с непонятной жижей и кувшин воды. Неужели инквизитор смилостивился?
При воспоминании о блистательном блондине, я почувствовала гнев. Эх, жаль, что я ударила его всего один раз!
Пришлось съесть это безвкусную бурду.
Жизнь стоит того, чтобы жить!
В голове крутилось слишком много вопросов. Откуда взялся символ на стене? Почему его никто не заметил до меня⁇ А главное — почему он выбрал меня?
Всякий раз, когда я поднимала руку и смотрела на ладонь, всё внутри начинало трепетать от жгучего чувства любопытства и желания понять, что за дар я получила. Или это проклятие?
Тут же вспоминались слова инквизитора, брошенные мне в последнем разговоре.
— Я сломаю тебя! — процедил он тогда.
И теперь я отвечала ему в ответ:
— Я не сломаюсь! Вот увидишь, Архангел демонов! У тебя ничего не выйдет…
Наконец, я уснула, чтобы, проснувшись, ощутить прилив сил. Кажется, нужно попробовать взаимодействие с символом еще раз.
На этот раз я подождала момента, когда стражники сменяли друг друга на посту за дверью камеры. Я начала различать их по отрывистым фразам и топоту удаляющихся шагов. Мужские голоса доносились ко мне, приглушённые толщей камня.
Вдох-выдох. Ладонь вновь засветилась, когда я сконцентрировала сознание на символе, но теперь я морально подготовилась к тому, что произойдет. Медленно сосредоточилась на желании переместиться к стене, как в прошлый раз. Внезапно мои ноги потеряли опору, и перед глазами замелькала движущаяся чернота. Стена больше не была препятствием — я чувствовала, как прохожу сквозь неё, как если бы это была всего лишь плотная завеса тумана.
Я оказалась в коридоре. Мгновение ушло на то, чтобы поверить в это. Я смотрела на глухую каменную стену позади меня, где должна была быть моя камера. Сердце затрепетало от радости — это сработало! Но радость была кратковременна: сила покинула меня так же резко, как и появилась. Я рухнула на колени, чувствуя, как тело тяжелеет.
— Черт… — шёпот сорвался с губ, и я с трудом поднялась на ноги. Не прошло и минуты, как от ощущения лёгкости не осталось и следа. Каждый шаг отдавался в мышцах болезненной усталостью, а в груди нарастала паника: что, если я не успею вернуться? Чисто теоретически, лучше бы выбраться отсюда, то есть благополучно сбежать, ну а если я застряну посреди стены? Силы-то исчезали с каждым мгновением.
Нет, на сей раз возвращусь. Думаю, у меня еще есть время, чтобы успеть разобраться с возможностями этого символа.
Я вернулась в камеру так же, как и вышла — пройдя сквозь стену. С каждым шагом силы оставляли меня, и когда я наконец оказалась внутри, то рухнула на холодный пол, тяжело дыша. Всё тело болело, мышцы сводило от напряжения, но внутри меня горело осознание: я могу это делать. Я могу использовать силу, поэтому сумею выбраться!
Единственное, чего я пока не знала, так это как долго моё тело сможет выдерживать такие испытания…
Глава 6
Откат
Я сосредотачиваюсь и призываю ту силу, которая бежит по венам. Жар вспыхивает на ладони, запечатывает все сомнения и страхи, и вот меня уже несёт сквозь стены по прежнему маршруту, который я выучила наизусть. Камень размывается передо мной, как вода, когда я вхожу в него. Тело будто тянет вперёд невидимая нить. Всё внимание сосредоточено на ощущении потока, в который я вливаюсь. Кажется, что сто́ит едва потерять концентрацию, и меня выкинет обратно.
Я уже несколько дней упорно пытаюсь развить в себе новые способности. Прохождение сквозь стены больше не кажется чем-то невообразимым. Каждый раз, когда я прохожу чуточку дальше, откат уже не такой жёсткий. Теперь мне нужно всего три часа, чтобы восстановиться, и я могу снова начинать тренировку.
Еду-бурду приносят трижды в день. Похлёбка с кусками чего-то непонятного, похожего то ли на мясо, то ли на сухари на вид отвратительна, но я чувствую, как силы возвращаются после неё.
Может быть, в эту пищу добавлено что-то специальное, чтобы удерживать заключённых на грани выживания. Но мне это только на руку. Чем больше у меня сил, тем дальше я пройду.
Однажды, вынырнув посреди коридора, я столкнулась со стражником лицом к лицу. Ужаснулась, застыла, как кролик перед удавом, но взгляд мужчины скользнул по мне, как по пустоте, хотя я стояла буквально в полуметре и боялась дышать. И тут до меня дошло: похоже, я нахожусь в каком-то ином измерении, недосягаемом для него. Мир по ту сторону реальности… Неужели такое возможно?
Моя цель — выбраться из плена. Да, мир незнакомый, но с моими боксёрскими навыками и этим даром я точно не пропаду. А потом начну искать способ вернуться домой.
На седьмой день я установила личный рекорд. Пробралась сквозь стены на первый этаж и поняла, что темница находится в подвале. Сердце бешено колотилось, а ноги дрожали от перенапряжения, но я впервые увидела настоящие комнаты — просторные, с высокими потолками и массивной мебелью.
Здесь царил странный, почти стерильный порядок. Ни следа жизни, будто дом был мёртв. Я осторожно двигалась вдоль стен, чувствуя холодный камень под ногами. Да, я его ощущала. Могла взаимодействовать с этим миром при желании. Это было феерично… в перспективе.
В любой момент собиралась сорваться обратно в темницу, когда почувствую слабость. Но любопытство отчаянно гнало вперед, пытаясь расширить знания об этом мире.
Вдали послышались шаги, и я замерла, прислушиваясь. Стражник прошёл мимо, даже не взглянув в мою сторону. Как хорошо, просто замечательно!
* * *
Дом оказался огромным: просторные коридоры с высокими сводчатыми потолками, стены, украшенные панелями из тёмного дерева, а вдоль них — изящные позолоченные канделябры. Пушистые ковры, приглушавшие шаги, были украшены замысловатыми узорами. В воздухе витал слабый аромат полыни, словно кто-то только что проветрил комнаты. Всё кричало о богатстве и статусе его хозяина.
Старинные гобелены с изображением битв и магических ритуалов, массивные шкафы, инкрустированные драгоценными камнями, в которых поблёскивали зеркала — всё это поражало мое воображение. Неужели это дом Архангела? Ох, и прицепилось же к нему это прозвище! Он Демонюка, и точка! Но язык почему-то всё равно норовит назвать его иначе…
Я долго пробиралась через коридоры и стены, пока вдруг не оказалась посреди шикарного кабинета. Леомир сидел за массивным столом из красного дерева и что-то напряжённо писал пушистым пером. Мягкое сияние свечей, разлитое по комнате, очерчивало его фигуру, создавая резкий контраст с окружающей обстановкой.
Кабинет был впечатляющим. Стены, облицованные панелями из тёмного дерева, были украшены полками, доверху забитыми книгами. Старые, с
