безумными глазами. — Заткнись, лучше по-хорошему.
Она закрыла рот и прекратила надрываться.
— Это какое-то проклятое место, — прошептала она. Неужели связки надсадила? — Лучше всего уехать отсюда.
— Ага, уедешь, когда на пару вопросов нам ответишь, — кивнул Егор. — Алексей, что здесь произошло? — обратился он к бледному трактирщику.
— Я не знаю, — он покачал головой. — Но, будь я проклят, это была тень. Тень огромного мужика. Она схватила топор и как рубанёт. А бедный Митяй его даже не заметил.
— А где в это время она была? — я кивнул на Дарью.
— Спускалась по лестнице. Да нет, не Даша это, не может быть она.
— А почему нет? — Ванде надоело пытаться привести себя в порядок, и она подошла к нам вплотную. — Может у вас сговор. Может, вы вдвоём здесь так развлекаетесь, как парочка маньяков-убийц?
— Она точно романов перечитала, — прошептал мне на ухо Егор. — Только вот почему ей убийцы нравятся?
— Ну, она же девушка, — неуверенно предположил я.
— Да? Странная логика. — Егор нахмурился. — Это не человек, Дим. И, скорее всего, не оборотень.
— Да, — я снова прикрыл глаза сосредоточившись. Свои серые энергетические потоки я видел, как обычно. Внутри меня ничего не изменилось, как и в моей магии. Значит, энергии смерти в комнате точно не было. — Да, Егор, ты прав, это что-то другое. Или кто-то.
— Что ты имеешь в виду? — Он прищурился. Потом посмотрел на труп, а затем перевёл задумчивый взгляд на меня. — О, как. Ты думаешь, здесь развлекается Тёмный?
— Не знаю, — я с сомнением покачал головой. — Это может быть какой-нибудь концентратор именно тёмной энергии, или вообще что-то потустороннее.
Внезапно я вспомнил то, о чём мне говорил когда-то Григорий. С его приходом в наш мир могло проскользнуть что-то ещё. А вдруг это оно и есть? Тогда нам станет совсем грустно. Может, с крёстным попробовать связаться? Но тогда как объяснить ему про Лазарева, Грань и дисбаланс энергии между двумя, так сказать, мирами? Нужно больше информации, чтобы не наводить лишней паники, и потом не краснеть ни перед Троицким, ни перед отцом, который наверняка прилетит сюда сразу же, как только узнает о том, что здесь происходит.
— Да что это такое творится? — раздалось с порога.
Я оглянулся и увидел толпящихся у дверей лесорубов, перед которыми стоял Александра Николаевича. Во взглядах, обращённых на меня, не было ничего хорошего.
— Не нравится мне это, — протянул я. — Как бы меня не обвинили в этих убийствах. Я ведь ещё и с Козловым поссориться успел.
— А ну, расступитесь, — раздался скрипучий голос, и в таверну зашёл наш знакомый целитель. Если честно, мы впервые слышали его голос. Он подошёл к телу, осмотрел его, нагнулся, поднял голову и аккуратно положил её на стол. — Странно.
— Что там странного? — в голосе Александра всё ещё слышалось напряжение. — Есть идеи, кто это мог сделать?
— Не единой. Одно могу сказать, кто бы это ни сделал, он использовал магию, — взгляды всех присутствующих снова переместились на нас.
— Почему вы так решили? — я подошёл к целителю под прицелом недружелюбных взглядов.
— Да потому что он умер не оттого, что ему голову отчекрыжили, — целитель внимательно осматривал срез той части шеи, которая осталась с головой. — Его мгновенно заморозили, и только потом отрубили голову, а затем снова… разморозили.
— А разве так можно? — нахмурившись, спросила Ванда.
— Вообще-то, нет. Такая заморозка возможна только в том случае, если маг владеет водой на очень высоком уровне. И это явно не первокурсники. Но мгновенная заморозка — это ещё куда ни шло, это ещё возможно, особенно если в родовых что-то похожее имеется. А вот разморозка… Такое не под силу даже Тёмным. Вот поэтому я и говорю, странное дело.
— Артефакт? — выдвинул я очередную теорию.
— Маловероятно. Это сколько же накопителей придётся кому-то разрядить, чтобы заставить подобный артефакт работать? — повернулся ко мне старичок.
— Да мы-то откуда знаем? — я развёл руками. — А почему вы решили, что их сперва заморозили?
— Чтобы добиться таких идеальных срезов, — целитель наставительно поднял указательный палец вверх, — необходима заморозка тела. Только так и никак иначе. — Здорово, что уже там. Самое главное, это первое, о чём я подумал, когда разглядел как следует срез.
— Да что вы упёрлись-то: заморозить — разморозить. Что выкачать всю кровь и моментально убить недостаточно? — задумчиво спросил Егор. Целитель перевёл на него взгляд, а потом отрицательно покачал головой.
— Нет, только если заморозить.
— Чушь какая-то, — мы растерянно переглянулись.
— А кровь тогда куда делась? — снова спросил Егор. — Если бы его сначала заморозили, а потом разморозили, мы сейчас стояли в огромной луже крови. Вы что, мясо никогда не размораживали? — подозрительно посмотрел на целителя Дубов.
