государств, правителей и войн?
– Никакого. – Шагир хищно сверкнул глазами. – Существа, подобные ему, желают вырваться из темницы, в которую их заточили боги. Отомстить всему живому. Извратить изначальный узор Эоса. И в конечном счёте – свергнуть своих тюремщиков.
– Прямо как в сказаниях об Энрире, – прошептала Олаи. – И, пробудившийся в конце времён, пожрёт он солнце, и луну, и звёзды…
Тса’Тум погасла, а небеса загромыхали, искажая реальность сна.
Колдун начертил в воздухе печать четвёртой арканы, заполнил её узорами и произнёс заклятье на Древнем Наречии. На удивление Олаи, сверкающие нити не исчезли, как это бывает, когда чары сотканы. Шагир взял её за руку и закричал:
– Пора уходить, девочка! Смотри и запоминай! Эта магия вернёт тебя в тело!
Поднялся чудовищный ветер, и тьма, охватившая сновидение, тяжело рухнула на волшебников. Шагира не стало. Круг печати расширился и зазвенел, раскаляясь добела. Олаи зажмурилась и шагнула в него, словно в раскрытую настежь дверь.
Глава 14
Побег
Олаи проснулась в холодном поту. Некоторое время она хватала воздух ртом, как человек, который только что вынырнул из водной толщи. В пещере царила непроницаемая мгла. Даже кристаллы не сияли. Олаи подумала, что Шагир таки обманул её и увёл глубже в Подгорное Царство. Но сопение Атсуша, дремавшего поблизости, окончательно пробудило сновидицу и вернуло в чувства.
– Как же хорошо, что ты очнулась, – прошептала во тьме Астара. – Я зажгу свет. Только, пожалуйста, не пугайся. Закричишь, и сбегутся стражи.
– Не пугаться чего? – напрягшись, спросила Олаи.
Разрывая тьму, вспыхнул волшебный огонёк. Чародейка подняла руку, и сфера, сотканная из пламени, взлетела над их головами. Повсюду заплясали тени.
Содержатель поднялся, протирая глаза, зевнул, посмотрел на Олаи, а затем на «пророчицу». Атсуш сжался и замер, не понимая, как поступить дальше. Верить в увиденное он отказывался: половина некогда прекрасного лица Астары покрылась чешуйчатыми наростами. Левая рука её была искорёжена, а из пепельно-рыжих кудрей вырос огромный кручёный рог.
– Не бойтесь, я сдерживаю это, – сказала чародейка. – Во всяком случае, пока.
– Что с вами случилось, госпожа? – глухо отозвался содержатель.
– Со мной случились последствия, Атсуш. – Астара пошевелила обезображенной рукой. – Никогда не доверяйте демонам. Особенно тем, что умеют убеждать.
– Так это правда? – Олаи вцепилась пальцами в одеяло. – Вы заключили сделку с демоном, и теперь он пользуется вашей связью, чтобы обращать людей?
– Да, кажется, этого он и добивался, когда предлагал мне силу. – Лицо чародейки исказила гримаса боли. – Олаи, пока ты спала, я прочла твой узор. Шагир не врал – грядёт ужасная война, но хазибская угроза больше не имеет значения. Ты должна… – Астара закашлялась и сплюнула кровью. – Должна отправиться в обитель и рассказать архимагу всё, что знаешь.
– Но кто я такая, чтобы меня слушать? Да к тому же мы заперты здесь, в темнице.
– Ты – моя ученица, и этого достаточно. – Чародейка махнула здоровой рукой, и волшебный огонёк опустился в ладонь Олаи. – Забери мой свет, девочка. Пусть он укажет тебе путь…
Астара снова зашлась кашлем.
– Госпожа, но я не…
– Ты сможешь, – прохрипела чародейка и повернулась к содержателю. – Атсуш, прошу, подними меня. Я открою вам дверь.
Содержатель помог ей встать и подвёл к решётке. Олаи последовала за ними. Астара прошептала заклятье, и в замочной скважине что-то хрустнуло. Дверь медленно отворилась.
– Вот и вся великая магия, – печально улыбнулась чародейка, – жалкие крохи. Остальное пожрал демон.
