кивнул, и мы пожали руки. Зал снова взорвался аплодисментами, и я спустился к своему месту.
Это было гораздо приятнее, чем я ожидал. Хотел вести себя спокойно, но в итоге не удержался от улыбки. Ведь ещё месяц назад я был никем, а сегодня сам президент вручил мне медаль. Это дорогого стоило.
Награждение продолжилось, и где-то через полчаса, после официальной части, начался фуршет.
Столы с закусками были расставлены вдоль стен. Чего там только не было, даже икра, устрицы, крошечные канапе с чем-то непонятным, но наверняка дорогим. Официанты в белых перчатках разносили шампанское на серебряных подносах. Негромкая классическая музыка играла из невидимых динамиков.
Гости разбились на группы, общались, смеялись. Обычная светская тусовка, только уровнем повыше. Те же разговоры ни о чём, те же улыбки, за которыми скрываются расчёт и интересы.
Ко мне подходили люди. Поздравляли, жали руку, представлялись.
— Генерал-лейтенант Толиков. Поздравляю, молодой человек. Громов был моим другом, рад видеть, что его дело в надёжных руках.
— Спасибо, — сдержанно ответил я ему, как и всем остальным.
Заодно подметил, что многие называли Громова своим другом. Но сомневаюсь, что это было в действительности так. Просто люди хотели через эту формулировку расположить меня к себе.
Имена, лица и звания сливались в один поток. Я кивал, благодарил, запоминал что мог. Большинство поздравлений звучали искренне, некоторые — откровенно фальшиво.
Даша держалась рядом, помогая ориентироваться в этом море лиц и званий. Она знала некоторых присутствующих по семейным связям или по рассказам родителей.
— Видишь того высокого, в сером? — шепнула она, когда мы отошли к столу с напитками. — Михаил Фетисов, глава ассоциации магов. Очень влиятелен и очень опасен, как говорил отец. Не доверяй ему ни на грош.
— Понял. Неужели ты перед приходом сюда с отцом проконсультировалась?
— Ну да, — задорно улыбнулась Даша. — Надо же было понимать, куда иду. О, вон женщина рядом с ним — его жена, урождённая Голицына. До революции её род был княжеским. Говорят, она умнее мужа, и половина его решений — на самом деле её.
— Учту. Хотя пока не представляю, как мне вообще это может понадобиться.
— О, вон тот мужчина в синем мундире у колонны — адмирал Дарузин. Командует морскими операциями против разломов. Честный человек, отец один раз консультировал его. Дарузин вообще в Санкт-Петербурге живет, а сюда на награждение приехал.
Полезная информация. Я запоминал, складывал в голове карту связей и отношений. Этот мир был не менее опасен, чем разломы. Просто здесь убивали не когтями и клыками, а словами и интригами.
К нам подошёл Андропов, и я с облегчением выдохнул. Хоть кто-то знакомый!
— Глеб Викторович, — он протянул руку. — Поздравляю. Я даже не ожидал, что вы попадёте на это награждение. Оно проходит раз в год. Но это заслуженно.
— Взаимно, — я пожал его ладонь.
Камеры тут же защёлкали. Конечно, два героя вечера жмут друг другу руки — отличный кадр для завтрашних газет.
— Можем отойти? — негромко спросил Андропов. — Есть разговор. Не для лишних ушей.
Я кивнул. Посмотрел на Дашу, и она понимающе улыбнулась.
— Я подожду у закусок. Не торопись, — сообщила она и отошла.
Мы вышли в коридор. Здесь было гораздо тише — только охрана у дверей, никаких журналистов.
— Вам уже сообщили? — спросил Андропов без предисловий.
— Об экзамене? — нахмурился я.
— Нет, экзамен — это фикция, — Андропов усмехнулся. — Просто ФСМБ нужен официальный повод, чтобы перевести вас в оперативники. Иначе у общественности будет слишком много вопросов, почему студента отправляют на высокоранговые разломы.
— То есть они не сомневаются в моих способностях?
— Ни капли. Особенно в свете последних событий, где вы раз за разом очень хорошо себя показывали. Даже Громов развивался медленнее. Ему потребовалось три года, чтобы достичь того уровня, на котором вы сейчас.
Громов… Опять это сравнение. Я начинал к нему привыкать, но каждый раз оно царапало. Я не Громов. Я — это я. Со своими сильными сторонами и слабостями.
И не хотелось бы постоянно ассоциироваться с человеком, которого я даже не знал. Хоть и благодарен ему за возможность стать магом.
— В таком случае, о чём я должен знать? — спросил я. — Вы же подошли не просто поболтать о бюрократии.
— Верно, — Андропов огляделся, убедился, что нас никто не слышит. — ФСМБ скоро сообщит официально, но я решил, что вам стоит узнать раньше и подготовиться.
Я кивнул, внимательно слушая.
— Разлом A-класса открылся сегодня в Чёрном море. В сотне километрах от ближайшей суши, — обозначил Андропов.
A-класс — это серьёзно. Это десятки, может, сотни мощных тварей. Это угроза для целого региона.
— И в чём сложность? Кроме очевидной?
— В воде его не оцепить, — Андропов скрестил руки на груди. — На суше мы выставляем периметр, контролируем зону, не даём тварям разбредаться. В море это невозможно. Монстры расплываются во все стороны.
— Но твари не могут уходить далеко от портала. Они привязаны к источнику энергии, — это было общеизвестное правило, и я убедился в том, что оно работает, при закрытии разлома в Сибири.
— Так считалось. Но теперь многое меняется, — его лицо стало мрачнее. — Я закрыл пятнадцать разломов за последний месяц. И все они были с каким-то подвохом. Нестандартные твари, необычное поведение, ловушки. Словно монстры по ту сторону учатся.
— Или экспериментируют, — добавил я, вспомнив станцию метро и Чёрных учеников, которые подпитывались от разлома.
За всем этим явно стоит кто-то разумный.
— Возможно, — Андропов кивнул. — Поэтому нам нужны лучшие маги для этого разлома.
— Когда выдвигаемся?
— Сразу после вашего «экзамена», — он усмехнулся, выделив слово кавычками. — Чёртова бюрократия. Да и на этот раз нужно время на подготовку. Для нас пригонят один из флагманских боевых кораблей, который ни одна тварь потопить не сможет.
— Кто ещё будет?
— Лучшие маги из разных отрядов. Я, команда Громова, вы и ещё несколько специалистов. Вашу команду из студентов не возьмём, уж простите.
A-класс посреди моря — это не учебный полигон. Там можно погибнуть очень легко. И я не готов рисковать жизнями ребят.
— Я понимаю, — кивнул я. — Они ещё не готовы.
— Рад, что вы это понимаете. Некоторые молодые маги переоценивают себя. И недооценивают опасность.
После разговора мы пожали руки и вернулись в зал, к светским разговорам и притворным улыбкам.
Остаток приёма прошёл в том же духе.
Ко мне подходили люди, поздравляли, знакомились, приглашали куда-то. Я вежливо благодарил и ничего не обещал. Улыбался и кивал в нужных местах.
Даша вернулась с двумя бокалами — яблочный сок для меня, минералка для неё. Алкоголь я не пил принципиально, она тоже решила воздержаться. На таком вечере
