на всякий случай не уезжайте пока из города, дело-то еще не закрыли.
— Хорошо, а я вам… — замялась, не зная, как говорить про деньги, — должна что-нибудь?
— Секундочку. — Его телефон завибрировал, он взял трубку и несколько раз угукнул. Отключившись, повел длинным носом и снова повернулся ко мне. — Вы должны поехать со мной.
***
Виктор все еще давал распоряжения по телефону в тот момент, когда Максим свернул к вокзалу. Краем глаза он видел, что брат то злился, то раздражался, отдавая приказы своим людям по поискам Даниила.
Кроме поиска следов людей из обнаруженной по его наводке машины, они еще параллельно допрашивали друзей ребенка и искали какие-то наводки в школе.
«Видимо, он до конца мне не доверяет», — мрачно подумал Макс. С другой стороны, а чего он хотел? Думал, что совместные поиски сблизят их с братом и тот кинется к нему с распростертыми объятиями? Что ж, по крайней мере, Виктор помогает. Сейчас и этого достаточно.
Они остановились на парковке недалеко от чайной.
— Что мы тут делаем? — Виктор нахмурился, окинув взглядом парочку представителей нечисти — они шли, о чем-то оживленно переговариваясь, в руках у них было по эклеру и стакану с кофе.
— Собираем информацию, — ответил Макс. — Идем.
Глава 16
Глава 16
Внутри оказалось довольно многолюдно. Все столики были заняты, и даже старуха, которая вчера чуть не устроила здесь скандал, сидела у окна на том же стуле и в той же позе, словно никуда и не уходила.
— Семен Викторович! Наконец-то! Тут столько всего… — воскликнул обрадованный болотник, едва завидев хозяина заведения.
Парень выбежал из-за прилавка, бойко взмахнув полотенцем, но едва заметил рядом с Максимом Виктора, как улыбка на его лице моментально померкла.
— Хм… Почему мне это уже не кажется простым совпадением?
— Ты о чем?
— О том, что друг моего сына работает в твоем кафе, — произнес Виктор таким тоном, будто предъявлял обвинение.
«Ну да, видимо, через друга, по его логике, я и заманил бедного мальчика к себе во двор, откуда его увезли неизвестные. Возможно, по моему приказу», — скривился Макс.
Нечисть, привыкшая всегда держать ухо востро, прислушивалась. Максим заметил, как даже старушка заинтересованно вытянула шею и повернула свой широкий нос в их сторону.
— Дорогие друзья, — Макс расплылся в широкой улыбке, — у меня к вам маленький вопрос. Если получу на него ответ — всем по чашке кофе за счет заведения…
Петя на этих словах удивленно поднял брови.
— …Даже с десертом! — чуть подумав, добавил Макс и вытащил из папки с личными делами фотографии. — Скажите, вы где-нибудь встречали раньше этих нелюдей? Может быть, знаете тех, с кем они могли общаться?
Нечисть за столиками повела себя по-разному. Высокий тощий мор со впалыми щеками отвернулся, сделав вид, что вообще ничего не слышит. Парочка кикимор в длинных куртках, скрывавших их тела, начали перешептываться. Кто-то просто жал плечами, мол, никого не видел, никого не знаю.
Еще двое подошли, повертели фото в руках, но вернули, тоже пожимая плечами.
«Неужели мимо?» — с отчаянием подумал Макс, запуская руку в волосы и нервно взлохмачивая прическу.
— Ну, допустим, я видела, — вдруг выдала старушка у окна. — Пять желтых пирожных, тех, которые с манго, три эклера и кофе. Литр!
— Ну у вас и запросы, бабушка, — хмыкнул Виктор.
Макс пока никак не мог понять, о чем думает брат. Он, кажется, до сих пор не относился к угрозе серьезно. Думал, что его сын в любой ситуации может за себя постоять? Или что все-таки за похищением стоит сам Максим, а он хоть и «отбитый на всю голову, но все же родня и не обидит ребенка?
— А я могу не рассказывать, — насупилась старушка. — Если не интересно.
— Что вы, что вы, очень интересно. — Максим наклонился к Пете: — Неси пирожные. Чего там она хотела.
— Но манговых осталось всего четыре…
— Неси все.
Когда Макс с Виктором подошли к старушке, та вырвала фотографии из рук и, подняв над головой, прищурившись, внимательно их осмотрела.
— Одна моя знакомая имела с ними какие-то дела… В подробности я не лезла, мне и своих дел хватает, но она мне их очень советовала.
— Советовала по какому поводу?
— Откуда я знаю? На ней явно клятва была для неразглашения. Просто когда я ей на старость жаловалась, мол, тяжело одной, помочь некому, еще и людишки эти озверевшие кругом мешаются, она мне такая: «А ты обратись…».
— А контакт она вам оставила?
— Нет, конечно. Сказала, что если захочу, то встречу устроит. — Старушка говорила и одновременно с этим внимательно следила, как Петя выставляет на подоконник перед ней эклеры и кофе.
— И как, устроила?
— Пфф. Нашли дуру. Я ж так и не согласилась! Видела же, что эта дурында квартиру продала, чтобы с ними расплатиться. Оно мне надо? Нет, может, оно мне, конечно, и надо, мало ли там что предлагали такого. Но как-то кота в мешке брать — это не мое. А вдруг опасно? Я бабушка осторожная, потому и дожила до своих годков. — Она вдруг поводила пальцем по пирожным. — Я до пяти считать умею. Тут четыре! Нехорошо старших обманывать. Я как обижусь, как пошепчу, как посмотрю… импотентом сделаю.
Макс закашлялся, подавившись от неожиданности.
— Манговые закончились. Могу предложить два других.
— Три.
— Вы не лопнете, бабушка? — с иронией уточнил Виктор.
— А ты, ирод окаянный, не стой рядом-то, не стой. Не мешай вкушать.
— Возвращаясь к теме нашей беседы. — Максим забрал у старушки фотографии. — Адрес подруги у вас есть? Которая связывалась с этими нелюдями.
— Не подруга она мне. Была бы подруга, я бы не болтала. — Бабка скорчила недовольную физиономию, но когда Петя поставил перед ней еще пирожных, все же смягчилась: — Дай ручку, напишу.
Едва получив адрес, Макс кивнул Виктору на выход.
— Какой-то слишком мудреный квест получается, — цокнул тот языком.
— Семен Викторович, а я? Мне надо снова пирожных заказать, и еще кое-что кончается.
Макс вынул из кармана большую пачку наличных (часть тех денег, что снимал со счета фирмы) и незаметно сунул парню:
— Я на тебя полагаюсь.
— Но, Семен Викторович…
— У
