Неся тебе доверяет, если рассказал о ней…
– Рассказал? Да он так, упомянул неохотно.
– О, ты не представляешь, чего это ему стоило.
– Она… Она погибла в аварии? – осмелился спросить парень.
– Вроде того.
– Как это «вроде того»?
– Она начала погибать несколько раньше. Но в этом доме о ней не говорят. И прошу, не упоминай ее имя всуе.
Она внимательно посмотрела на Дэна, как будто что-то взвешивала в мыслях.
– Возможно, когда-нибудь я тебе расскажу. Но не сегодня. Бутылочка откровенных разговоров уже и так заполнена до горлышка. – Аврора сощурилась. – Тот летающий цветок, о котором ты упоминал, при тебе?
Дэн осторожно достал из кармана фланелевой рубашки незабудку. Цветочек тряхнул голубыми соцветиями, неторопливо поднялся в воздух.
Аврора вздохнула, ее глаза залучились теплом.
Незабудка подлетела к ней, нежно коснулась щеки, плавно опустилась в раскрытую ладонь женщины.
– Она довольно разборчива, – тихо сказал Дэн. – Не всем доверяет.
Аврора не сводила глаз с цветка, и парень видел, как в ее роговице отражаются желто-голубые венчики.
Негромко, с нежной хрипотцой, Аврора продекламировала:
Цветок печальный с этих пор
Любови дорог; сердце бьется,
Когда его приметит взор.
Он незабудкою зовется;
В местах сырых, вблизи болот,
Как бы страшась прикосновенья,
Он ищет там уединенья,
И цветом неба он цветет,
Где смерти нет и нет забвенья…[2]
Незабудка, словно бы выслушав стихотворение до конца, взлетела, описала круг и направилась к окну, где на подоконнике для нее всегда стоял стакан со свежей водой.
Аврора подняла на Дэна глаза:
– Надеюсь, я в тебе ошибалась, Младший, прости. Ты непохож на манипулятора. Разве что самую малость.
– Спасибо, – пожал плечами Дэн.
– Признаюсь, – чуть помедлив, добавила Аврора, – что такой бред, который ты тут наплел, просто невозможно выдумать. Говорящие самокаты, слонопотамы, ловушки для тени. Ей-ей, хорошая бы получилась книжка!
Скрипнула дверь, и в комнату заглянула голова Нестора.
– Кофе уже почти остыл. И если ты решила выкурить всю пачку, да еще и втянуть в это Дэна, знай – я тебе запрещаю!
Глава третья
Перспективное предложение
Они засиделись в гостиной до самого вечера. Аврора, уходя, заявила, что собирается с этих пор наведываться чаще, благо спектаклей у нее сейчас немного, так как не все вернулись с гастролей.
Оставшись в гостиной наедине с профессором у их всегдашнего очага, который нередко зажигали летом, а осенью и подавно, Дэн решил, что самое время поговорить.
Он ходил вокруг да около, рассуждая то о перспективах изобретения Нестора, то о средствах на развитие проекта, пока профессор не заподозрил неладное и, развернувшись к нему в кресле, не выпалил:
– Да скажешь ты, наконец, прямо, что случилось? Я чую в этом доме запах паленой лисьей шерсти!
Дэн замер у клавесина, водя пальцем по узору на лакированной крышке.
– Если я скажу прямо, профессор, вы разозлитесь. Обещайте мне, что не разозлитесь.
– Да скажи ты уже хоть как-то, прямо или криво. Не то я и правда вспылю!
Дэн деловито прокашлялся.
– Дело в том, профессор, что вашему изобретению необходимо практическое применение. И чтобы поддержать дальнейшее использование «Сновидца», нужна материальная база. Поиск клиентов…
– Ну вот опять! – всплеснул руками Нестор, отворачиваясь. – Что ты там бормочешь?!
– Я хочу открыть «Бюро сновидений».
– Ты хочешь… Что?! Какое, к чертям, бюро? Вроде как комод, да? Что-то из мебели?
– Профессор, вы прекрасно поняли, что я имею в виду!
Нестор резко поднялся, сердито одернул края домашнего халата.
– Нет и еще раз нет. Этого не будет. Нет – это форма отрицания. Я запрещаю вам, младший ассистент, брать на себя такие полномочия!
– Профессор, в самом деле! Это даже смешно! – воскликнул студент. – Как только мы обсуждаем что-то серьезное, вы переходите на вы и начинаете со мной говорить официально.
– А чего ты хотел, Дэн?! Чтобы сотни людей, со всеми их скелетами в шкафу, проникли в мир сновидений, и каждый бы вызвал по тени?
Дэн нахмурился.
– Я хочу, – он поджал губы, подыскивая слова, – хочу, чтобы «Сновидец» помогал людям. Разве не для этого он был создан?!
– Нет, не то! – крикнул профессор так, что капибара Люся подняла с софы голову и сонно посмотрела на него, а попугаи Ап и Чхи заметались в клетке.
Дэн вздохнул.
– Мне «Сновидец» помог, профессор. Это вы не станете отрицать? Вы сами сказали, он может не просто избавить от боли, он способен вернуть то, что человек потерял. Мечту.
Вот это уже была откровенная манипуляция. Аврора поспешила с выводами. Но Дэну сейчас было не до уколов совести: он видел – аргумент подействовал.
– Дэн, нужны дополнительные испытания. Признание изобретения научным миром… – вяло возразил Нестор.
– Вы уж простите, профессор, но мы и на старой модели умудрялись путешествовать. А ваш замечательный научный мир первым делом присвоит и заберет ваши разработки. Вот тогда ждите беды!
Нестор нахмурился, вернулся в кресло и весь сгорбился.
Тогда Дэн использовал козырь. Достал из-за пазухи конверты со счетами.
– Профессор, я уже нашел людей, которым требуется наша помощь. Они согласны платить за то, чтобы мы достали нужные им вещи.
– Платить?! – Профессор так резко повернул голову, что Дэн испугался за его шейные позвонки. – Такого никогда не будет! Отмывать деньги с помощью моего изобретения?!
– Почему сразу отмывать, профессор? Что за словечки? Трудящийся достоин награды. Вы создали нечто нужное людям, и оно может приносить доход. К тому же…
Дэн подошел и бросил конверты на журнальный столик возле кресла.
– Что это? – буркнул Нестор.
– Это билет в один конец. Официальные похороны всех ваших открытий.
– Я не понимаю…
– Аврора принесла мне ваши счета. Профессор, я очень ценю то, что вы помогаете мне и моей матери. Но мне правда было бы легче, если бы вы не делали это ценой своего выселения отсюда.
– Это не так, – по-ребячески соврал Нестор.
– К тому же… – Дэн рассеянно повертел головой. – Ваши животные требуют особого ухода. Люся съедает по три килограмма овощей в день. Ап недавно повредил крыло, и Чхи его жалеет. Вы привыкли жить, хм, с комфортом. Только квартплата… Впрочем, не будем
