йоту. – Однако Сиреневой госпоже в первую очередь нужен покой. Поэтому, господа, смиренно прошу вас возвращаться в ваши гостевые домики. Тем более что через пятнадцать минут прозвонит колокол.
– Разумеется, чатьен, мы не станем больше задерживать Сиреневую госпожу, – подал голос Эран, после чего повернулся ко мне и, поклонившись, проговорил: – Доброй ночи. Увидимся утром.
И не дожидаясь, пока Вэлсторн также попрощается со мной, схватил брата за руку и бесцеремонно выволок из оранжереи. Мне с огромным трудом удалось подавить смешок. Всё-таки они были необычайно милыми!
– Что ж, в таком случае, мы тоже пойдём, – сообщил Эльтайн и, наградив меня тёплой улыбкой, сказал: – Доброй ночи, Сиреневая госпожа. Благодарю вас за прекрасный вечер.
После чего поклонился. Тай уже привычно повторил действия брата, словно верная тень. А мне вдруг пришло в голову, что, учитывая строгое воспитание на горе Абора, возможно, мальчишка затюкан до такой степени, что просто панически боится допустить какую-то ошибку, вот и повторяет всё за братом, как более взрослым, и, следовательно, более умным и опытным.
Отвечая на поклон, я сделала мысленную пометку, если удастся организовать встречу с представителями долины Тайшу, понаблюдать за поведением Тая отдельно от брата.
Дождавшись, пока оранжерею покинут все посторонние, Васт взмахом руки отослал Чалу, сам же подошёл ко мне и пристально взглянул в глаза.
– Как ты себя чувствуешь? – участливо спросил он, моментально растеряв всю холодность и строгость. – Только честно.
– Спина болит, – призналась я. – И бок. А голова в последние дни и вовсе раскалывается. Такое чувство, словно мозг в течение дня медленно надувается и к вечеру вот-вот лопнет или разорвёт череп.
Васт нахмурился. Сняв с правой руки перчатку, он положил ладонь мне на лоб – перед глазами привычно вспыхнул мягкий голубоватый свет.
– С твоей головой всё в порядке, – сообщил Васт спустя некоторое время, после чего перемесил ладонь со лба мне на грудь, немного понаблюдал за чем-то, а затем обхватил длинными, тонкими пальцами моё левое запястье. – Из-за Большого Совета и различных неприятных происшествий ты много нервничаешь и мало спишь, возможно, отсюда и головная боль. – Васт недовольно поджал губы и наградил меня укоризненным взглядом. – Ты плохо спишь?
– В голове крутится слишком много мыслей, – призналась я смущённо. – Поэтому иногда мне бывает трудно заснуть.
– Я дам тебе сонное зелье, – заявил Васт непреклонно. – Будешь принимать его по десять капель на пиалу воды перед сном.
– Хорошо, – покорно согласилась я, не видя никаких причин для споров. – А что со спиной? Я думала, твои чудо-снадобья вмиг меня исцелят.
– Зелья не исцеляют сами по себе, – назидательно проговорил Васт. – Они лишь ускоряют процессы, происходящие в организме. У заклинателя за исцеление отвечает магия. Однако в тебе её слишком мало, поэтому заживление идёт медленно, почти как у обычного человека.
– Ясно, – тяжело вздохнула я. – Значит, мне предстоит ещё долго пить обезболивающее и купаться в твоих вонючих ваннах?
– Можешь не пить и не купаться, – равнодушно ответил Васт. – Только я не ручаюсь, что в этом случае завтра ты сумеешь самостоятельно встать с постели. Или поднять что-нибудь тяжелее ложки.
– Намёк понят, давай своё зелье. А я попрошу Чалу подогреть воду для ванны.
Внимание
Благодаря сонному зелью ночью прошла незаметно: я заснула сразу же, едва голова коснулась подушки, а проснулась на рассвете полная сил и без намёка на головную боль. Правда вместо головы болело всё тело, особенно многострадальный бок, однако Чала сразу после моего пробуждения принесла обезболивающее зелье, так что вскоре моё самочувствие окончательно наладилось.
– Чала, сходи в мэн и спроси у бэкхрана, сможет ли он уделить мне немного внимания перед завтраком – я хочу с ним поговорить.
Я посчитала необходимым сообщить Эльзиру о своём «братании» с Вэлсторном и Эраном. В конце концов, бэкхран сам настаивал на том, что мне необходимо подружиться с этими двоими. Пусть порадуется моим успехам. Хоть с каким-то из его заданий мне удалось справиться.
Разумеется, Эльзир ответил мне согласием и назначил встречу за полчаса до завтрака. Поскольку в запасе у меня было почти два часа, я решила провести время с пользой и немного размяться. Да, чатьен запретил мне физические нагрузки. Но ведь пешие прогулки не считаются? Я и так хожу, так какая разница где? Рассуждая таким образом, я переоделась в простую одежду, в которой обычно выходила на утреннюю пробежку, заплела волосы в косу, закрутила её в бублик и закрепила на затылке тремя шпильками. Чала, присутствовавшая при моих сборах, окинула меня одобрительным взглядом и не сделала ни одного замечания относительно внешнего вида, следовательно, я сделала всё правильно и не нарушила никаких гласных или негласных правил.
На ночном дежурстве возле дверей кэа стояли Мартнейт с Бэртом, и оба выглядели крайне измождёнными и уставшими.
– Доброе утро, Сиреневая госпожа, – несмотря на изнурённый вид, чётко поприветствовали меня они.
– Судя по вашим лицам, не такое уж оно и доброе, – заметила я, даже не пытаясь скрыть беспокойство в голосе. – Что-то случилось?
– Из-за вчерашнего инцидента вихо Килинг перетряс всю стражу, вызвав на допрос каждого, кто имел доступ на территорию зейхана, – сообщил Ордет, возникший на крыльце буквально из ниоткуда. – Разумеется, из-за всех этих допросов произошла неразбериха, и Мартнейт с Бэртом вместо положенных четырёх часов караула простояли все восемь и, мягко говоря, немного подустали.
– Ясно, – мрачно отозвалась я. – В таком случае, вы двое – я посмотрела на стражников, – идите отдыхать.
– Нельзя оставлять кэа без присмотра, – возразил Бэрт. – Пока никого не будет, в дом могут проникнуть недоброжелатели и устроить покушение. Например, отравить продукты или наслать проклятье на вещи или мебель.
– А через окна или крышу так эти таинственные недоброжелатели будто не смогут проникнуть, – насмешливо заметила я. – Кроме того вы едва на ногах стоите, какая из вас охрана? Пусть вас подменит кто-нибудь из внешней стражи.
– Исключено, – Мартнейт был категоричен. – Охраной семьи бэкхрана должны заниматься только проверенные люди.
Я обречённо вздохнула и повернулась к Ордету.
– Иди к вихо Килингу и напомни, что даже у заклинателей есть предел выносливости и моя стража нуждается в отдыхе, – распорядилась я.
– Да, госпожа, – отозвался Ордет, однако не отправился сразу