– Пойдёмте с нами! Может, в обители для вас найдётся лекарство?
– Нет-нет, девочка. Дальше мне нельзя. Кристаллы в этой пещере ослабляют зло. Только благодаря им я ещё держусь. – Астара дотронулась до амулета Олаи, и тот задрожал как живой. – Так я и думала.
– Что это? Что вы сделали?
– Ничего, просто проверила одну догадку. Скоро ты поймёшь сама.
– Астара, скажите мне…
– Нет времени! Забирай друзей и беги из города на восток, за реку Эо. По дороге, что огибает лес. Севернее, в горах, есть крепость. Там ты найдёшь того, кто отведёт вас в обитель.
– Но как же моя таверна? – ужаснувшись, спросил Атсуш.
– Мне жаль, старый друг, но Эдда падёт. Обращённые близко.
Пламенная сфера в руках Олаи уменьшилась и потускнела. Астара замолчала и, опираясь о стену, побрела в бездонную тьму подземелья.
Ступени, вытесанные в камне, были узкими и высокими. Олаи шла первой, освещая путь. Содержатель старался не отставать, но годы и пивной живот оказались для него слишком тяжёлой ношей. Атсуш задыхался и делал остановки.
– Простите меня, госпожа, – сказал он, вытирая вспотевший лоб. – Не думал, что стану для вас обузой. Надо было брать пример с Грога. Вот он лишний раз никогда не ест. Всё ворчит, что ему лень. Зато поджарый и сильный. Неровня толстяку вроде меня.
– Бросьте, Атсуш. Не такой уж вы и толстый. И вообще, – Олаи обернулась и посмотрела содержателю в глаза, – я видела, как вы сражались с обращённым. Столько прыти и воинской ярости нет даже у Гебба с Аристейем.
Атсуш важно пригладил усы и выпрямился. Слова юной госпожи вдохнули в него силы, а долгий путь наверх почудился сущим пустяком.
– Поверьте мне, этот подъём измотает любого. – Олаи нахмурила брови. – Если правильно помню, выше должен быть поворот. И там рукав пещеры, в котором сидят надзиратели.
– Ага-с… То есть нам бы как-то мимо них прокрасться, верно?
– Да, и сделать мы это сможем, только если пойдём в кромешной тьме и постараемся не шуметь.
– Ага-с… Но куда же вы денете парящую свечу? Из-за неё нас вычислят в два счёта.
– Спрячу. – Олаи засунула сферу в карман. – Она холодная и невесомая, как одуванчик. Тонкое волшебство, красивое. Мне от него вреда не будет.
– Ну-с, как скажете, госпожа. Надеюсь, что стражи нас не заметят.
Олаи согласилась с Атсушем и продолжила путь.
Они осторожно преодолевали ступень за ступенью. Шли на ощупь, надеясь ничем не выдать своего присутствия. Но дыханье казалось предательски громким, а сердце барабанило по рёбрам, как неустанная рука менестреля по тамбурину. Время тянулось, словно загустевший мёд. Дурное предчувствие одолевало беглецов, но те лишь ускоряли шаг. И вот наверху бледно засияла полоска света. Потянуло свежестью и благовониями. Содержатель не выдержал первым.
– Госпожа, как вы думаете, там дверь? – прошептал он, сражаясь с одышкой.
– Похоже на то. – Олаи достала волшебную сферу. – Но странно, что надзирателей не было на месте.
– Наверное, Дугра отозвал их для чего-нибудь более важного, – мрачно произнёс Атсуш, – или опасного… Например, чтобы отбиваться от чудищ.
– Уж лучше бы вы ошибались, господин содержатель, но, боюсь, выход забыли запереть тоже не без причины.
– Ну-с, не выберемся, не узнаем.
Витражи храмовых окон полыхали в лучах заката. В зале никого не было. У заброшенного алтаря лежали сухоцветы и свечные огарки. На пыльном полу виднелись следы от сапог. Рядом с пустой дровницей стояла метла, обвитая паутиной, а в трубе камина печально завывал ветер. Всё говорило о том, что сюда заходили редко.
Олаи посмотрела в окно. Красное солнце
