– на твое умение. Проси чего хочешь, все ради него для тебя сделаю, но помоги княжича от змеиного царя уберечь.
Глянула Ягинда в очи княжеские, видит: грусть да черная тоска его сердце гложут. Сжалось и сердце лесной колдуньи от жалости к нему да к сыну его Кудеяру. Вынула лесная колдунья из печи котелок с кипящей водой, бросила туда какие-то травки, что сушились возле печки, и прошептала непонятные слова. Изба тут же наполнилась белым дымом и ароматом полевых трав. Тогда подозвала Ягинда князя к себе и строго-настрого наказала в воду глядеть, но ни словом, ни делом не показывать, что увидит он в водной глади.
– Гляди, – поучала Ягинда, – гляди внимательней!
Глянул князь… ничего не видно, только дымок поднимается.
– Ничего не вижу, – прошептал Арон.
– Гляди… гляди…
Вскоре забурлило, закипело в котле, и вода, как будто расступившись, показала князю знакомые места: лес, горы вместе с его замком. Подивился Арон такому диву, а Ягинда знай себе поучает:
– Гляди, гляди, князь!
Смотрит князь, а марево его дальше ведет сквозь каменные стены, прямо в покои княжича Кудеяра.
– Гляди, гляди, князь!
Смотрит дальше князь и видит: лежит в беспамятстве Кудеяр, а рядом не княгиня Зимава, не мамки да няньки, а старец в белом одеянии с золотым посохом в руках. Подошел тот старец к княжичу, на руки взял да унести пытается. Видит князь, а это уже не старец, а змей с золотой чешуей. Обвился тот змей вокруг сына княжьего, в глаза смотрит ему и шипит:
– Ш… ш… ш…
Не вынес Арон видения страшного, забыл наказ лесной колдуньи. Протянул он руки свои и в голос крикнул:
– Кудеяр!
В тот же миг исчезло колдовское видение, исчезли и замок, и княжьи покои, и княжич Кудеяр. Смотрит князь: глядят на него сквозь бурлящую воду змеиные глаза.
– Ш… ш… ш… – зашипел змей и тут же исчез.
Хоть и слыл князь отважным да смелым, а страху такого вовек не испытывал. Не за себя испугался князь, за сына Кудеяра было боязно ему. Разве ж может родительское сердце без опаски глядеть, как змей проклятый сына изводит…
– Что ж ты, княже, не послушал меня, – запричитала Ягинда, – зачем не молчал, как я велела?.. Ищет себе нового ученика среди людей змеиный царь. Выберет кого, заберет от отца с матерью и утащит в свое змеиное царство. Так и будет жить молодец среди змей да ящериц без солнечного света до скончания века. А теперь, княже, и тебе беда грозит.
– Что ж делать-то теперь? Как быть?
Стал князь просить колдунью лесную о помощи:
– Помоги, Ягинда, век помнить буду, до самой смерти не забуду.
Чуя беду, взяла Ягинда свою волшебную книгу, стала пожелтевшие страницы листать да слова непонятные приговаривать, а после и говорит:
– Слушай, князь, о чем мне волшебная книга поведала. Чтобы княжича спасти, нужно тебе самому в змеиное царство отправиться да царю змеиному в пояс поклониться. Царь тот за княжича плату потребует, а тут уж как условитесь.
– За княжича, за сына своего казны не пожалею, – подхватился князь, – все отдам!
– Да что ты, – перебила его Ягинда, – сего добра у змея и так вдоволь. В этом он нужды не имеет. Все богатства подземные ему принадлежат.
Говоря это, Ягинда достала из-за печки дорожный плащ и подала князю.
– Ночью, когда будешь у княжича, надень этот плащ. Да надевай не как всегда, а на оборотную сторону. Так змей тебя не увидит. Две ночи он будет княжича стращать, на третью к себе утащит, если ему не помешать. Одолеть человеку его нельзя, только хитростью победить можно. Так ты смотри, князь, чтобы он не увидел тебя. Сиди тихо. Не то и княжичу не поможешь, и себя погубишь. Вредить он княжичу не будет, так только, постращает немного. А ты как увидишь, что он к себе ползет, ступай за ним по следу в самое его логово. Там увидишь большую чашу с хрустально-чистой водой. Из этой чаши он пьет, когда хочет силы себе вернуть, которые на земле потратил. Вылей это зелье в ту чашу, змей выпьет и уснет крепким сном, время свое и упустит. Коли сделаешь все, как я велю, то проспит он долго и не сможет еще долго на землю выйти. А вот если змей учует тебя, тогда уж не взыщи, всяко может выйти.
Ягинда дала князю склянку с сонным зельем и свой дорожный плащ.
– Торопись, князь, скоро ночь наступит. Помни, плащ нужно надевать оборотной стороной, тогда змей тебя не увидит.
Поблагодарил князь лесную колдунью. В обратную дорогу собрался.
– Прощай, Ягинда. Кто знает, свидимся ли?
– Прощай, княже. Может, и свидимся.
Сели князь со свитой на коней, поскакали к замку. Каждый думал о своем, да и что тут скажешь?
– Не печалься, князь, – сказал Глад, – не отдадим княжича змею поганому.
– Спасибо, друг мой…
Как прибыли в замок, князь надел подаренный Ягиндой плащ и пошел в покои сына.
Глава 11
Первая ночь в логове Змея
Ничего не изменилось за прошедший день. Кудеяр с закрытыми глазами и безжизненным лицом все так же лежал в своих покоях и не шевелился.
Князь прислушался. Вокруг было так тихо, что совсем не хотелось верить во что-то плохое. Что будет с Кудеяром, если он, Арон Альмагир, не сможет перехитрить ползучего? Нет-нет… об этом даже думать не след…
– Кудеяр, – прошептал князь, подходя ближе. – Ты слышишь меня, мальчик мой? Все будет хорошо. Я сделаю все, чтобы ты поправился.
Ничего княжич не ответил отцу, но Арону так хотелось верить, что Кудеяр слышит его. Князь присел рядом с сыном и стал ждать. Тихая, безмятежная ночь привела с собой сон-дрему. Веки Арона отяжелели, и он уснул, погрузившись в мир грез.
Во сне князь видел своего сына. Кудеяр был в том дивном возрасте, когда едва научился ходить. Маленькая ладошка княжича сжимала пальцы отца, и они вместе шли по дороге, ведущей вперед, в неизведанные просторы будущего.
«Кудеяр», – звал его Арон. «Тятя», – улыбался княжич.
Возможно, князь так и проспал бы до утра, пребывая в умиротворяющей неге, если бы сквозь сон не послышался голос Ягинды:
– Проснись, князь, проснись.
Арон открыл глаза и ужаснулся. К ложу княжича подбирался большущий змей с телом, покрытым золотой чешуей. Точь-в-точь как в колдовском мареве Ягинды.
Змей был такой огромный, что, глядя на него, князь сразу понял: перед ним сам змеиный царь, о котором рассказывала княгиня. Правду молвила Ягинда: не под силу
