бога Эларихена все эльфы — его потомки.
— Получается, — Анте перевела взгляд на Валета, которая почему-то выглядела очень напряженной, — что они от опытов на людях перешли к опытам на эльфах?
— Еще и тайно. — Вайлет быстро склонилась и положила оторванную руку на лестницу, где-то справа от себя. — Об этом точно надо сообщить господину.
13. Ошибка Туза
Постоянно приходившие письма и заявки накапливались день за днем. Кинга, с трудом успевая перебирать их, читала один документ за другим, одно приглашение за всеми следующими. Будучи сосредоточенной и решительной в своем желании скорее покончить со всем этим, она почти безвылазно сидела в рабочем кабинете господина, за его письменным столом.
Ей, как главному человеку в особняке на момент отсутствия его владельца, поступали не только запросы от знати или общие приглашения на встречи, но и донесения всех подчинённых Алариса, в том числе рыцарей и отдаленных от основного отряда горничных.
В это же время в кабинете царила спокойная атмосфера. Рядом горел камин, подле которого с чашечкой горячего шоколада сидел северный эльф. Слышались хруст горящих бревен, сюпающий звук при каждой попытке эльфа отпить немного горячего шоколада, спокойное ровное дыхание Кинги и чирканье бегавшего по различным документам пера.
— Квин, — позвала главная горничная, быстро макая перо в чернильницу и вновь продолжая заполнять им список необходимых закупок на конец зимы, — как долго ты еще будешь отлынивать от работы?
— Я? — Квин сидела на полу босиком, поджимая под себя нагревшиеся от тепла камина ноги. — Я не отлыниваю, а оберегаю твой покой.
— Оберегай его вне кабинета.
— Не хочу. Нечестно, что тебе можно находится в кабинете господина, а мне нет. А еще… — Квин приподняла указательный палец в воздух и, широко улыбнувшись, добавила: — Я соскучилась по тебе. Ты ведь в последнее время постоянно чем-то занята. Хочу больше быть с тобой.
Рука Кинги, водившая пером по листу, быстро остановилась. Всякий раз, когда Квин пыталась выразить ей свою любовь, это перерастало в преследование и постоянное донимание.
Горничная в очках, приподняв задумчивый взгляд, посмотрела на улыбавшегося эльфа и начала размышлять:
«Я думала, что достаточно отвлекла ее внимание, камином и горячим шоколадом, а она все никак не успокоится. Ладно, подождем еще немного, пока она не размякнет, а потом снова пошлем работать. Тогда она точно от меня отстанет».
Кинга вновь опустила взгляд на бумаги, а Квин тем временем, так и не отворачиваясь от камина, продолжила наблюдать за плясавшими внутри него языками пламени. Отчего-то эта картина казалась ей завораживавшей. Квин легко переносила холод и любила его всей душой, но в то же время горячий шоколад был таким вкусным, а огонь таким красивым, что она не могла отказать себе в удовольствии совместить и то и другое.
Неожиданно в образовавшейся тишине вновь прозвучал ровный голос Кинги:
— Не сиди слишком близко к огню. Это опасно.
Квин, услышавшая это, удивленно посмотрела на свою старшую напарницу, взглянула на ее спокойное, будто бы даже равнодушное лицо, и счастливо улыбнулась. Уж она знала, что за внешним равнодушием Кинги всегда скрывалось нечто большее.
Внезапно дверь в комнату распахнулась, на пороге появилась фигура еще одной девушки-горничной. Вайлд, молча пройдя в кабинет, широкими шагами приблизилась к столу Кинги и протянула ей уже раскрытый конверт.
Кинга приподняла взгляд на эту русоволосую девушку, лицо, руки и ноги которой были вечно чем-то перебинтованы или заклеены из-за новых и новых ран. Она оценивающе посмотрела в ее глаза, а следом и на конверт, который протягивала Вайлд.
— Говори.
— Новое донесение, — Вайлд решительно кивнула. — Группа скрытных с новых земель просит направить к ним еще людей.
— Восстание народа?
— Нет, они сами подавили недовольство местных. Сейчас проблема в разбойниках.
— Группа Острых клыков? — Положив перо на стоявшую неподалеку подставку, Кинга осторожно потянулась за конвертом, взяла его в руки и вытащила из него письмо. — Они же не показывали себя.
— Да, но как только появились слухи о том, что новый лорд наконец-то взялся за земли, они начали активно нападать на мирные поселения. Местные просят о защите.
Полностью развернув письмо и пробежавшись по первым строчкам каждого абзаца, Кинга быстро поняла, о чем в нем шла речь. Пока она читала, две другие девушки, также находившиеся в комнате, молча ожидали ее.
— Поняла. — Кинга глубоко вздохнула и положила письмо вместе с конвертом на стол перед собой. Ситуация казалась достаточно серьезной, чтобы не пускать ее на самотек.
Вновь приподняв взгляд к глазам Вайлд, Кинга серьезно приказала:
— Отправь запрос рыцарям на границе. Пусть человек пять из них помогут скрытным. А с нашей стороны…
Кинга задумчиво замолчала. Мысленно попытавшись прикинуть кто же из основного отряда мог бы справиться с задачей по уничтожению противников в кротчайшие сроки, она как-то интуитивно перевела взгляд на Квин. Задумчиво осмотрев наблюдавшего за ней в этот момент эльфа, Кинга спросила:
— Квин, ты пойдешь?
Эльфийка улыбнулась. По ее приподнявшимся бровям было видно, что она оказалась удивлена, и тем не менее очень рада. Девушка быстро поставила опустошенную кружку на пол, поднялась на ноги и уверенно заявила:
— Конечно! Положитесь на меня.
— Хорошо. Тогда доверяю это тебе. Перебить разбойников или же перевоспитать их — оставляю на твой выбор.
— Ура! — Квин от радости высоко подпрыгнула.
— Только, — недоверчивый голос Кинги вновь заставил успокоиться и насторожиться, — сохрани все леса на тех территориях в целости.
Квин отчего-то отвела виноватый взгляд в сторону. Возможно, вспомнив о своей проделке с вырубанием леса возле особняка, а, возможно, и о чем-то ином, она тихо ответила:
— Я… Поняла.
— Хорошо. Тогда, — Кинга вновь посмотрела на Вайлд и одобрительно кивнула ей, — дальше.
— Пришло новое письмо от господина Анджина.
— Что он пишет?
— Пишет, что удивлен.
— Чем?
Кинга недоверчиво нахмурилась, а Вайлд тем временем отчего-то начала широко улыбаться. Добрым радостным голосом она ответила:
— Тем, что вы так хорошо справляетесь с обязанностями заместителя графа. Он хочет прибыть в поместье и навестить вас.
Подобные слова вызывали сомнения. Кинга, недоверчиво щурясь, откинулась на спинку кресла и замолчала. Еще несколько секунд она сидела в полной тишине, будто бы обдумывая подобное заявление.
— Я простая горничная, — заговорила девушка, — зачем ему нечто подобное?
— Возможно, —
