class="p1">«Низшие, кто же еще может все сплетни знать…»
И тут Максима осенило.
— Ты звони насчет Светланы, а я сам сяду за руль.
— Это моя вообще-то машина, — заворчал Виктор, но все же послушал и прошел к пассажирскому сиденью, на ходу снова доставая телефон и давая поручения насчет вызова адвоката.
Макс же завел двигатель и выехал с парковки. В первый раз сегодня яркий солнечный свет показался ему не издевательским, а действительно светом надежды. Ну конечно, если Наталья и ее помощник действительно нелюди, то кто-нибудь из низших точно с ними должен был сталкиваться, кто-нибудь что-нибудь да знает о них.
А он сам знает такое место, где этих низших сейчас больше всего. Ловить на улицах города случайных информаторов не придется.
— Так куда мы? — уточнил Виктор, положив трубку.
— Чаю попить, — ухмыльнулся Макс.
***
«По поводу вашего мужа. Обнаружено его тело. Он мертв».
Появление полицейских настолько выбило меня из колеи, что на первые полчаса, а может, и больше, я просто потерялась. Меня усадили в машину, куда-то повезли.
В один момент показалось, что меня сразу бросят в камеру, за решетку, как это показывают в кино. Но нет. Привели в заваленный бумагами маленький кабинет с несколькими рабочими столами. Усадили на стул, предварительно убрав с него коробку с подшитыми делами, и попросили подождать.
А я, по-прежнему пребывая в какой-то прострации, пыталась сообразить: я правильно поступила, что поехала? Может быть, надо было сразу требовать звонок, адвоката, кричать, в конце концов? И что делать теперь? Все отрицать? Сознаваться? Говорить, что Максим — вампир? Если я потребую позвать арбитров, меня поймут? А если поймут и вызовут? Те смогут подтвердить, что ни я, ни Максим Семена не убивали и вообще, он уже мертвый был, когда мы пришли?
— Светлана Сергеевна, не против, если мы побеседуем? — Напротив меня уселся грузный мужчина. Рядом с ним на столе стояла кружка, судя по коричневым кругам внутри, не мылась она примерно… никогда. — Чаю хотите? У меня пакетики есть.
Говорил он хоть и вежливо и расслабленно, но поглядывал все равно недобро. Да и двое других мужчин в кабинете (каждый за своим столом) хоть с виду и занимались своими делами, но тоже словно злились на меня за что-то. Четвертый стол в кабинете пустовал.
«Это из-за темной ауры?»
— Да, то есть нет. То есть не против побеседовать, но чаю не надо. И вообще, у меня дети на улице остались, мне бы к ним вернуться.
— Дети? Хм… — Мужчина нахмурился и принялся перелистывать бумаги перед собой. — По моей информации, детей должны забрать органы опеки.
— Забрать? Нет, это бред какой-то. Зачем их забирать? Я вот… — Я спохватилась, что у меня в руках все еще пакет с продуктами, и потрясла им перед носом у мужчины. — Блины им печь собиралась.
Как будто это могло быть аргументом. В глазах защипало, и я принялась нещадно их тереть. Все происходящее казалось глупой шуткой, бредом. Ну не может же в самом деле подобное происходить со мной?!
— Ну откуда я знаю, может, отпраздновать начало свободной жизни решили. Вы же теперь богатая вдова…
— В каком смысле «богатая»?
— А в каком смысле «вдова» не спрашиваете? Убийство, значит, все-таки признаете?
— Ничего я не признаю, я вообще не понимаю, о чем вы говорите, — последние слова я прошептала.
Сердце стучало быстро-быстро.
— Ну-ну, — хмыкнул мужчина. — Еще скажите, что мотива у вас нет.
— Конечно, нет, дом мне по наследству достался от бабушки. А муж даже с работы уволился, денег не давал. Мы… развод планировали.
— Хм… Развод, значит, — довольно прищурился мужчина, словно я ему только что сделала какой-то подарок. — Давайте я расскажу, как все было. По нашим данным, ваш муж недавно зарегистрировал компанию, со счетов которой была выведена крупная сумма, а также приобрел заведение общепита. Он разбогател и решил с вами развестись, а вы не захотели делить имущество и отравили его. Соседи сказали, что видели вас выходящей ночью из вашего дома и садящейся в такси, после чего были слышны странные звуки из квартиры, и бдительные граждане вызвали полицию. Когда полиция пребыла на место преступления, было обнаружено тело вашего супруга, экспресс-тесты показали наличие яда.
То, что мне сказали, просто оглушило. Полицейский говорил что-то еще, показывал фотографии, какие-то документы. Требовал где-то подписать, что-то подтвердить. А я просто сидела и не могла уложить все это в голове. Как так? Почему все накрутилось одно на другое, словно снежный ком, и теперь свалилось мне на голову?
Меня явно кто-то подставил. Но кто? Не мог же ведь Максим? И вообще, он болел вчера. Но именно он спрятал тело, кто еще мог знать, где его искать?
А дети… Озорные Надя, Федя, не по годам умная Анечка, крошка Лилечка и серьезный ответственный Аркаша. Где они сейчас? Правда ли их забрали?
Максим… если со мной что-то случится, позаботится ли он о них? Или будет рад избавиться от «прицепа»?
— Светлана Сергеевна, вы меня вообще слушаете? — разозлившись, мужчина хлопнул по столу, заставив меня подпрыгнуть на месте.
В этот момент дверь кабинета открылась:
— Семен Валерьевич, добрый день. — В кабинет вошел лысый мужичок со слишком длинным носом и цепким внимательным взглядом. — Всем остальным тоже. Макар Евгеньевич, Сергей Николаевич.
— Ты что тут забыл, Хренов?
— Адвокат Хренов, — осклабился носатый, — прошу повежливее. Вы на каком основании задержали мою доверительницу? Еще и заставляете ее что-то подписывать?
— Для выяснения личности. Можем задерживать до трех суток без предъявления обвинений, — огрызнулся Семен Валерьевич с той стороны.
«Он сказал мою доверительницу? — Я посмотрела на мужичка уже внимательнее. Заметив мой взгляд, он тепло улыбнулся. — А чем я ему платить буду? Или это Максим его отправил?»
От этой мысли сердце забилось быстрее, я взволнованно кусала губы, отчаянно желая верить, что помощь пришла.
— Не волнуйтесь, Светлана Сергеевна, сейчас мы вас вытащим отсюда.
— Вытащим? Ну уж нет, никуда она отсюда не пойдет! — раскрасневшись, закричал Семен Валерьевич.
Через полчаса я уже стояла на улице рядом с адвокатом Хреновым.
— Ни… чего себе, — хотелось выразиться погрубее, но я побоялась, что, если скаламбурю и ругнусь фамилией моего защитника, он может обидеться.
— Ну что вы, Светлана Сергеевна, это моя работа. Вы
