его улыбка тут же сползла с лица, когда он заметил строгий взгляд Эйдана.
Наблюдать за ними было уморительно, и все же… Я оглядела госпиталь и поняла, что еще кое-кого не хватает.
— А где Дафна?
Я в основном адресовала свой вопрос Мире, которая беззаботно парила под потолком. Услышав мой голос, она спустилась с небес на землю (в ее случае — во всех смыслах) и сказала:
— Дафна говорит, что предстоит еще много работы. Что-то опять разнюхивает.
Я задумалась.
— Ты знаешь, чем все кончилось вчера ночью?
Мира лукаво улыбнулась.
— Конечно. Ректор ведь не мог за один вечер сделать ремонт дверей, верно?
Я заметила, как остальные перестали переговариваться. Все внимание устремилось на Миру. Лора же наоборот, оттащила Мелиту подальше за ширму, где находилась осушенная купель, и начала еще громче обсуждать восстановление сил после целительства.
Мира подошла поближе к кровати, где сидел Эйдан. Она понизила голос и продолжила:
— Эмма реально во всем виновата. Вся ее комната завалена контрабандой. Эмма, конечно, пыталась спрятать ее хорошенько, но Дафну не проведешь! Они с Аварисом перерыли всю комнату и нашли целую партию приворотных зелий!
— Она что, — встрял Эш, — развела склад у себя в комнате?
Мира покачала головой.
— Склад был в роще.
Эш присвистнул. Воздушница продолжила.
— Тритон предложил ей сдать всех подельников в обмен на свободу. И она сдала. Десять человек! С факультета огня! Всех в итоге отчислили. Вместе с Эммой.
Теплое злорадство разлилось по моей душе. Наконец-то. Больше эта горгулья не будет портить нам жизнь.
— Аварис там на месте не помер от позора? — Спросила я. — Его драгоценные студенты замешаны в таком скандале!
Я скосила взгляд на огневиков.
— Без обид.
— Ничего, — улыбнулась Агния. Мира продолжила:
— Еще они договорились, что родители Эммы выплатят компенсацию пострадавшим. То есть Ирен и Эйдану.
— А вот это уже интересно, — сказал Эйдан. — Обычно это я плачу за девушку.
Я фыркнула. Эйдан улыбнулся.
— Ну прости, что я посмел влюбляться до того, как узнал о твоем существовании.
— Все равно виновен, — ехидно улыбнулась Агния.
Я в ответ лишь улыбнулась. На колени мне плавно приземлилась записка. Такой же сверток упал на кровать Эйдана. Мы переглянулись и синхронно развернули сообщения. Эш не удержался и заглянул в туда.
— Сколько?! — Удивился он. — Родители Эммы что, владеют королевской казной?
— Ну, почти, — ответил Эйдан и ухмыльнулся.
Я опустила глаза.
Приветствую вас, госпожа Белаква!
Господин Моро сожалеет о причиненном вам ущербе. Примите в качестве компенсации 200000 луидоров. Нижайше просим у вас прощения и надеемся на тихое разрешение ситуации. Средства вы сможете обналичить в Королевском банке.
С уважением,
Госпожа Моро
Я присвистнула так же, как ранее это сделал Эш. Эйдан посмотрел на меня.
— Да, молчание дорого стоит. — Он усмехнулся. — Что будешь делать с деньгами? Оплатишь учебу?
Я пожала плечами.
— Переведу родителям. Папе хватит на лечение.
А деньги на учебу могут и не понадобится. Выживу в третьем испытании — тогда и поговорим.
Я подняла голову. Мира вновь парила под потолком.
— Одного я понять не могу, — вырвалось у меня. — Если всё вскрылось, то что там Дафна собралась еще искать?
— А не все вскрылось, — Мира подлетела ко мне поближе. — Эмма так и не сдала поставщиков. Говорит, что никогда в жизни их не видела. Вот кого Дафна ищет.
Я хмыкнула. Кажется, леди дю Мольер знает в десять раз больше, чем говорит.
* * *
Когда Эйдана выписали, академия во всю уже готовилась к Имболку. Обычно меня бесило, как изначально семейный праздник извратили до Дня влюбленных. Возможно, это потому, что у меня долго никого не было. Но теперь у меня есть Эйдан. И мне интересно, что же такого особенного он для меня подготовит.
Огневики называли Имболк праздником тысячи свечей. Не удивительно, что маги расставили их повсюду. Не было ни одного угла, в котором не горела бы свеча. Студсовет во главе с Агнией даже прошелся по всем общежитиям, насильно обеспечив свечами всех согласных и несогласных.
Да, до испытания осталось чуть меньше пары недель. Но могу же я немного отвлечься от подготовки и насладиться жизнью, верно?
Хотя… Говорят, перед смертью не надышишься. Я категорически не согласна. Особенно когда с утра тебя встречает огромный букет из белых лилий и магический фейерверк, который складывается в сердце. Мой подарок, конечно, не такой эффектный, но в лучших традициях Имболка. Надеюсь, я успею его вручить до пары по алхимии. Если только не встречу кого-нибудь на пути…
— Мира, привет! О, это кто такой счастливчик?
Воздушница тащила по коридору главного корпуса тяжелый деревянный ящик.
— Что? А, нет! Это подарок Дейре, моей сестре. У нее одиннадцатого февраля день рождения, вот несу ей подарок на почту.
— Круто, — я улыбнулась. — Везет же ей. И что там?
Из чрева ящика послышалось грозное рычание. Мира неловко улыбнулась.
— Да так, ничего интересного… Книжки. Ладно, мне пора.
Воздушница потащила ящик с утроенной силой и вскоре скрылась в толпе студентов, которые едва успевали уступать ей дорогу.
Ладно уж, пусть хранит свои секреты. Одного понять не могу — где она в академии взяла детеныша виверны? Питомцы тут все-таки запрещены. Особенно такие… Специфические.
Так, ладно. Мне нужно найти Эйдана.
Иногда я даже поверить не могу в то, что он мой парень. Раньше я его терпеть не могла, раздражал до ужаса. Как иронична порой бывает судьба.
Эйдан выходил с кафедры факультета огня чрезвычайно серьезным. Но, увидев меня, он просиял.
— Ирен, любовь моя!
Он протянул руки. Я утонула в его объятиях. Мы поцеловались и отошли к окну — не хватало еще, чтоб Аварис отчитал нас за нарушение правил. С другой стороны, сегодня же Имболк! В этот день принято свадьбы играть, не то что целоваться. Собственно, другие студенты особо и не скрывали своих чувств сегодня.
— Спасибо за букет, — сказала я. — Правда, теперь я открываю все открытки с помощью палки.
Эйдан усмехнулся.
— Тебе больше нечего бояться.
Я улыбнулась и потупила взгляд.
— Эйдан, ты же знаешь, что на Имболк по традиции девушки дарят парням свои сердца?
Эйдан засмеялся.
— Надеюсь, не буквально?
— Эйдан!
Он улыбнулся.
— Конечно, слышал. Ты бы видела, сколько открыток у меня было под дверью…
Эйдан осекся.
— В прошлом году! Это было в прошлом году! В этом году я все сжег не глядя!
Я засмеялась.
— Да ладно тебе, я все понимаю.
На лице Эйдана явно проступило облегчение.
— В общем, у меня не простое сердце, — сказала я. — Вот.
Выудила из сумки маленькую полукруглую книгу и протянула
