подбородок. — Но я подумал, что…
— Мы оставляем после уроков! Или сообщаем декану факультета, где учится нарушитель!
Драко, чьи белёсые глаза всё ещё были полны слёз от унижения, злобно посмотрел на Гарри, пробормотав неразборчиво что-то о своём отце.
— Ах, твой отец! — резко вмешался Грюм и, хромая, сделал два шага вперёд. Тупое клацанье его деревянной ноги отозвалось по холлу. — Что же, я давно знаю твоего отца, парень… скажи ему, что Грюм как следует присмотрит за его сыном… передай ему это от меня… кстати, это Снегг будет твой декан?
Малфой хотел было открыть рот…
— Ещё один старый знакомый, — прохрипел Грюм. — Мечтал я побеседовать со стариной Снеггом… Пойдём-ка, ты… — Он ухватил Малфоя за плечо и повлёк его ко входу в подвал.
Профессор МакГонагалл несколько мгновений обеспокоенно смотрела им вслед, потом взмахнула волшебной палочкой, заставив упавшие книги снова подняться в воздух и вернуться к ней в руки.
— Ничего не говори, — приказал Рон Гермионе, когда несколько минут спустя они сели за гриффиндорский стол. Со всех сторон доносились взволнованные разговоры о том, что сейчас произошло.
— Это почему же? — удивилась Гермиона.
— Потому что я хочу навеки сохранить это в моей памяти, — ответил Рон, закрыв глаза с блаженным выражением на лице.
Гарри с Гермионой засмеялись, и Гермиона принялась раскладывать по тарелкам говядину, приготовленную в горшочках.
— Вообще-то у Гарри могут быть большие неприятности, — сказала она. — Повезло, что Грюм вмешался.
— Гермиона! — с гневом воскликнул Рон, сердито открывая глаза. — Ты портишь самый счастливый момент моей жизни!
Гермиона нетерпеливо фыркнула и вновь на предельной скорости стала поглощать еду.
— И ты не скажешь ни слова, что это было жестоко? — усмехнулся Гарри, глядя на неё.
— Кажется, я уже начинаю привыкать, — пробормотала Гермиона с полным ртом. — Я в библиотеку.
Не успела Гермиона отойти, как на её место бухнулся Фред Уизли, глаза его горели восхищением:
— Гарри! Вот это да!
— Надо попросить для у мадам Помфри мазь для колен для Малфоя! — заявил Джордж, усаживаясь.
— Я слышал, Грюм за тебя вступился! Откуда такое расположение? — спросил Ли Джордан, лучший друг близнецов, проскользнув на место рядом с Джорджем. — Кстати, у нас сегодня был его урок, — добавил Ли, обращаясь уже ко всем.
Гарри пожал плечами.
— Ну и как урок? — с неподдельным интересом спросил Рон.
Фред, Джордж и Ли переглянулись многозначительно.
— Таких уроков у нас ещё не было, — уверенно заявил Фред.
— Он знает, о чём говорит, старина, — с уважением в голосе добавил Ли.
— Знает что? — Рон придвинулся поближе.
— Знает, каково это — быть в самой гуще событий и делать настоящее дело, — с чувством произнёс Джордж.
— Какое дело? — не понял Гарри.
— Сражаться с Тёмными Искусствами, — пояснил Фред.
— Он их все повидал, — кивнул Джордж.
— Одним словом, потрясный старик, — подвёл итог Ли.
Рон тут же полез в портфель за расписанием.
— У нас он только в четверг! — с досадой вздохнул он.
Глава 4. Шармбатон и Дурмстранг
Недели две Гарри, как мог, боролся с тревогой о крёстном. Писем от него не было, на письма от Гарри не отвечал. Отсутствие тренировок по квиддичу, лучшему лекарству от тяжёлых мыслей, лишь усугубляло тоску.
