курсах этикета (да, было дело, ходила, думала, что пригодится для выхода в свет, а пригодилось для выхода в иной мир), проплыла в центр комнаты. — Дорогая леди Маргарет, я чувствую себя прекрасно. Лучше, чем когда-либо. Смерть, знаете ли, очень освежает.
Я остановилась напротив принца и сделала легкий книксен. Чисто формально, без тени подобострастия.
— Ваше Высочество. Какая неожиданная честь. Не думала, что вы найдете время посетить скромную обитель своей... забыла, как вы меня назвали на балу? Ах да, «кошелек на ножках».
Тишина повисла в комнате такая, что можно было резать ножом. Лиана открыла рот и снова закрыла. Маргарет схватилась за сердце. А принц... принц смотрел на меня так, будто у кресла, в котором он сидел, внезапно выросли ноги и оно собралось танцевать канкан.
— Вы... — начал Теодор и запнулся. Явно не знал, что сказать. Привык, видимо, к другой реакции. Чтобы ему в ноги бросались, рыдали, умоляли о прощении.
— Я, — подтвердила я, усаживаясь в кресло напротив него. Ноги поставила ровно, спину выпрямила, взгляд — прямой, открытый, без тени смущения. — Леди Эвелина Ашфорд. Ваша невеста. Помните такую? Или уже успели забыть за хлопотами о здоровье бедной Лианы?
— Леди Эвелина! — вмешалась Лиана, вскакивая с диванчика. Ее голосок дрожал, а на глазах выступили слезы. Боже, какая актриса пропадает! — Я понимаю, вы злитесь на нас, но поверьте, я ничего не делала нарочно! Я не хотела вставать между вами и Тео... то есть его Высочеством! Это все вышло случайно!
— Случайно? — я подняла бровь. — Интересное понятие случайности. Случайно приехать в столицу? Случайно попасть во фрейлины? Случайно оказаться на балу в тот момент, когда мой жених решил публично унизить меня? И случайно стать его любовницей? Лиана, милая, да ты просто ходячая лотерея!
— Как вы смеете! — Теодор вскочил с кресла. Глаза его сверкали. Вблизи он оказался еще красивее, чем в видении. Высокий, широкоплечий, с волевым подбородком и этими дурацкими серыми глазами, в которых, казалось, отражались все бури мира. И седина на висках, добавляющая ему шарма. Ну просто Ален Делон в молодости, только злой и напыщенный.
— Я смею, Ваше Высочество, — я даже не пошевелилась, продолжая сидеть с нога на ногу. — Потому что это мой дом, моя гостиная и, между прочим, моя жизнь, которую вы вчера едва не довели до самоубийства. Или вы уже забыли, из-за кого я вскрыла вены?
— Эвелина! — взвизгнула Маргарет. — Как ты разговариваешь с наследником престола?!
— А как я должна с ним разговаривать? — я повернулась к ней и посмотрела с ледяной вежливостью. — На коленях ползать? Слезами умываться? Дорогая леди Маргарет, боюсь, я потеряла много крови вместе с желанием унижаться перед теми, кто этого не заслуживает.
Я снова перевела взгляд на принца. Он стоял, сжимая кулаки, и смотрел на меня с таким выражением, будто я была инопланетным существом, прилетевшим с Марса.
— Что с вами случилось? — спросил он наконец. — Вы... вы другая.
— Я воскресла, — просто ответила я. — И знаете, Ваше Высочество, есть в этом процессе одна забавная особенность: когда ты уже побывал на том свете, тебе становится глубоко плевать на мнение окружающих. Особенно на мнение тех, кто тебя туда отправил.
Лиана, видя, что ситуация выходит из-под контроля, шагнула ко мне, протягивая руки.
— Леди Эвелина, позвольте мне осмотреть вас! Я чувствую, что ваша аура повреждена! Наверное, та темная энергия, что вас окружает...
— Темная энергия? — я расхохоталась. — Лиана, милая, единственная темная энергия в этой комнате исходит от твоего платья. Оно же траурное, ты в курсе? Или ты решила заранее оплакать нашу помолвку?
Лиана замерла, опустила руки и посмотрела на принца с таким выражением, будто я только что плюнула в святую воду. Принц мгновенно оказался рядом с ней, обнял за плечи и зыркнул на меня испепеляющим взглядом.
— Довольно! — рявкнул он. — Вы перешли все границы, леди Эвелина! Леди Лиана пришла сюда с добрыми намерениями, а вы...
— А я защищаю свою территорию, — перебила я, поднимаясь с кресла. Теперь мы стояли друг напротив друга: я, он и прижавшаяся к нему Лиана. Прямо любовный треугольник в декорациях восемнадцатого века. — Это мой дом. Моя гостиная. И я не позволю какой-то проходимке с титулом, купленным неизвестно за какие заслуги, копаться в моей ауре. Или в моей голове. Или где она там собиралась копаться.
— Вы несправедливы к леди Лиане! — Теодор сделал шаг вперед, заслоняя свою драгоценную пассию. — Она чиста и невинна, в отличие от вас!
— О, я знаю, — я скрестила руки на груди (насколько это позволял корсет). — Чиста и невинна, как горный хрусталь. Только вот горный хрусталь почему-то всегда оказывается в карманах у тех, кто умеет считать чужие деньги. Вы не находите это подозрительным?
Лиана всхлипнула и уткнулась лицом в плечо принца.
— Тео, я не могу... она такая злая... я не вынесу...
— Тише, любовь моя, — принц погладил ее по голове, а на меня посмотрел с такой ненавистью, что, будь она материальной, я бы уже превратилась в горстку пепла. — Вы ответите за это, леди Эвелина.
— За что именно? — я искренне удивилась. — За то, что не дала посторонней женщине лечить меня? За то, что защищаю свои личные границы? Или за то, что не рыдаю в вашем присутствии, как раньше? Простите, Ваше Высочество, но рыдания закончились вместе с кровопотерей. Теперь у меня только сарказм и здоровый цинизм.
Наступила пауза. Долгая, напряженная пауза, во время которой я рассматривала принца с нескрываемым любопытством. Ну как рассматривают редкий экспонат в зоопарке: вроде и зверь красивый, а в клетку сажать таких надо.
Теодор под моим взглядом явно занервничал. Он отпустил Лиану, сделал шаг в мою сторону и прищурился.
— На что вы смотрите?
— На вас, Ваше Высочество, — честно ответила я. — Интересно же. Никогда раньше не видела живого принца, который публично унижает свою невесту, а потом приходит проведать ее с любовницей. Это какой-то новый вид этикета? Или вы просто решили добить меня окончательно, чтобы освободить место для своей ненаглядной?
— Я пришел... — начал он и запнулся. Похоже, сам не знал, зачем пришел. А может, знал, но теперь, столкнувшись с неожиданным отпором, растерялся.
— Вы
