ночью? Ночь безопаснее. Я решила ждать сумерек — когда дворец начнёт затихать, но ещё не полностью уснёт.
Чтобы скоротать время, я открыла книгу "Хроники драконов". Страницы шуршали под пальцами, и я читала о пророчестве: "Истинная пара дракона свяжет короля с силой земли, разбудив спящую магию". Ливия верила в это, надеялась стать той, кто сделает Рейнхарда сильнее. Но он отверг её.
— Магия? — прошептала я, чувствуя искру в груди. Она шевельнулась, тёплая и живая. Словно ответ. Я закрыла книгу. Не время для размышлений. Пора действовать.
Сумерки опустились на дворец. Я взяла кинжал, спрятала его в складках платья и вышла. Коридоры были тихими, слуги спешили по своим делам. Я направилась к тронному залу, прижимаясь к стенам.
Воспоминания Ливии вели меня: через боковой проход, мимо зала для пиров. У дверей тронного зала стояла стража, но я знала обходной путь — через галерею для музыкантов. Ливия однажды пряталась там от насмешек фрейлин.
Я проскользнула в галерею, тёмную и пыльную. Пыль оседала на платье, но я не замечала. Сердце колотилось. Если меня поймают... Нет, нельзя думать об этом. Я должна сосредоточиться. Дверь в тронный зал была приоткрыта. Я заглянула: зал пуст, только статуи драконов стоят в полумраке. Свет от факелов отражался в их изумрудных глазах. Я вошла, закрыв дверь за собой.
Глава 4.1 Тронный зал
— Никого, — прошептала я, оглядываясь. Зал был огромным: высокий потолок с фресками звёзд, трон из чёрного дерева с золотыми драконами. В центре — статуя дракона, её чешуя из камня казалась живой.
Я опустилась на колени, ощупывая основание. Пальцы нашли щель — едва заметную, как и помнила Ливия. Я нажала, и плита сдвинулась с тихим скрипом. В нише лежал ключ — тяжёлый, с гравировкой дракона.
— Есть, — прошептала я, хватая его. Холод металла обжёг пальцы.
Но тут послышались шаги. Я замерла. Дверь зала скрипнула, и вошёл стражник. Его факел осветил зал.
— Кто здесь? — крикнул он, оглядываясь.
Я прижалась к статуе, затаив дыхание. Он прошёл мимо, его сапоги стучали по мрамору.
— Показалось, — пробормотал он, но не ушёл сразу. Подошёл к трону, осмотрел.
Я сжала кинжал в кармане. Если он заметит... Но он развернулся и вышел. Дверь закрылась. Я выдохнула, чувствуя, как пот стекает по спине. Пора. Сокровищница — за потайной панелью у стены трона. Я нашла её — узор дракона на камне. Ключ вошёл с лёгким щелчком, и панель открылась.
Внутри было темно, но я зажгла свечу из кармана. Сундуки с золотом, монеты, драгоценности сияли в свете. Я взяла небольшой мешочек — не слишком много, чтобы не заметили сразу. Наполнила его монетами, несколькими кольцами и цепочкой с рубином.
— Хватит, — прошептала я, завязывая мешочек.
Но в коридоре за панелью послышались голоса. Я погасила свечу, замерла. Дверь зала открылась снова.
— Я видела её здесь, — голос Эвридии. — Стража, обыщите зал!
Сердце ушло в пятки. Она следила? Я сжала ключ, думая, что делать. Панель была открыта, но я могла спрятаться внутри сокровищницы. Я проскользнула глубже, закрыв панель за собой. Тьма накрыла меня. Снаружи шаги, голоса.
— Никого, госпожа, — сказал стражник.
— Ищите лучше! — рявкнула Эвридия. — Эта деревенщина что-то замышляет.
Они обыскивали зал, но не нашли панель. Наконец шаги стихли. Я выждала, считая минуты, и вышла. Зал был пуст. Я вернула ключ в тайник, вышла через галерею.
В покоях я спрятала золото. Всё готово. Завтра ночью — побег. Искра шевельнулась снова. Я чувствовала шепот ветра за окном, словно он зовёт меня.
— Магия? — прошептала я. Не важно. Я уйду.
Но вечером в дверь постучали. Это была Эвридия.
— Ливия, — сказала она, входя без приглашения. — Ты избегаешь Рейнхарда?
Я сжала кинжал под платьем.
— А ты что, его посланница? — ответила я холодно.
Она усмехнулась.
— Нет. Но он беспокоится. Или... ты скрываешь что-то? Беременность, например?
Я замерла. Как она узнала?
— Уйди, Эвридия, — сказала я. — Это не твоё дело.
Она рассмеялась.
— Скоро будет моим. Беги, если хочешь. Но ты не уйдёшь далеко.
Она вышла, а я выдохнула. Она знает. Но я не отступлю. Завтра — побег.
Глава 5. Ночной побег
Ночь окутала дворец Норвии тяжёлым безлунным покрывалом, тёмным, как мои мысли. Я сидела в своих покоях, сжимая мешочек с золотом, картой и едой.
— Мы уходим, малыш, — прошептала я, положив руку на живот. Тёплая искра шевельнулась, как ответ. Не страх, не боль. Что-то новое.
План был рискованным, но чётким. Конюшня в южном дворе, за главным залом. Я выберу Ветру — гнедую кобылу, которую Ливия любила за скорость. Воспоминания её детства в деревне всплывали: запах сена, тёплые бока лошади, смех отца.
Я отогнала их.
Нельзя отвлекаться. Но сначала — одежда. Я открыла сундук Ливии, роясь в её скромном гардеробе. Среди шёлковых юбок нашёлся простой комплект: тёмно-зелёная туника, плотные чёрные штаны и мягкие кожаные сапоги — одежда, которую Ливия надевала для верховой езды в деревне.
Я переоделась, чувствуя, как ткань облегает тело, не стесняя. Поверх накинула серый плащ с капюшоном, тоже из сундука. Он скрывал синяки и делал меня незаметной в тенях. Кинжал я спрятала в сапог, мешочек с золотом, картой и едой — за пояс.
— Гораздо лучше, — пробормотала я, глядя в зеркало. Бледное лицо, зелёные глаза, тёмные волосы, заплетённые в тугую косу. Не императрица, а беглянка.
Я вышла в коридор. Часы пробили два часа ночи. Дворец спал, но стража патрулировала. Я двигалась бесшумно, прижимаясь к мраморным стенам. Холод пола пробивался через сапоги, но я не замечала. Воспоминания Ливии вели: налево, через сад, мимо фонтана с драконом.
Я избегала главных коридоров, где могли быть стражники. Ночь была союзником, но каждый шорох заставлял сердце замирать. Эвридия знала о ребёнке — её слова вчера в покоях были угрозой. Она могла следить. Но я не дам ей остановить меня.
— Ты не его собственность, — шепнула я себе, сжимая ремень с мешочком.
В саду я замерла у кустов роз. Двое стражников стояли у фонтана, их голоса доносились отчётливо.
— Кронпринц злится, — сказал один, поправляя копьё. — Ливия опять его отшила.
— Эвридия скоро её заменит, — хмыкнул второй. — Зачем ему эта необразованная деревенщина?
Я стиснула зубы. Даже стража смеётся. Колючие розы царапали руки, но я пробралась мимо, держась тени. Конюшня пахла сеном и кожей. Я проскользнула внутрь, закрыв дверь. Лошади фыркали, но не шумели. Ветра стояла в дальнем стойле, её тёмные глаза блестели.
— Привет, девочка, — шепнула я, гладя
