знал, что ты способно на такое ради меня. — включает он на максимум своё обаяние. — Мне это льстит.
Ну всё, мне не жить. Они окончательно спелись.
Проходя мимо, Максим незаметно подмигнул мне и едва ощутимо коснулся моих рук, связанных за спиной. И тогда я поняла, что всё это лишь уловка. Он вложил мне в ладонь маленький складной перочинный ножик.
Аккуратно беззвучно раскладываю нож и начинаю пилить верёвки, стараясь не выдать себя ни звуком, ни эмоциями. Мне нужно лишь немного времени, и всё закончится.
— Может пойдём отсюда? — Максим тянет на себя Ларису, недвусмысленно прижимаясь всем телом к напряженной фигуре.
— А она? — всё ещё не до конца верит ему ректорша.
— Да кто ей поверит? Она никто, мышь серая. — двумя пальцами приподнимает её подбородок.
Их губы почти соприкасаются, дыхание одно на двоих.
Мерзость. Стыдливо отворачиваюсь, не хочу это видеть.
Последующие события развивались так быстро, что я не сразу сообразила, что к чему. Звон посуды, бьющейся об пол. Женский крик. Шипение.
Максим резко со всей силы ударяет свободной рукой по чаше в руках Ларисы, а саму отталкивает на стеллажи со склянками. На полу расползается ядовитая шипящая лужа, а с пошатнувшихся полок летят во все стороны реагенты.
Максим подбегает ко мне и помогает освободиться. Осматривает с ног до головы придирчивым взглядом и заключает в крепкие объятия, убедившись, что я не ранена.
— Как ты меня нашёл? — отдышавшись, спросила я, когда вынула изо рта грязную тряпку и отплевалась как следует.
— Даша сказала, что ты в институте. — заботливо гладит меня по волосам.
— Да, но как ты узнал, что мы именно в этой аудитории?
— В кабинете ректора вас не было, а это особенно для Ларисы место. Здесь она начинала, здесь мы иногда... — он неловко замолчал.
Плевать! На всех и вся! На их давнюю близость, на подозрения, на ревность. К чёрту обиды, недопонимание, гордость! Я безумно рада, что он сейчас здесь. Он спас меня от смерти в конце концов!
Страстно и яростно целую любимого в губы. В крови хлещет адреналин, плескаясь через край, в низу живота, искря, зарождается желание.
Лишь громкая ругань и лязг отодвигаемой упавшей мебели заставляет нас вернуться к реальности. Лариса с трудом встаёт и пошатывающейся походкой спешит покинуть кабинет.
Я рвусь остановить её, но Максим позволяет ей уйти, задержав меня.
— Камеры. — кивает в дальний угол, отвечая на мой немой вопрос. — Здесь есть видеонаблюдение, ей не избежать ответственности.
Эпилог
*** Через полгода ***
— Ритусь, может хватит уже залипать в телефон? Свадьба же! — критикует меня Даша, поправляя складки на моём платье.
— А? Да-да, сейчас. — не отрывая взгляда от экрана, отмахиваюсь от подруги.
На смартфоне статья с крупной фотографией Ларисы Александровны. И если раньше она всегда блистала в прессе, освещая научные события своего университета, то на этом фото она без макияжа и укладки, лицо осунувшееся и запуганное. А ещё она в наручниках.
Заголовок гласит: «Жена крупного бизнесмена напала на свою ученицу». Мотивы пресса не раскрывала, но муж тут же публично открестился от супруги, отдав её на растерзание полиции и общественности без защиты семейного адвоката и своего покровительства.
Из университета её тоже быстренько уволили, чтобы не ввязываться в скандал. Сейчас на вакантное место ректора идёт череда собеседований. Максим кстати подал заявление о рассмотрении своей кандидатуры на это место.
У меня тоже всё хорошо, через год-другой, когда сынок пойдёт в детский сад, планирую восстановиться в аспирантуре и закончить диссертацию. Конечно же под научным руководством моего любимого преподавателя.
Права на нашу с Максимом программу мы официально запатентовали, нашли инвесторов, наняли команду разработчиков. Скоро запустим приложение в продажу.
Мне даже немного жаль Ларису, вся жизнь пошла под откос за один день. Хотя нет, мне её совсем не жаль, но и чувство торжества я не испытываю. Поговаривают, что у неё случился нервный срыв. Адвокат, предоставленный ей государством, будет пытаться определить её в психушку, якобы она была не в себе и не понимала, что творит. Хорошего тут мало, но это, наверное, всё же лучше, чем тюрьма и статья о покушении на убийство.
— Ой, начинается! — завопила Дашка, когда в зале заиграла музыка. — Нам пора!
— Идём. — хватаюсь за длиннющий белый шлейф, и мы торжественно выходим в огромный украшенный цветами зал.
По краям от нас на скамейках сидят счастливые родственники и друзья, все улыбаются и приветственно нам машут.
Пройдясь между рядами, мы занимаем свои места у регистрационной арки. Там нас уже ожидают жених и свидетель. Максим заботливо поправляет съехавшую набок бабочку Егору, игриво подмигивает мне, и регистратор, низенькая полненькая женщина средних лет, начинает проговаривать свою речь.
— Согласны ли вы, Егор, взять в жёны Дарью, любить и оберегать её до конца своих дней? — обращается она к жениху.
— Чёрт возьми, ещё как согласен! Давайте быстрее, пока она не передумала. — дурачится шутник, и по залу пробегает лёгкий смешок.
— Согласны ли вы, Дарья, взять в свои законные мужья Егора, быть с ним в болезни и здравии, в богатстве и бедности?
— Лучше, конечно, в здравии и богатстве. Даже не верится, что этот жук уболтал меня сменить такую благородную фамилию, как Воскресенская, на Щекотунову. Согласна. — если первые два предложения были обращены мне и произнесены исключительно шёпотом, то последнее слово она сказала громко и утвердительно на весь зал.
— Тогда объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.
Егору не надо повторять дважды, он тут же схватил Дарью в охапку и зацеловал так, что покраснела даже я. Зал взорвался аплодисментами, за которыми последовали гул и одобрительное улюлюканье.
Официальная часть закончена, пора переходить к торжественному банкету. Егор ловко подхватывает свою новоиспечённую жёнушку на руки и тащит к президиуму, где по бокам от них садимся и мы с Максимом, как свидетель и свидетельница.
Свадьба, надо сказать, удалась на славу. Были и слезливые поздравления от бабушек и дедушек, зачитанные с открыток, и пошлые старомодные конкурсы, и даже пьяная драка. Так, не всерьёз, просто помахали кулаками для приличия и, помирившись, вернулись к столу за новой порцией горячительных напитков.
— Дашуль, нам пора домой, няня только до девяти может посидеть с Сашей. — шепчу подвыпившей подружке, дёргая её за локоть. — Ещё раз поздравляем вас.
— Ой, погоди, а поймать букет невесты?! — она быстренько встаёт со своего места, машет тамаде и зачем-то ещё и подмигивает.
Та в микрофон объявляет всеобщий сбор незамужних дам и выстраивает нас в ряд позади невесты.
