нашли в твоих покоях. Свидетели подтверждают, что ты угрожала леди Лиане. Твои дневники полны ненависти к ней. Ты хотела ее смерти, потому что не смогла смириться с тем, что я выбрал достойнейшую.
— Это ложь! — рыдала Эвелина. — Ложь! Маргарет! Маргарет все подстроила! Она с Алисией... То есть с Лианой... Они заодно! Я клянусь!
— Имя Алисия тебя не спасет, — холодно оборвал ее принц. — Леди Маргарет Форсайт дала показания против тебя. Она подтвердила, что ты давно страдаешь помутнением рассудка, что угрожала убить себя и других. Твоя истеричность известна всему двору. Ты опозорила свой род.
— Я не... — Эвелина осеклась и посмотрела на Лиану. В ее глазах вспыхнула искра понимания. — Ты... это ты! Ты и Маргарет! Вы с самого начала это планировали! Мои деньги, мое положение, мой жених — вам все нужно было! А теперь вы хотите моей смерти, чтобы никто не узнал правду!
Лиана вздрогнула и спрятала лицо на груди принца.
— Довольно, — принц обнял свою ненаглядную и отвернулся от камеры. — Приговор окончательный и обжалованию не подлежит. Леди Эвелину Ашфорд казнить на рассвете путем отсечения головы. Имущество конфисковать в пользу короны. Исполнять.
— Не-е-ет! — завыла Эвелина, бросаясь на решетку. — Не-е-ет, пожалуйста! Я не виновата!
Но ее никто не слушал. Стражники оттащили ее от прутьев, повалили на солому. Принц с Лианой ушли, даже не оглянувшись.
А потом картинка снова дернулась, и я увидела эшафот. Площадь, заполненная народом. Помост, накрытый черной тканью. Плаха. Палач в маске с огромным топором. И Эвелина, которую тащили под руки двое стражников. Она была бледна как смерть, губы дрожали, но она больше не кричала. Она молча смотрела в толпу, ища... кого? Сострадания? Спасителя?
Никого не было. Толпа улюлюкала, кидалась гнилыми овощами, выкрикивала проклятия. «Убийца!», «Злодейка!», «Смерть ей!». Эвелину поставили на колени, положили голову на плаху. Она закрыла глаза.
— Во имя короны и справедливости! — прогремел голос палача.
Топор взлетел вверх, сверкнул на солнце...
— А-а-а! — заорала я и выпала из видения.
Я сидела на полу. В буквальном смысле на полу, рядом с креслом, которое опрокинулось, когда я падала. Мила трясла меня за плечи и что-то кричала, но я ее не слышала. В ушах стоял звон, а перед глазами все еще плыло кровавое пятно.
— Миледи! Миледи, очнитесь! Ради Создателя, что с вами?!
Я сфокусировала взгляд на ее перепуганной мордашке и выдохнула.
— Жива, — прохрипела я. — Кажется.
— Вы упали в обморок! Я испугалась! — Мила помогла мне подняться и усадила обратно в кресло.
Я обхватила голову руками и попыталась переварить увиденное. Это было не просто видение. Это был спойлер. Самый настоящий, подробный, с именами и датами спойлер моей будущей смерти.
Я — злодейка. Та самая классическая злодейка из любовного романа, которая мешает счастью главных героев и получает по заслугам в финале. Принц — главный герой. Лиана (она же Алисия, судя по всему) — главная героиня, истинная любовь, цветочек аленький. А я — та стерва, которая должна умереть, чтобы читатель порадовался за молодых.
— Твою ж дивизию, — выдохнула я.
— Миледи? — Мила смотрела на меня с ужасом.
— Мила, — я повернулась к ней и схватила за руку. — Скажи мне честно. Только честно. Кто такая Лиана?
Мила заморгала.
— Леди Лиана? Это... это леди Алисия Вуд. Полгода назад она получила титул от короны за... за какие-то заслуги. Теперь она леди Лиана Вуд, фрейлина принцессы и... и...
— И любовница моего жениха, — закончила я за нее. — Так?
— Да, миледи.
— А леди Маргарет? Она с ней дружит?
— Они очень близки, — подтвердила Мила. — Леди Маргарет часто бывает у леди Лианы в гостях. Говорят, что это она помогла ей получить титул.
Я откинулась на спинку кресла и закрыла глаза. Картина складывалась просто идеальная. Маргарет — не просто жадная компаньонка. Она сообщница. Они с Лианой провернули гениальную аферу: подобрались к богатой сиротке, пристроили свою подружку ко двору, подсунули ее принцу, а теперь хотят убрать законную невесту, чтобы хапнуть все деньги и титулы. А Эвелина, бедная дурочка, сама им подыграла, вскрыв себе вены и подтвердив репутацию истерички.
И смерть моя будет не просто казнью. Она будет сюжетно обоснованной. Злодейка пыталась отравить истинную любовь — получай топором по шее. Аллилуйя, хэппи-энд.
Но есть одна проблема.
Я не Эвелина.
Я Аня. Аня, которая выжила в общаге, где соседки воровали ее йогурты. Аня, которая работала в колл-центре и научилась посылать клиентов так, что они еще и спасибо говорили. Аня, которая не сдохла в вонючей речке, спасая пацана, и уж тем более не собирается сдыхать здесь из-за каких-то книжных героев!
— Значит так, — сказала я вслух, открывая глаза.
Мила вздрогнула.
— Миледи?
— Фиг вам, товарищ автор! — заявила я пустоте, из которой пришло видение. — Я так не играю!
— Что, простите? — Мила явно решила, что у меня окончательно поехала крыша.
— Мила, — я повернулась к ней и посмотрела прямо в глаза. — Запомни. С этого момента мы с тобой в глубокой жопе. Но из этой жопы мы выберемся, даже если придется грызть асфальт зубами.
— В... в жопе? — Мила покраснела. — Миледи, это неприлично...
— Прилично будет, когда нас обеих казнят на площади за то, что мы мешаем жить главным героям, — отрезала я. — А пока мы живы, мы будем бороться.
Я встала и подошла к окну. За стеклом простирался сад — ухоженный, красивый, с фонтанами и подстриженными кустами. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в оранжевые тона.
— У нас есть время, — пробормотала я, анализируя видение. — В видении я была уже взрослой, принц был в короне. Значит, его отец еще жив. И Лиана уже получила титул, но еще не стала королевой. И меня казнят не завтра и не через месяц. У нас есть пара лет, может, больше.
— Что вы задумали, миледи? — робко спросила Мила.
Я обернулась к ней и улыбнулась. Улыбка вышла, судя по тому, как девчонка отшатнулась, зловещей.
— Я задумала, подруга, переписать этот долбаный сценарий. Если по сюжету я злодейка, то я буду самой лучшей, самой хитрой, самой живучей злодейкой в этом королевстве. Принц? Пусть катится к своей Лиане
