и оставалась в моей руке. Осмотрелись. Ё, моё! На переднем сидении сидит контр – адмирал!
– Что же это Вы на морозе, пьёте?! – спокойным отеческим голосом, повернувшись к нам, начал он разговор. – А ну, что у нас есть закусить? – обратился он к своему водителю – Да притормози ты! И где стаканы? Так мы в тепле и допили шило, закусывая бутербродами с красной рыбкой, как говориться – с комфортом! Разговорились! Оказалось, адмирал – начальник тыла Северного флота и едет к своему сыну, в семье которого родился наследник, да и решил приятное с полезным совместить – проверить работу тыловиков базы подводников. Доехали быстро. Адмирал нас развёз по домам.
– Может, есть у Вас ребята просьбы, жалобы к моим подчинённым?! – на прощанье задал он вопрос.
– Никак нет, товарищ адмирал! – одновременно ответили мы.
– Хорошей Вам службы! – пожав руки, пожелал нам на прощанье.
Да-а-а! Вот тебе и адмирал! Настоящий мужик!
Владимир Макаров: Первый курс. Выходной. Вечером в холе главного корпуса училища танцы. Я, Скворец, Мося, Мэн чистим перья – готовимся на танцы, выглаживаем брюки, голландки. В бытовую комнату вваливаются «пятаки».
– Мужики! Быстро меняемся голландками!
Нам то, что! Сказано – сделано! Одеваем мы голландки «пятаков» и с ними бегом по трапу в фойе главного корпуса. Музыка. Народу полно. Девчонок – пруд пруди! (В этот танцевальный вечер в «Голландию» ходил паром, т. к. на рейсовом катере будущих невест не поместить!) Наши ребята музыканты, практически через раз, объявляют белый танец. Нас приглашают, отбоя от девчонок нет. Что значит пять галок на рукаве! Девчонки танцуют, а сами лишний раз, щупая пять галок на рукаве, смотрят в лицо и не могут понять: такой молодой и уже выпускник. А наши «пятаки» в кураже! Весёлые! Шустрые! Лихие парни! «Первокурсники» – с одной галочкой на рукаве, но уже возмужавшие, крепкие, в возрасте. Девчонки в недоумении! …………………………………………………………………………………………………….
Север. Служба уже не один год на ПЛ 641 проекта механиком. Уходим в «автономку». Домашние проводы, застолья позади. Офицеры и мичманы под лёгким вчерашним градусом. На пирсе провожающие – командование. Но нет замполита. Пропал. Посыльные не нашли его. Время отходить. Адмирал спрашивает командира:
– Командир лодка готова отойти?
Командир ждал до последнего, скрывая отсутствие зама.
– Нет замполита, товарищ адмирал!…
Адмирал призадумался. Затем, обращаясь к начпо:
– Дайте своего офицера, немедленно!
Тут, начпо подвернулся молодой старлей – комсомолец политотдела.
– Быстро на борт! Пойдёте в «автономку», это ваш шаг и шанс к переводу замполитом на атомоход, на должность второго ранга.
– Товарищ капитан 1 ранга, я ведь должен сегодня заступать дежурным по политотделу, – взмолился старлей.
– Ничего! Жене сообщим!
Лодка ушла. Прикомандированный ВРИО замполит в засаленном кителе (в чём был в том и попал на корабль) в нескрываемой тоске. При разговоре с офицерами он узнал, что подводная лодка ушла в «автономку» не на несколько дней, как он предполагал, а на ВОСЕМЬ! месяцев. На третий день жена старлея начала поиски мужа. Ей, в суматохе, забыли сообщить, что её муженёк убыл в дальний поход. Чтобы сгладить конфуз, Политотдел переселил семью старлея в человеческие условия – выделил отдельную двухкомнатную квартиру. По возвращению лодки из дальнего похода старлей убыл замполитом на атомоход – своё слово начпо сдержал! ……………………………………………………………………………………………………
Был у нас на лодке командир, кап. два, старый уже, его некоторые однокашники уже стали адмиралами, а он засиделся в командирах. Оказывается, когда-то, «залез под вышку» – дал ляпсус по службе. И был у нас на лодке штурман «15-ти летний капитан» т. е. капитан-лейтенантом уже ходил около 15 лет. Я пришёл на ПЛ лейтенантом он был уже каплем, я будучи уже механиком каплей и он каплей. Любил штурман «заложить за воротник», но специалистом был отменным. Когда командир находился на корабле офицерам и мичманам схода на берег не было. Командир сидит на ПЛ и мы сидим. Он хряпнет шила и спит в своей каюте, а мы маемся в отсеках от безделья. Мне в этот раз очень надо было убыть домой, грущу. Штурман говорит:
– Мех! Чево хмурый?
– Домой нужно! – отвечаю.
– Сейчас сделаем! – браво успокоил он, – Пойдём к командиру!
Подошли к командирской каюте. Штурман через дверь:
– Товарищ командир, просим добро на сход?
И тут же постучал в дверь. Из каюты раздался сонный голос командира:
– Да-а-а-а!
Штурман взял меня за руку и потащил на выход из ПЛ, объясняя на ходу:
– Пойдём! Слышал? Командир сказал – ДА!
Мы убыли в посёлок. Утром, после подъёма флага, командир долго и нудно нас выговаривал:
– Почему без разрешения покинули корабль?
Штурман, возмущенно доказывал:
– Так Вы нам дали добро, вот механик свидетель …Мы спросили добро на сход с корабля, а Вы нам через дверь: ДА-А! ……………………………………………………………………………………………………
Был у нас в экипаже офицер. На лодке, он, будучи каплем, дослужился до звания кап. три, но командир его не любил из-за его борзоты – он мог опоздать на службу, хорошо поддать. В общим командир был категорически против написания представления на звание капитан 3 ранга – «нашла коса на камень». Уходим в автономку. Каплей подходит к командиру и говорит:
– Товарищ командир, может подпишите представление на капитана 3 ранга?!
– Ещё чего?! Только через мой труп! Ты никогда не будешь «майором», заруби себе на носу!!! После нескольких месяцев плавания, нас в Средиземке поменял второй экипаж, а мы убыли на плавбазе в Севастополь, на реабилитацию в санаторий, ну и для встречи с жёнами. Швартуемся в городе – герое. О Боже! Нас встречает оркестр, адмиралы, цветы… Командир построил экипаж, доложил командующему флотом о выполнении поставленных задач… И тут объявляют:
– Капитан-лейтенанту (называют фамилии офицера-«любимчика командира») выйти из строя!
Все в недоумении, а командир в шоке.
– Указом Президиума Верховного Совета СССР капитан- лейтенанту … за особые заслуги перед Родиной, за проявленное мужество в выполнении заданий партии и т. д. и т. п присвоить воинское звание КАПИТАН 3 РАНГА!
Командиру стало плохо.
Потом выяснилось, что мама каплея была депутатом Верховного Совета СССР, и «посодействовала» в получении очередного воинского звания сыну, обойдя командование флота …
Вот так!
Владимир Карев:
РАССТАВАНИЕ
Грусть и печаль в твоих глазах,
В поход ты мужа провожала,
В душе твоей закрался страх,
Хотя трагедий ты не знала.
Молва была, но только в песнях,
Походы отражались на устах.
Как моряки в отсеках и пожарах,
Боролись погибая на постах.
Как тихо лодка возвращалась,
Без громких встреч, в ночной тиши.
На пирс комиссия съезжалась,
Поход, в секретный
