и отпиралась. Говорю же, в академии никого не осталось. Кроме преподов.
Я хмыкнула. Теперь понятно, куда пропала Лора. Интересно, Морти тоже ушел? В одиночестве? Все-таки зря я на него накричала. Надо было спокойно все обсудить. Жаль, что хорошие мысли приходят так невовремя.
Идти пришлось недолго. Возле академии снег постоянно чистили, но у леса сугробы были по колено. К счастью, Эйдан повел меня через протоптанную дорожку. А может, она была выжженна? Как предусмотрительно.
Мы добрались до ближайшей опушки. Я увидела энергетическое поле, которое фиолетовым куполом переливалось под дубом. Эйдан подвел меня поближе. Внизу купола оказалась арка, служившая входом.
— Прошу, — Эйдан пропустил меня вперед.
Я вошла. Четыре крупных зачарованных рубина освещали и согревали внутреннее пространство купола. Трава зеленела, будто Эйдан смог сохранить кусочек весны. Прямо посередине лежал клетчатый плед, а рядом — корзина со съестным. Живот заурчал, напоминая о пропущенном ужине. Надеюсь, Эйдан не услышал.
— Скромно, — сказал Эйдан у меня за спиной, — зато со вкусом.
— Скромно? — Я вздернула брови. — Да эти рубины целое состояние стоят.
Эйдан обошел меня. Он протянул руку и помог устроиться на пледе поудобнее. Отбросив скромность, навязанную правилами приличия, я полезла в корзину и выудила оттуда пару сендвичей с ветчиной и сыром. Но внутри были не только они.
— Виноград?
Гроздь с крупными зеленоватыми ягодами аппетитно переливалась в свете рубинов. Я не удержалась и отправила виноград в рот. Сендвичи подождут. Ох! Я и забыла, что это так вкусно!
Я услышала довольный голос Эйдана:
— В самом деле, достать виноград зимой в Сагенее — то еще испытание. Но тебе не стоит об этом беспокоиться. Просто наслаждайся.
Я обернулась. Эйдан что-то налил себе в кружку из длинной зеленой бутылки и пригубил.
— Могу ли я тебе предложить? — Спросил он. — Аромат бодрящий.
— Ты же знаешь… — Я вздохнула. Даже если я переживу все опасности, от этой привычки вряд ли избавлюсь.
Эйдан пожал плечами и глотнул из кружки.
— Я должен был предложить. Правила приличия, все дела.
— Можно уже не играть в эти глупые игры, навязанные обществом, — буркнула я.
Огневик улыбнулся левым уголком рта.
— Ты какая-то недовольная. Что-то случилось, пока меня не было рядом?
Я задумалась. Говорить? Или не говорить? Все-таки Морти мой друг… Если его можно так назвать. Да и потом, не будет ли у него потом проблемы из-за Эйдана?
— Просто с Морти поругались, — сказала я.
Меньше подробностей — спокойнее совесть. Не хочу сталкивать Эйдана и Морти между собой.
Огневик внимательно посмотрел на меня. Такое чувство, будто он не телекинезом владеет, а телепатией.
— Не хочешь говорить? — Спросил он. — Понимаю. Он твой друг, не мой. Я не заставляю. Только он ведь тебе многое не рассказывает.
Я невольно кивнула. Это меня и злит в последнее время: слишком много у него от меня секретов в этом году.
— Ты же знала, что ты не одна бросила монету в Фонтан Богов? — Эйдан был серьёзен как никогда.
— Конечно. Я все видела.
— А ты хотя бы догадываешься, кто это был?
Я замотала головой. Эйдан откусил сендвич.
— Аварис спрятал у фонтана магическое зеркало, которое засняло водника. И это был Морти.
Нет! Быть не может!
— Судя по твоему лицу, он тебе не сказал. Сразу видно, лучший друг. — Эйдан усмехнулся. — Неужели ты с ним не пересеклась в ту ночь?
— Конечно, он был там, но он лишь караулил других водников, чтобы они не кинули монетку.
Огневик посмотрел на меня как на идиотку.
— Ирен, ты просто… — Эйдан поджал губы, так и недоговорив.
— Что? Я что?
Эйдан помедлил.
— Ты… Слишком хорошего мнения о людях. Видишь в них только лучшее — даже если они этого не заслуживают.
Долго же он подбирал слова. Тщательно. Даже не знаю — похвалить его за тактичность или поругать за ложь? Ладно, это не важно. Гораздо важнее, что он прав.
Знаю ли я вообще Морти? Чем больше я слушаю окружающих, тем больше мой друг кажется мне совсем незнакомым человеком.
А еще я чувствую себя полной дурой. Ну и как я пройду второе испытание, если я не могу даже разгадать, что происходит прямо у меня под носом?
Эйдан приобнял меня.
— Прости, если обидел, — сказал он.
— Ничего, — я устроилась поудобнее в его объятиях. — Ты не обижал меня. Давай не будем об этом. Просто хорошо проведем вечер.
Огневик прижал меня к груди.
— Все, как ты захочешь, — прошептал он.
Глава 18
Когда нужно что-то поскорее пережить, время движется медленно, как черепаха, только что пробудившаяся от зимней спячки. А когда не нужно, оно мчится, будто волк, преследующий добычу. Вот и сейчас — две недели пролетели вмиг. Второе испытание будет сегодня, в это февральское новолуние, и все мое тело сжимается от ноющей тревоги. Я могла бы морально подготовиться к любым неприятностям, но меня пугает неизвестность.
Я упорно тренировалась, не теряя ни минуты. Дория отпрашивала меня с пар, чтобы гонять на тренировках до изнеможения. Зато я довела каждый свой удар до автоматизма. Тритон тоже занимался со мной каждый день. Он оставил попытки сделать из меня целительницу и сосредоточился на управлении водой. Я даже делала прогресс: благодаря ректору научилась такой концентрации, что теперь способна по капле перелить воду из одного кувшина в другой. Каждая наша встреча начиналась и заканчивалась созерцанием. Я это воспринимала как возможность отдохнуть, но растревоженное сердце ныло в груди, не давая сосредоточиться.
У меня совсем не было времени, чтобы с кем-либо общаться. Даже с Лорой — что уж говорить об Эйдане. Лишь вечерами мы переписывались с ним. Он даже признался, что не может уснуть от усталости. Я его понимала. Я тоже долго не могла уснуть, только от тревоги.
С Морти вообще виделась лишь на парах, да и то мельком, пока Дория меня не забирала на очередную тренировку. Увы, я так и не успела ничего с ним обсудить. Может, это даже к лучшему. Может, все забудется, и мы как раньше будем просто друзьями.
Но сейчас мне нужно отбросить все мысли и сосредоточиться только на одном: испытании.
Удивительно, но на этот раз Игры проходили в закрытом формате. Зрители из знати Сагенея собрались у входа в павильон из белого мрамора, украшенного позолоченными фигурками. Духи в виде огромных лебедей впустили их внутрь, и больше я не видела никого из них. А мы, участники, вошли с другого входа. Больше никого с нами не пустили. Я лишь поздоровалась, но ни у кого
