рокового замужества.
И добавил, почти прорычав:
– Это Дэвис Хантингтон!
Глава девятнадцатая
В широком бетонном коридоре аэропорта Ла-Гуардиа, где почти никто не задерживался и ничто не мешало уединенному разговору, собралась небольшая компания во главе с сэром Генри Мерривейлом.
Рядом с ним стояли Сай Нортон и Кристал Мэннинг. Чуть в стороне – окружной прокурор Байлз, с чисто выбритым синеватым подбородком и в безукоризненно выглаженном костюме, словно он вовсе не провел на ногах всю ночь.
– Послушайте, Г. М., – проворчал Сай, – может, глянете на часы?
– Да вижу, сынок! Но…
– Сейчас десять. Ваш самолет вылетает в одиннадцать сорок пять. Вы уже здесь, так что никак не можете его пропустить!
За окнами солнце ярко светило на безоблачном синем небе. В бетонном коридоре уже начинало дрожать знойное марево.
– В общих чертах эта история нам понятна, – заметил Сай. – Мы знаем, чтó Мэннинг хотел сделать и чтó у него не получилось. Но вот как ему удалось исчезнуть из бассейна и что именно произошло между ним и Дэвисом у кенотафа – для нас все еще остается загадкой.
– Согласна, – кивнула Кристал.
– Судя по ухмылке окружного прокурора, ему уже все известно. А вот мы с Кристал – ни сном ни духом. Так что ждем ваших объяснений.
– Ладно-ладно, – буркнул Г. М., изображая крайнюю степень усталости.
На самом деле он ни за какие сокровища мира не отказался бы от рассказа о своем триумфе. В который раз отвергнув благородную «Корону»[48], любезно предложенную Байлзом, Г. М. закурил собственную вонючую сигарку и хмуро посмотрел на тлеющий кончик.
– Я сразу сказал, что у нас есть три великолепных подсказки, которые помогут распутать весь клубок. Позвольте, я напомню о них.
Первая – бюст Роберта Браунинга. Вторая – влажный газетный обрывок, примерно семь дюймов в длину и дюйм в ширину, сложенный в несколько раз. Его я посоветовал поискать в бассейне, где он и был найден. Третья – большие садовые ножницы.
– Постойте, – перебил его Сай. – А как же наручные часы и пара носков? Вы про них не забыли?
Г. М. бросил на него кислый взгляд:
– О-хо-хо. Ладно, включим и их. Пусть будет четыре подсказки. А теперь, – продолжал он, пожевав сигару, – попрошу вас на время забыть о Браунинге. Этот бюст – ключ к сцене, в которой я сам не участвовал. Ее разыграли Мэннинг, Джин и Дэвис в кабинете Мэннинга после обеда в понедельник. Я услышал о ней от Джин тем же вечером по дороге в Мараларч.
Другая, в каком-то смысле более важная беседа, о которой я вскользь упомянул продавцу хот-догов, состоялась у меня вчера вечером. Я имею в виду долгий телефонный разговор с мисс Энгельс, секретаршей Мэннинга. Так вот, эта сцена оказалась настолько поучительной в определенных аспектах, что… разговор о ней мы ненадолго отложим. А пока, – он постучал себя по груди, – вернемся ко мне. Когда во вторник утром Мэннинг сиганул в бассейн, я был зол, как оса, и совершенно сбит с толку. Но одна вещь все-таки застряла в моей башке… Когда Мэннинг нырнул в воду – почему с него не слетела шляпа?
– Шляпа? – удивленно переспросила Кристал.
– Мать Кристал, – выпалил Сай, – упоминала о какой-то шляпе, связанной с этим делом. Так, значит, она не слетела с него?
