Читаем без скачивания Десять покушений на Ленина. Отравленные пули - Николай Костин

ВОПРОС: Вы называли всех бывших участников эсеровской террористической дружины, с которыми вы встречались в последующие годы?

ОТВЕТ: Я упустил из виду участницу покушения на В.И.Ленина — Ф.Каплан, которую встречал в Свердловской тюрьме в 1932 г.

ВОПРОС: Расскажите подробно, при каких обстоятельствах произошла эта встреча?

ОТВЕТ: В июле 1932 г. в пересыльной тюрьме в г. Свердловске, во время одной из прогулок на тюремном дворе, я встретил Каплан Фаню в сопровождении конвоира. Несмотря на то, что она сильно изменилась после нашей последней встречи в Москве в 1918 г., я все же сразу узнал ее. Во время этой встречи переговорить мне с нею не удалось. Узнала ли она меня, не знаю, при нашей встрече она никакого вида не показала. Все еще сомневаясь в том, что это Фаня Каплан, я решил проверить это и действительно нашел подтверждение того, что это было именно так,

ВОПРОС: Каким образом?

ОТВЕТ: В Свердловской тюрьме содержался Кожаринов, переводившийся из челябинского изолятора в ссылку. Кожаринов был привлечен к работе в качестве переписчика. Я обратился к нему с просьбой посмотреть списки заключенных, проверив находится ли среди них Фаня Каплан. Кожаринов мне сообщил, что действительно в списках тюрьмы числится направленная из политизолятора в ссылку Каплан Фаня, под другой фамилией — Ройд Фаня…

ВОПРОС: От кого и что именно вы слышали о Каплан в 1937 г.?

ОТВЕТ: 15 ноября 1937 г. я был переведен из Мурманской тюрьмы в Ленинградскую на Нижегородской ул. Находясь там в одной камере с заключенным Матвеевым, у меня с ним возник разговор о моей прошлой эсеровской деятельности и, в частности, о Каплан Фане. Матвеев, отбывавший наказание в Сибирских к/лагерях, сказал мне, что он знает о том, что Каплан Фаня — участница покушения на В.И.Ленина — работает в управлении Сиблага в Новосибирске в качестве вольнонаемного работника…

Новиков подтвердил правильность записи протокола и то, что он им был прочитан. Допрос вели: начальник и оперуполномоченный 4-го отделения УГБ УНКВД Ленинградской области. Подписи неразборчивы. Выписка заверена II апреля 1991 года сотрудником Центрального архива КГБ СССР Ю.М.Разбоевым.

На запрос N 12916 Зам. Наркома Внутренних дел Фриновского: верны ли сведения В.А.Новикова, сподвижника Ф.Каплан в покушении на В.И.Ленина 30 августа 1918 года, из Свердловска ответили "Дмитриев N 655 от 26.ХII. сообщает, что ответ задержан на сутки ввиду того, что производил тщательную проверку. Не установлено, что Ройд Фаня содержалась в Свердловской тюрьме в 1932 г. и позднее, чтобы не ошибиться проверку произвели по архивным данным Свердловской тюрьмы, по архивным материалам конвойного полка, картотеки ОМЗ, а также РКМ и ДТО. Также не установлено ни одного арестованного с фамилией, сходной с Ройд Фаней. Просит сообщить более полные установочные данные для установления. Просит телеграфировать".

На "Меморандуме N 52892" /так озаглавлена телеграмма из Свердловска/ малоразборчивые подписи, краткая резолюция Фриновского и штамп 4-го отдела ГУГБ от 30 декабря 1937 года.

Пришел ответ из Новосибирска. В нем говорилось: "Мальцев N 647 от II января 38 г. сообщает, что в числе заключенного и вольнонаемного состава Фаня Ройд, она же Фаня Каплан в прошлом и в настоящее время не имеется".

Текст заверен работниками КГБ СССР и штампом 4-го отдела ГУГБ от 14 января 1938 года.

Согласно изданной в Израиле энциклопедии, в годы массовых репрессий в СССР, Клаплан мирно работала в библиотеке Бутырской тюрьмы и тихо умерла в 1950 году. Авторы энциклопедического текста исказили биаграфию Каплан. Передвинули дату рождения с 1890 на 1881 год, прибавили ей в общей сумме 42 года жизни.

В 70-х годах последовал новый всплеск сенсаций о Каплан. Некто Борис Орлов опубликовал в двух номерах журнала "Время и мы" /N 2, 1975 г; N 3, 1976 г./ пространный материал, в котором сделал попытку доказать, что покушение на Ленина 30 августа 1918 года на заводе Михельсона совершила не Фанни Каплан, а террористка Лидия Коноплева.

