движение, и вниз по лестнице сбегает Жасмин.
– Привет! – радостно восклицает сестра и бросается на шею сначала мне, а потом Зельде. – Как хорошо, что вы пришли!
Па спускается, похлопывает меня по плечу и жмет руку Зельде.
– Давайте пока присядем в гостиной, – предлагает он. – Хотите чего-нибудь выпить?
Я усаживаю Зельду на диван и одной рукой приобнимаю за плечи. Жасмин сияет, глядя на нас, а близняшки борются за место у меня на коленях.
– Нас очень много, да? – спрашивает Жасмин, обращаясь к Зельде.
– Да, но это здорово, – откликается та с довольной улыбкой.
– А может, я сяду к тебе на колени? – просит Элли, которая проиграла бой. Она как завороженная не сводит глаз с волос Зельды.
– Конечно, – отвечает та и похлопывает по бедру.
– А можно потрогать твои волосы? – задает следующий вопрос Элли.
– Естественно. – Зельда ухмыляется и бросает на меня взгляд. Я ее предупредил.
Па возвращается с напитками и садится в кресло.
– У вас все хорошо? – спрашиваю я.
– Все как всегда, сынок.
Какое-то время мы сидим в тишине, пока Элли без особого успеха пытается заплести Зельде косички. Я не уверен, знает ли она, как это вообще делается. Но малышка сосредоточена и выглядит очень мило.
– Итак, Зельда, – начинает па. – Ты впервые в этом районе?
– Э, да, – отзывается она. – Но я переехала в Перли только в прошлом сентябре. А вообще я не отсюда.
Кивнув, па интересуется:
– И что тебя сюда привело?
– Учеба. – Зельда откашливается. – Я поступила в местный университет.
– Наверняка родители очень тобой гордились, – продолжает он. – Я рад за тебя.
– Честно говоря, мои родители никогда особенно мной не гордятся. – Она немного краснеет, и я надеюсь, что па не будет заставлять ее говорить об этом.
– Чепуха, все родители так или иначе гордятся своими детьми.
– Да ладно, – вставляет Жасмин, и па кидает ей в голову подушку.
– Малик? – кричит из кухни ма. – Поможешь мне накрыть на стол?
– Э, – тяну я, вопросительно глядя на Зельду.
– Не волнуйся, у меня все нормально, – заявляет она и ободряюще кивает. – Со мной общаются и делают мне прическу.
Хотя и удивлен, что это не может сделать Жасмин, но, само собой, помогу ма.
– Ну и? Что думаешь? – спрашиваю, раскладывая приборы на большом обеденном столе.
– Зельда кажется очень милой, – отвечает ма. Что-то она сегодня неразговорчивая. Поругалась с па?
– Да, она такая и есть, – соглашаюсь и улыбаюсь, бросив взгляд в гостиную. Уже обе близняшки возятся с волосами Зельды.
Ма прочищает горло, и я поднимаю голову. Атмосфера на кухне странная. Реально странная.
– Малик, ты знаешь, что мы во всем тебя поддерживаем… – начинает ма и, хотя собирается сказать что-то еще, делает паузу.
– Да, знаю, – нахмурившись, подтверждаю я. Что-то тут не так.
– Папа и я… Нам нелегко, понимаешь?
– Что нелегко, ма? – спрашиваю я.
– Мы знаем, как ты счастлив. И стоит лишь взглянуть на вас двоих, становится очевидно, что вы влюблены друг в друга. – Ма не смотрит на меня, пока передает стопку тарелок.
– Просто скажи, что хочешь сказать. – В моем голосе слышна тревога.
– Мы переживаем, – тихо произносит она.
У меня ускоряется сердцебиение. Почему она не может выложить все начистоту? Я медленно ставлю тарелки на стол, одну за другой.
– Эти отношения между вами… – начинает ма.
– Да что с ними? – Я начинаю терять терпение. Перевожу взгляд со стола на маму. У нее виноватый вид.
– Вы не представляете, насколько все это сложно, – говорит она. Ма повернулась ко мне спиной и вцепилась обеими руками в столешницу. – Мы желаем тебе только лучшего, Малик. Желаем вам лучшего. И опасаемся, что вы не осознаете, как сильно отличаются миры, в которых вы выросли.
– Может, скажешь то, что собиралась сказать, вместо всех этих намеков? – прошу ее. Голос звучит громче, чем я хотел бы.
– Послушай, Малик, – говорит ма. – У вас все только начинается. И пока вы видите мир сквозь розовые очки. Но скоро вас настигнет реальность. Зельда учится в университете, а ты из Пурли.
– Ты имеешь в виду, что я недостоин ее? – Мамины слова не укладываются у меня в голове.
– Нет, Малик. Я бы никогда даже не подумала о таком. Ты прекрасный человек. Разумеется, ты ее достоин. Но я хочу тебя защитить.
– Защитить меня? От чего же? – Я стараюсь не орать. Не хочу, чтобы Зельда услышала наш разговор.
– От того, что тебе будет больно. От того, что рано или поздно вы обнаружите, что ваши миры несовместимы. От того, что с тобой произойдет то же, что случилось с Лукасом Джеймсом.
Поверить не могу, что ма сравнивает наши с Зельдой отношения с той старой историей. Лукас был сыном нашей соседки. В течение нескольких месяцев он встречался с богатой девчонкой из высших кругов. Когда ее родителям стало об этом известно, они подали на него заявление о сексуальных домогательствах. Выставили все так, будто он приставал к их дочери.
– Это совсем разные вещи! – выпаливаю я. – Родители Зельды не будут…
– Малик, не будь наивным. Ты не можешь этого знать. – Теперь она разговаривает со мной строгим, сердитым голосом. – Никто не может предсказать, что произойдет. Но вероятность, что, если что-то пойдет не так, пострадаешь именно ты, чрезвычайно высока. Вот чего мы боимся.
– Ты с ума сошла, – заявляю я. – Это бред. О чем ты говоришь!
Мы встречаемся взглядами. Я вижу боль в ее глазах. Боль и страх.
– Мы не хотим тебя обидеть. Мы любим тебя, Малик. Больше всего на свете. Мы хотим для тебя только лучшего. Поверь мне. – В голосе ма слышна мольба.
– Не лезьте в мои дела, – говорю я.
Из гостиной доносится смех. Жасмин кричит:
– Мы скоро будем есть?
Ма вздыхает:
– Прости, Малик. Знаю, ты не хочешь все это слышать. Но я мать. Я должна защищать своих детей. Это моя работа. – Она уходит в гостиную, чтобы позвать всех за стол.
Когда мы рассаживаемся, па наливает взрослым по глотку вина. Кажется, они старательно готовились к сегодняшнему дню. Только ма, к сожалению, понадобилось все испортить. Жасмин дуется, потому что па игнорирует ее бокал. Я нащупываю под столом ладонь Зельды и крепко ее сжимаю. Она понятия не имеет, что случилось между мной и ма. Но у меня внезапно возникает острая потребность к ней прикоснуться. Словно чтобы доказать самому себе, что все в порядке.
– Что ж, – торжественным голосом начинает па. – За вас. – Он поднимает тост. – Здорово, что мы наконец с тобой познакомились, Зельда.
Меня бесит, что он делает вид, будто все нормально. Не может же он не