– Нет, не слетела, – сухо подтвердил Г. М., ткнув в Сая пальцем. – Ты сам можешь подтвердить, что шляпа всплыла на поверхность уже после того, как Мэннинг скрылся под водой. Если подумать, это довольно странно. Мэннинг, как вы знаете, носил панаму – к тому же слегка великоватую. И он был в ней у бассейна. Эта панама меня настолько заинтриговала, что я в порядке эксперимента купил себе такую же.
Он дьявольски ухмыльнулся, надвинул шляпу на лоб, потом сдвинул назад, затем – набекрень.
– Это довольно распространенный фасон, без внутренней шляпной ленты. Вчера вечером, к примеру, – тут Г. М. показал пальцем на Байлза, и тот усмехнулся в ответ, – я звонил тебе из студии Стэнли. Ты меня чем-то разозлил, я стиснул трубку, наклонился вперед, и шляпа тут же слетела с головы. Вспоминая утро вторника, я задался вопросом: как вышло, что Мэннинг нырнул в бассейн головой вперед и не потерял шляпу?
Версии с клеем или цементом я сразу отбросил как несостоятельные. А потом вспомнил об одном простом, но надежном приеме, который позволяет слишком свободной шляпе крепко держаться на голове. Это кусок газеты, сложенный в несколько раз и вставленный внутрь. Я велел его поискать, и он оказался там, где и должен был быть, – в бассейне.
Если Мэннинг так не хотел потерять шляпу, значит за этим скрывалось что-то важное. Конечно, причин могло быть множество. Но наиболее вероятная – с точки зрения плута…
– Ну? – не удержался Сай. – Что?..
– Стремление спрятать свои волосы, – торжественно провозгласил Г. М. и сразу перешел к следующему пункту, прервав поток вопросов. – Затем у нас появляются огромные садовые ножницы. Мэннинг усиленно размахивал ими у нас перед носом. Как я сразу заметил, он начал врать без всякой нужды – даже убедил Стаффи подтвердить, что все утро подстригал живую изгородь. Чего, конечно же, не делал – как я вам убедительно продемонстрировал. Ножницы были сухими и абсолютно чистыми, ни следа зелени. Зачем было все это выдумывать, если это не играло никакой роли в его плане? Я был готов к тому, что нас попытаются водить за нос. И понял, эти ножницы – отвлекающий маневр. Настоящая улика была все это время прямо у нас перед глазами.
– Постойте, – перебил его Сай. – Ничего подобного у нас перед глазами не было!
– А ты не забыл, – ехидно осведомился Г. М., – про пару белых хлопчатобумажных перчаток? Те самые садовые перчатки, что были на Мэннинге?
Сай судорожно напряг память… и действительно вспомнил о перчатках.
– Значит, сначала он спрятал волосы, – продолжал Г. М., – потом спрятал руки. И вскоре случилось то, что открыло мне глаза.
В библиотеке я беседовал с Гилом и толпой прочих достойных людей. И тут, как ураган, влетает старина Говард Беттертон. Он настаивает на срочной встрече с окружным прокурором. Они потащили меня с собой, и Боб Мэннинг пошел тоже – мы все оказались в соседнем кабинете. Я сел у шахматного столика. Двойные двери, как вы помните, закрывались неплотно – так что я прекрасно слышал, о чем говорилось в библиотеке.
Кристал, прелестная в своем бело-голубом платье, уставилась на него в изумлении.
– Но в библиотеке оставались только мы с Саем. После того как убежала Джин, никого больше не было.
– Угу, – кивнул Г. М. – И все же, задремав в кабинете, я услышал фразу, от которой у меня волосы дыбом встали. Когда смысл сказанного дошел до старика, он подскочил и снес к чертям этот шахматный столик. Пришлось свалить все на Боба.
– Так что же вы услышали? – спросила Кристал. – Чьи это были слова?
– Твои, – невозмутимо ответил Г. М. – Видишь ли, Сай упомянул про легкий загар Джин, а ты сказала: «О, это все косметика. Лосьон для загара, который Джин покупает у аптекаря». Так я внезапно узнал, что существует
