и работник конторы, отсевший за отдельный столик, ограничились чёрным чаем.
Когда половой удалился, мертвоборец накрыл наш столик маскировочным покровом. Вздохнув, посмотрел на моего спутника.
— Предупреждаю, что всё здесь сказанное, относится к делу, которым заинтересовались около самого подножия трона. Подписывать бумаги, я вас заставлять не буду. Но если станете болтать — ничем хорошим это не закончится.
Здоровяк сразу же подвинулся вперёд, мрачно смотря на него.
— Мой господин сидит рядом. Прикажет не болтать — не стану. Попросит рассказать всем — буду кричать на площадях. Ты мне не указ.
На секунду в глазах мертвоборца мелькнуло раздражение. Которое быстро сменилось неподдельным интересом.
Взглянув на меня, он уточнил.
— У вас новый присяжник? Откуда?
Подняв руку, я остановил Велимира, который снова собирался озвучить что-то резкое. Посмотрел на Самоедова.
— Так сложилось. И мне кажется, это не совсем ваше дело. О чём вы хотели поговорить?
Мужчина вздохнул. Опустив взгляд на столешницу, несколько секунд подумал. Потом поднял глаза на меня.
— Сначала погибает группа мертвоборцев. Десять подготовленных и вооружённых солдат, во главе с опытным офицером. Наделённым, к слову. Потом в городе кто-то убивает одного из криминальных главарей. Попутно прикончив десятка три его людей. Затем гибнут культисты Ареса. Убитые внутри дома, где они проводили ритуалы.
Положив руки на столешницу, придвинулся чуть ближе.
— И в конце концов — происходит заражение. Нестандартное — такого формата никто не ожидал. Но очень напоминающее то, из-за которого погиб дядя Его Величества. Знаете, что у этих четырёх случаев общего?
Подтекст был понятен. Собственно, тут скорее присутствовал даже не он, а прямое указание на мою причастность.
Тем не менее, успокоив Ровера, который желал немедленно вырвать колени офицера, я отрицательно покачал головой.
— Просветите меня.
Самоедов усмехнулся.
— Энергетический след. Во всех четырёх случаях, он идентичен. Кто-то использовал один и тот же инструмент.
Мой боевой зверь яростно зарычал, замерев в нескольких шагах от столика. Слово «инструмент» ретриверу не понравилось. Я же молчал, смотря на мертвоборца и ожидая продолжения. Тот мою реакцию оценил верно.
— Его было сложно выделить. Но после того, как возникли подозрения, я привлёк дополнительные ресурсы. Внештатные, скажем так. И они подтвердили — во всех случаях использовался нестандартный энергетический конструкт.
Пожав плечами, я сделал очевидный ответный ход.
— Какое отношение это имеет ко мне?
Полковник мягко улыбнулся.
— Ну как же. В случае с упырями, мы уверены, что действовали именно вы. В момент убийства культистов, вы тоже были в Омске.
Я качнул головой. С иронией уточнил.
— И это всё? Боюсь, от подобных обвинений будет легко отбиться.
Тот снова натянул на лицо уверенную улыбку.
— А ещё есть трое стражников Земской Избы. Которые занимались не самыми благовидными делам, но в любом случае, не должны были умирать на улице. Вы в тот момент как раз находились в том же самом районе города.
Буквально на долю секунды замолчав, продолжил.
— Да и княжна Морозова утверждает, что ваши методы уничтожения упырей, разительно отличаются от классических.
Теперь причина уверенности офицера стала куда более понятной. Мало того, что он представлял одну из крупнейших и мощных служб империи, так за его спиной ещё и стоял один из Светлейших князей. Дочь которого действительно лично наблюдала за моим участием в бою.
Покосившись на полового, который уже двигался к нам с подносом, я уточнил.
— Всё это настолько притянуто за уши, что любой судья окажется очень сильно удивлён. Тем не менее, я подыграю вам. И задам простой вопрос — чего вы хотите?
На лице мертвоборца появилась усмешка.
— Судья? Вы же не думаете, что подобное дело станут рассматривать где-то в Омске? Вас ждёт Высший имперский трибунал. Председательствовать в котором, при желании может лично император.
Подошедший половой выставил на стол две чашки чая, большую кружку тёмного пива и пару тарелок. Сладкие ватрушки к чаю и сыр к пиву.
Велимир моментально сделал глоток, осушив добрую треть кружки. Поставив ее назад с такой силой, что капли расплескались вокруг, упёр взгляд в полковника.
— Царю надоело на престоле сидеть? Или он от тебя так избавиться решил? Чтобы грозить моему господину трибуналом, надо быть тупой белкой, что застряла во льду и отморозила себе мозг.
Вот теперь Самоедов действительно удивился. Я же попытался вернуть беседу в прежнее русло.
— Вы так и не сказали, чего хотите?
Несколько мгновений он сидел на месте, не отрывая взгляд от лица моего спутника. Наконец медленно заговорил.
— Оскорбление Его Императорского Величества. Подстрекательство к мятежу. Призыв к убийству Его Императорского Величества. Сразу три смертельных статьи.
Выдохнув, добавил.
— Могу я узнать, к какой фамилии вы относитесь?
Потомок служителей Стрибога гордо вскинул подбородок.
— Велимир Чащобин. Древняя и славная фамилия.
Самоедов какое-то время помолчал, задумчиво хмуря брови. Скользнул взглядом по массивным перстням с фамильным гербом, которые унизывали пальцы мужчины. Наконец, приняв решение, переключил внимание на меня.
— Я хочу узнать, с какой целью вы сюда явились и чего добиваетесь? Откуда вам известны техники, что использовались против упырей? Ради чего вы затеяли конфликт с Цурабовыми?
Откинувшись на спинку стула, я потянулся к чашке с травяным чаем. Сделал глоток.
— Может быть вы сразу перейдёт к сути? Тому, что вам на самом деле нужно?
Судя по выражению лица, офицер собирался ответить в жёсткой манере. Но отчего-то передумал. И заговорил только после нескольких секунд тишины.
— Упыри — извечная проблема империи и всего мира. Но ещё большая проблемы — люди, которые используют мертвецов в своих целях. И мы хотели бы с ними разобраться.
Я усмехнулся.
— Мы? О ком вы сейчас?
В этот раз, мертвоборец раздражения не сдержал. Подавшись вперёд, устремил на меня яростный взгляд.
— У меня достаточно улик, чтобы отдать приказ об аресте. Тем более вы можете оказаться связаны с заговорщиками. А ваш присяжник только что призывал к мятежу против правящей династии. Хотите продолжить этот разговор в казематах Тайного Приказа?
Мне вновь пришлось удерживать Ровера, который рвался показать, что бывает с теми, кто грозит его хозяину. Да и Велимира пришлось остановить — в противном случае здоровяк сейчас бы наговорил всякого.
Угрозы полковника, полностью беспочвенными не были. Конечно, я сомневался, что он немедленно попытается взять меня под стражу. Но это запросто могло произойти чуть позже. Например сразу после поединка с Цурабовым.
Прокрутив в голове возможные варианты, я принялся говорить.
— Не думаю, что вам