Дикость этой "версии" более чем очевидна. Да, Коноплева первой в Центральном боевом отряде при ЦК ПСР выдвинула идею покушения на В.И. Ленина, да, Коноплева первой пыталась осуществить его в марте 1918 года. да, Коноплева была одним из самых активных помощников Григория Семенова в организации покушений на вождя революции в августе 1918 года. Да, Коноплева была образована, хорошо владела огнестрельным оружием. Отличалась высокими бойцовскими качествами, да, Коноплева страстно хотела убрать с политической арены лидера большевиков. Да, Коноплева жаждала громкой славы, известности. Признание партий эсеров ее революционных заслуг. И все же ни Гоц, ни Донской, ни Семенов не доверили ей осуществить покушение на Ленина 30 августа 1918 года. На завод Михельсона, куда наиболее вероятно должен был приехать на митинг Ленин, главным исполнителем была назначена Фанни Каплан.

Почему? По окладу натуры Коноплева была больше человеком слова, порыва и взвинченности. 30 августа Абраму Гоцу, его партии эсеров и стоящими за ней посольствами Франции, США и Англии на заводе Михельсона нужен был человек дела, веры, фанатичной убежденности в постулаты эсеровского народовластия. Таким человеком в боевом отряде террористов оказалась Фанни Каплан. Не случайно, что опытный, прошедший школу царских тюрем, ссылок и каторги, Василий Новиков заменил на посту дежурного боевика на заводе Михельсона начавшего колебаться в праведности покушения, Федора Зубкова.

Лидию Коноплеву Григорий Семенов назначил исполнительницей в район Александровского /ныне Белорусского/ вокзала, как можно дальше от места вероятного покушения. Дисциплина в отряде была предельно строгой. Заранее все обговорено и рассчитано. И никак, ни при каких условиях не могла Коноплева бросить свой пост у Александровского вокзала, приехать на завод Михельсона, не зная, там ли находится Ленин, подменить Каплан, стрелять в Ленина, остаться незамеченной ни Каплан, ни Новиковым.

Все дело в том, что при "сооружении" своей "версии" — стреляла в Ленина не Каплан, а Коноплева — Борис Орлов пользовался не архивами фонда ЦГАОР, КГБ СССР, не материалами предварительного следствия Революционного Трибунала по делу Ф.Каплан, а публикациями, появившимися за границей в 40 — 70 — е годы. Он пользовался — стенограммами судебного процесса правых эсеров 1922 года, но истолковал их произвольно, подчиняя главной цели: любыми штрихами, недомолвками, натяжками, противоречиями, ошибками подсудимых, доказать недоказуемое — в Ленина 30 августа 1918 года на заводе Михельсона стреляла не еврейка Фанни Каплан, а русская Лидия Коноплева. Каплан — непризнанная героиня еврейского народа, добровольно взвалившая на себя непомерный груз чужой вины — вины Лидии Коноплевой, которая не нашла в себе мужества признаться в содеянном злодейском покушении на В.И.Ленина.

Свою "версию" Б.Орлов аргументирует тем, что Лидия Коноплева еще в феврале 1918 года выбрала себе браунинг, вооружила этим оружием террористов отряда Семенова. 30 августа 1918 года браунингом был вооружен боевик Козлов, встретивший Ленина на Хлебной бирже и не ставший в него стрелять. Коноплеву де обучал стрельбе старый террорист Ефимов. Каплан же такого послужного списка не имела. Всего за две недели до покушения обсуждала с Пелевиным технику акта, что лучше применить: бомбу или револьвер? И это, дескать, не случайно. Вся террористическая деятельность Фанни Каплан началась и закончилась в 1906 году взрывом бомбы, от которой пострадала только она сама. Не умея, мол, стрелять, Каплан продолжала считать бомбу лучшим средством совершения террористического акта.

Лидия Коноплева имела браунинг. Но она его не выбирала и тем более не вооружала этим оружием членов Центрального Боевого отряда при ЦК ПСР. Браунинг ей подарил руководитель военной работы при ЦК ПСР Б.Рабинович. Он же вооружал боевиков отряда Г.Семенова. Если меткой стрельбе Коноплева училась у боевика Ефимова, то Каплан — у боевиков в отряде Семенова — Коноплевой и Зубкова. Если бы Каплан не умела стрелять из револьвера, ее никогда бы не назначили исполнителем покушения и не послали бы 30 августа 1918 года на завод Михельсона.

Каплан была последней надежной ЦК ПСР убить Ленина. Боевики — рабочие колебались. Встречали Ленина и стрелять в него отказывались. Как они говорили: " Рука не поднялась"… Каплан оправдала надежды лидеров партии эсеров: стреляла в Ленина, хоть не убила, но тяжело ранила. Тяжкие, почти смертельные ранения преждевременно свели Ленина в могилу.

В том, что Каплан обсуждала с Пелевиным, старым эсером, за две недели до покушения, что лучше применить: бомбу или револьвер, ничего удивительного нет. Она-то знала, что плохо видела и боялась промахнуться. Бомба казалась ей более надежным средством убийства Ленина, чем револьвер. Пелевин с такой постановкой вопроса не согласился. От выстрела из револьвера гибнет только тот, в кого целишься, а от бомбя чаще всего гибнут ни в чем неповинные люди. Предмет же акта террора часто остается невредимым. Более того, вероятность гибели самого террориста стократ возрастает. Каплан согласилась с Пелевиным и решила воспользоваться при покушении на Ленина только браунингом, а бомбу передала на хранение Григорию Семенову.