Одно утешало: Малфой их сторонился. Но, зная Драко, Гарри был уверен — ненадолго. Репутация Малфоя изрядно пострадала. Гарри даже видел, как несколько старшекурсников Слизерина, держась за колени, притворно хромали, дразня его, едва он появлялся в поле зрения.
На уроках, особенно по Защите от Тёмных искусств, работы прибавилось. К всеобщему удивлению, профессор Грюм объявил, что подвергнет каждого заклятию Империус, чтобы продемонстрировать его силу.
— Но, профессор, — неуверенно начала Гермиона, — вы ведь сказали, что это нарушение закона и что к людям это заклятие применять нельзя.
— Дамблдор хочет, чтобы вы на собственном опыте познали опасность этого заклятия, — непреклонно парировал Грюм. — Если же ты предпочитаешь путь раба, лишённого воли — можешь покинуть урок.
Густо покраснев, Гермиона прошептала, что имела в виду совсем другое. Гарри и Рон переглянулись — они знали, что Гермиона скорее проглотит гной бубонтюбера, чем пропустит занятие.
Грюм по очереди вызывал учеников и накладывал на них чары. Подчиняясь заклятию, ученики вытворяли невероятное: Дин Томас скакал по классу с гимном, Лаванда Браун воображала себя белкой, а Невилл выполнял сложнейшие гимнастические трюки. Никто не мог сопротивляться.
— Поттер, твоя очередь, — прохрипел Грюм.
Гарри вышел в центр класса. Профессор навёл на него палочку:
— Империо!
Удивительное ощущение! Гарри словно воспарил. Никакого беспокойства, только лёгкое счастье. Блаженство окатило его, и всё же он чувствовал себя как в тумане: за ним пристально наблюдают. И тут в пустом черепе эхом отдалось приказание:
— Прыгай на стол!
Гарри послушно согнул колени, приготовясь к прыжку.
— Прыгай на стол!
«А собственно, зачем?» — где-то в глубине раздался другой голос.
— Прыгай! Живо!
На этот раз Гарри не справился. Он прыгнул, отчаянно сопротивляясь, врезался головой в стол и опрокинул его.
— Близко, Поттер, очень близко! — послышался голос Грюма. — Но одной близости мало! Нужен результат!
Последующие попытки так и не увенчались успехом. С каждым разом сопротивление Гарри слабело, а лицо Грозного Глаза становилось всё мрачнее. Ему явно не нравилось, что ученик не может повторить свой почти успешный прорыв.
— Нет, каким тоном он говорит! — жаловался Гарри друзьям после урока, чувствуя себя опустошённым. — И почему он так разозлился именно на меня?
— Он просто сумасшедший, — Рон обернулся, нет ли сзади Грюма. — Неудивительно, что Министерство с радостью от него избавилось.
Весь четвёртый курс заметил, что в этом году им стали задавать на дом куда больше. Профессор МакГонагалл напомнила о предстоящих СОВах, профессор Бинс задал сочинение о восстании гоблинов, а Снегг грозился кого-нибудь отравить перед Рождеством.
Даже Хагрид — и тот их не пощадил. Поручил им через вечер приходить к нему, наблюдать соплохвостов.
— Я не буду ходить, — наотрез отказался Драко Малфой. — Спасибо, я с лихвой нагляделся на них во время урока.
Улыбка сползла с лица Хагрида.
— Будешь делать, что я велю, — гаркнул он. — Не то я расскажу профессору Грюму… Слыхал я, как ты его боишься, что даже на коленях перед ним ходишь!
Гриффиндорцы расхохотались. Малфой зло вспыхнул, даже не нашёлся что возразить.
Возвращаясь в замок, они застряли в холле. На стенде висело объявление:
— «Турнир Трёх Волшебников. Делегации из Шармбатона и Дурмстранга прибывают в Хогвартс в ближайшую пятницу — 30 октября в 6 часов вечера.»
— Приезжают через неделю! Интересно, Седрик уже знает? Пойду скажу ему! — Эрни МакМиллан из Пуффендуя с загоревшимся взглядом растолкал учеников и устремился к
