В эпоху, к которой относится наш рассказ, либеральные идеи, возродившие Старый Свет, не достигли еще испанских колоний, или если достигли, то не проникли в низшие классы, которые не сумели бы даже понять их.
Испанский король, благодаря системе управления на полуострове, почитался за бога. Самый незначительный из его представителей, он внушал почтение и страх одним лишь своим именем. Одним словом, в то время в Новом Свете никому и в голову не приходила мысль возмутиться против метрополии или отказать в повиновении даже самому ничтожному представителю заморского властителя.
Однако, несмотря на сознание своего могущества, испанцы втайне опасались решительного вида индейского вождя. Опасение было тем основательнее, что этот человек принадлежал к гордому племени команчей, которое предпочло удалиться в пустыню и вернуться к первобытной жизни, чем склонить голову перед испанским игом.
Конечно, Текучая Вода признал верховную власть испанского короля, но это произошло еще так недавно, что можно было ожидать от Красных Бизонов враждебного образа действий. Выведенные из терпения, они могли решиться на страшную месть, хотя бы она и привела их к окончательной гибели.
Подобные случаи уже бывали в колониях. Еще одно обстоятельство содействовало опасениям дона Аннибала и его спутников. Несмотря на таинственность и быстроту их похода, индейцы узнали о нем заранее, что несомненным образом доказывали принятые ими меры предосторожности.
Очевидно, кто-то изменил, но кто?
По знаку дона Аннибала чиновник приготовился с надлежащим апломбом предъявить свои права.
Укрепившись в седле, почтенный судья вынул из папки, поднесенной ему одним из помощников, бумагу и стал читать ее громким и твердым голосом.
Эта бумага гласила, что индейцы, называемые команчами или Красными Бизонами, укрывшиеся на испанской территории и получившие от правительства Его Величества убежище и покровительство, оказались недостойными этой милости.
Вице-король Испании, вняв многочисленным, несшимся отовсюду жалобам, убедился в их вероломстве и отнял от них свою руку, дотоле охранявшую их от всех бедствий. В результате чего им предписывается немедленно очистить жилища и покинуть страну. Деревня их будет разрушена до основания, а сами они будут скитаться, обреченные на смерть и т. д. и т. д.
Вождь выслушал этот документ молча, с опущенной головой и нахмуренными бровями. Когда судья остановился, он поднял голову, словно пробудившись от сна.
— Ты закончил? — спросил он тихим голосом.
— Нет еще! — отвечал судья, удивленный и обескураженный кротостью, которой он никак не ожидал.
— Кончай же! — сказал тот.
Судья продолжал:
— По этой причине я, дон Иньяцо Паво и Кобард, juez de lettras города Монкловы, властью, данной мне Светлейшим Правителем, предписываю тебе, алькад деревни Красных Бизонов, от имени Его Величества, да хранит его бог, немедленно и без сопротивления исполнить требование указа.
Текучая Вода повернулся и бросил на присутствующих странный взгляд. Потом, не говоря ни слова, он снял шляпу и швырнул ее в бездну, а трость изломал в куски. После этого он обратился к дону Аннибалу и сказал:
— Так вы хотите войны? Будь по вашему! Я принимаю вызов. Теперь можете проехать, вас никто не задержит. Он остановился, сделал шаг назад и, крикнув зловещим голосом “до свидания”, исчез.
Глава III. Красные Бизоны
Пораженные испанцы смотрели друг на друга в немом изумлении. Уже несколько минут прошло после исчезновения вождя, а они продолжали оставаться в прежней нерешительности, опасаясь ловушки и не доверяя словам индейца.
Наконец владелец гасиенды, стыдясь своего страха, гордо поднял голову и гневно топнул ногой.
— Vive Dios! — вскричал он. — Разве мы робкие женщины, чтобы испугаться угроз безумца? Я иду вперед, хотя бы за это пришлось поплатиться жизнью.
И прежде чем его успели остановить, он с поднятой шпагой вступил в массу ветвей и листьев, готовый дорого продать свою жизнь.
Но Текучая Вода говорил правду: проход оказался свободным, а тропинка — совершенно пустынной, насколько мог проследить глаз.
Дон Аннибал снова присоединился к своим компаньонам.
— Здесь нет никого, — сказал он с сожалением. — Помогите мне сбросить эти деревья в пропасть, и продолжим путь. Надо спешить, так как, по всей вероятности, в деревне нас ждет сопротивление.
Тропинка была скоро очищена, и деревья с зловещим шумом полетели в пропасть.
Все двинулись вперед.
Через час показалось плато, где лежала альдеа.
Но вместо хижин там виднелась куча дымящегося пепла. Вдали, по склонам холма быстро сбегала линия огней, то горела жатва.
Красные Бизоны не дождались прибытия королевских уполномоченных, они все разрушили и ничего не пощадили.
Мексиканцы нашли только бесформенные развалины и мусор.
Что касается индейцев, то они исчезли бесследно: нельзя было даже определить, в какую сторону они направились.
Старый офицер, окинув задумчивым взором безотрадную картину, открывшуюся перед ним, приблизился к испанцу и мрачно промолвил:
— Остерегайтесь, сеньор дон Аннибал де Сальдибар!
— Остерегаться, — отвечал тот высокомерно, — мне?! Вы шутите, лейтенант.
— Я вовсе не шучу, — произнес печально опытный служака. — Я знаю индейцев давно, они не прощают обид. Если они решились сжечь свои жилища и покинуть насиженное место, дело плохо. Вероятно, они замыслили страшную месть. Повторяю: берегитесь!
Несмотря на все свое мужество и необузданную гордость, владелец гасиенды был поражен тоном этих слов, сказанных человеком, в храбрости которого он не мог сомневаться. Дрожь охватила его тело, и кровь медленнее потекла в жилах.
В эту минуту он сожалел, что довел до отчаяния бедных людей, требовавших своей доли воздуха и солнца.
Впрочем, гордый испанец сейчас же овладел собой и отвечал офицеру с вызывающей улыбкой:
— Что могут мне сделать эти негодяи? Не я, а они должны бояться встречи со мной! Однако нам нечего здесь дольше оставаться, едем, уже поздно.
Офицер не ответил. Он поклонился, сел на лошадь и приказал своему отряду сделать то же самое.
Группа повернула назад.
У подножия холма она разделилась на две части.
Отряд солдат направился к форту Агуа Верде, а дон Аннибал с женой и мажордомом к гасиенде дель Барио.
Судья и его провожатые, до сих пор не оправившиеся от испуга, предпочли следовать за солдатами, хотя дон Аннибал предлагал им свое гостеприимство.
Путешествие проходило в молчании. Владелец гасиенды был недоволен, хотя и не желал этого обнаруживать. Его план не совсем удался, мщение вышло неполным. Краснокожие, как бы в насмешку над врагами, разрушили свою деревню и лишили их возможности позабавиться лишний раз несчастием бедняков.
