которые эхом звучали в моей голове:
Tonn an mhuir, ó draíocht go réalta… Волна моря, от магии до звёзд…
Я вздрогнула.
Увиденное казалось настолько реальным, будто я сама стояла в том доме, сжимая амулет, пока огонь пожирал всё вокруг.
Я посмотрела на свои руки — на татуировку, которая, будто слегка светилась в полумраке.
Это была не моя жизнь, но я была здесь. Я продолжала жить… Жить чужой жизнью?.. Как такое возможно?..
Медленно-медленно поднялась. Нужно было понять, где я. Нужно было найти ответы. Подошла к окну, отодвинула тяжёлую штору. За витражным стеклом открывался вид на бурное море, чьи волны разбивались о скалы далеко внизу. Небо было серым, с тяжёлыми облаками, а ветер доносил солёный запах и далёкий вой — может, животного, а может, сама вода издавала эти звуки. Я попыталась вслушаться и понять, но тут дверь в комнату снова открылась.
— Инген Келлахан, — почтительно произнесла женщина, появившаяся у порога, — риардан О’Драйк велел мне заняться вашими ранами. Позволите?
Я во все глаза рассматривала незнакомку и с трудом понимала, что она от меня хочет. Откуда эти странные слова?.. Риардан… Инген…
Инген… Что-то щёлкнуло в моей голове. Да… Да, точно. Я уже слышала это слово. А если точнее — читала: «инген» — так обращались к молодым девушкам то ли в Шотландии, то ли в Ирландии… В общем, где-то, где успели обжиться древние кельты. Я вычитала об этом в какой-то статье. А само слово вроде бы означало «дочь» — то есть «дочь Келлахана».
Так это что получается? Я угодила в эпоху кельтов?!..
Глава 5.
Молчание затянулось. Я никак не могла отойти от шока, не могла осознать, что, чёрт возьми, происходит. Женщина так и стояла в дверях, не решаясь войти. Наверное, тоже ощущала моё смятение. Она была невысокой, с тёмными волосами, собранными в замысловатый узел на затылке — он состоял из нескольких тонких кос, переплетённых друг с другом. На лице незнакомки застыло выражение лёгкой растерянности. Она ждала моего ответа.
— Кто вы? — вырвалось у меня.
Женщина замерла, её руки, державшие небольшую деревянную миску с водой, дрогнули. Она посмотрела на меня с удивлением, словно не знала, как реагировать на такой вопрос.
Опустив глаза, она тихо произнесла:
— Меня зовут Ифа, инген Келлахан. Я… я здесь, чтобы помочь вам.
— Ифа? — переспросила я, морщась от боли в голове. Имя звучало незнакомо, но в нём было что-то мелодичное. — Ифа, прошу объясни мне, что происходит?
Ифа сделала шаг вперёд, затем ещё один, пересекла комнату, неторопливо приблизилась к кровати, осторожно поставила миску на столик. Её движения были медленными, будто она боялась спугнуть меня. Она достала из рукава льняную тряпицу и окунула в воду, не глядя мне в глаза.
— Мне велено перетянуть ваши раны и подготовить вас к церемонии, — сказала она наконец с ноткой напряжения. — Её и так пришлось отложить из-за… из-за неприятного случая. Риардан О’Драйк был вне себя, когда принёс вас сюда.
— Случай? — переспросила я. — Какой случай, Ифа?
Она подняла взгляд, и я заметила, как её пальцы дрогнули, когда она начала разматывать бинты на моей руке. Ифа явно не хотела вдаваться в подробности, но я не могла просто так отстать от неё. Всё внутри меня кричало, что я должна знать, что происходит, где я оказалась.
— Есть тут зеркало? — спросила я вдруг, надеясь, что увидев своё отражение, смогу хоть немного собраться с мыслями.
Ифа замерла, её брови удивлённо приподнялись:
— Зеркало?..
Я сообразила, что, возможно, здесь может не быть зеркал. Ифа попросту не знает, что это такое.
— Хочу посмотреть на себя, — пояснила я.
Ифа неуверенно кивнула:
— Хорошо. Если вам нужно увидеть себя, я могу принести полированную бронзу.
— Да, пожалуйста.
Она снова кивнула и вышла, оставив меня в одиночестве. Я опустила взгляд на свои руки, всё ещё обмотанные бинтами. Пальцы дрожали, и я сжала их в кулаки, пытаясь унять панику.
Через несколько минут Ифа вернулась, держа в руках круглый металлический диск с тусклой, но отполированной поверхностью. Протянула его мне, и я с опаской взяла металл в руки.
Поднесла диск к лицу и замерла.
На меня смотрела незнакомка. Рыжие волосы с карамельным отливом падали мягкими волнами на плечи, вьющиеся и блестящие даже в тусклом свете комнаты. Черты лица были мягкими, почти детскими — высокий лоб, тоненький чуть вздёрнутый нос, веснушки, рассыпанные от переносицы по щекам, полные губы. Но больше всего меня поразили глаза: большие, испуганные, ярко-синие, как море в шторм.
Это была не я. Не я… Не Елена Довлатова, а совершенно другой человек.
Глава 6.
— Боже… — сорвалось с губ, и я поспешно прикрыла рот ладонью.
— Инген, всё в порядке? — заботливо поинтересовалась Ифа, не скрывая тревогу в голосе.
Нет. Не в порядке. Ничего не было в порядке, чёрт возьми.
— Я… Я не узнаю себя… — прошептала я в ужасе, продолжая следить за новой собой в смутном отражении.
Коснулась пальцами веснушек. Раньше мне казалось, это такая милая нежная деталь. В ней столько шарма… Даже в юности дурачилась и специально рисовала себе веснушки. Глупо, конечно. А теперь у меня были веснушки. И, похоже, самые настоящие.
— Но это вы, инген, — тихо сказала Ифа. — Это вы, Эйлин Келлахан, последняя банфилия.
Банфилия… Ещё одно непонятное слово. А оно что значит?
Впрочем, неважно. Как будто у меня без этого мало забот появилось.
Я покачала головой, чувствуя, как слёзы подступают к горлу. Опустила бронзовую пластину на колени и повернулась к Ифе.
— А что за церемония меня ждёт? — попросила я, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. —Зачем она?
Ифа вздохнула, садясь рядом на край кровати. Её пальцы снова взялись за бинты, но теперь она работала медленнее, словно собираясь с мыслями.
— Ваша свадьба, инген, — начала она. — Вы выходите замуж за риардана Бертрама О’Драйка. Вам оказана огромная честь, инген. Сам риардан Клана Драконов берёт вас в жёны. Все говорят, что вы любите друг друга, что это будет великое событие. Церемония должна пройти под Большой Луной, когда луна достигнет своего пика. Ваш союз благословенен.
— Мы… любим друг друга? — моё сердце сжалось ещё сильнее.
Воспоминания, которые не были моими, снова вспыхнули в голове:
