тебя все получится. У тебя прирождённый талант, — скороговоркой бросил Макс и убежал на улицу вслед за Виктором.
Тот снова с кем-то говорил по телефону и явно нервничал.
— Слушай, братец. Шутка затянулась, — раздраженным голосом сказал он.
— Не понимаю, о чем ты.
— Не понимаешь? Серьезно? Чтобы мой сын был дома через час. Мне все эти шатания туда-сюда надоели.
— Ты думаешь, я от этого в восторге?
— Ну зачем-то же ты все это устроил. — Виктор кипятился с каждым словом все больше и больше.
— Устроил что?
— Если ты не имеешь отношения к похищению, то почему просто не поделился информацией, почему давишь так, будто у тебя в этом деле личный интерес? Я тебя слишком хорошо знаю, братец. Ты палец о палец для других не ударишь.
— Ты сам сказал ехать с тобой.
«Вот леший! Он действительно думает, что все это сделал я». Если бы ситуация не была настолько ужасной, Максим бы рассмеялся. Виктор же только скрипнул зубами.
— Сказал, но ведешь ты себя слишком подозрительно. Явно не для моего сына стараешься. Тебе на него плевать. Тогда зачем? Очередная твоя многоходовочка, чтобы манипулировать мной?
— Это совсем не то, что ты думаешь.
— Я сказал. У тебя час. Если к этому времени Даниил не будет дома, то пеняй на себя.
В этот момент недалеко припарковалась машина. Пассажирская дверь открылась, и оттуда вышла Светлана. В домашних штанах, расстёгнутой куртке поверх домашней футболки, в которой она ходила. Нерасчёсанная, с красными пятнами на лице от слез. Но при этом такая родная и нужная.
— Максим! — Едва завидев его, она сорвалась с места.
— Света, ты в порядке? Все хорошо? Тебя не ранили? Не обидели?
Он принялся ее осматривать, пытаясь понять физическое состояние, но женщина не дала ему этого сделать — оплела шею руками и прижалась всем телом. По ее щекам потекли крупные слезы.
— Я так испугалась. Они как-то нашли Семена. Потом сказали, что есть свидетели, что я ночью была в деревне. А я не была, я ведь с тобой была всю ночь… — Она вдруг покраснела. — В смысле, рядом. В смысле, в одной квартире.
Она отчаянно зажмурилась.
— Еще сказали, что… Макс, скажи правду — где мои дети? Их забрали в детский дом? Мы же сможем их вытащить?
Виктор, молчавший все это время, оживился.
— Какие дети? Он кроме моего сына еще кого-то похитил? — спросил Светлану, кивнув на Макса.
— Кто он? Куда похитил? — Света стремительно побледнела, схватилась за сердце, а потом стала оседать прямо на мокрый асфальт.
Если бы Максим не подхватил ее под руки, она бы распласталась по земле без чувств.
— Светочка, все хорошо, не нервничай. — Макс и сам понимал, как глупо звучат его слова в текущей ситуации, но ничего другого, как назло, в голову не лезло, а на языке вертелись какие-то глупые и лишние сейчас «шаблонные» слова. — В общем, тут такое дело… Пока тебя не было, дети вышли на улицу погулять. Аня, как обычно, что-то там с собой пожрать взяла. Вроде бутерброд…
Света вцепилась ему в куртку так, словно если бы отпустила, то наверняка бы упала. Глаза ее были широко раскрыты, и в них читались мольба и ужас одновременно. Она хотела знать, что случилось, и вместе с тем отчаянно надеялась, что все не настолько ужасно, насколько она себе нафантазировала.
— …Кстати, хорошая новость. — Макс все никак не находил в себе сил сказать прямо, убить надежду в этих прекрасных глазах, а потому чуть отвлекся. — Я, кажется, понял, кому Аня таскала еду.
— Кому? — слабым голосом спросила Света.
— Его сыну. — Максим кивнул на своего брата.
Тот хмуро наблюдал за ними двумя, периодически отвлекаясь на телефон и что-то там печатая.
— Здравствуйте, — кивнула ему Светлана, как будто только что заметила.
Впрочем, может, так и было.
Виктор в ответ молча кивнул и перевел взгляд на брата, мол, продолжай, я тоже слушаю.
— Так вот, — Макс сделал глубокий вдох и выдох, — видимо, его охламон прятался где-то неподалеку, а Аня его подкармливала. Не знаю, как и где они могли об этом сговориться. При мне до этого эти двое виделись только один раз, когда его сын с друзьями обижал твоих девчонок, и я шуганул эту шпану. Может быть, он гипноз использовал? Хотя вряд ли, он еще мелкий, силенок не хватило бы, чтобы тот продержался так долго. А Аня его несколько дней подкармливала. Сама, значит.
— Ближе к делу! — не выдержал брат.
— Если ближе, то… Я вышел на улицу, когда увидел рядом с детьми Даниила. Но тут приехала машина. Те люди, что уже приходили к тебе, Свет, и представлялись сотрудниками инспекции — Наталья и ее помощник. Они наплели мне с три короба про то, что забирают детей по решению какой-то комиссии.
— А мой сын тут при чем?
— Считать до пяти не умеют? Одним больше, одним меньше… кажется, там не особо парились.
— Это все просто прекрасно. Но как они это провернули? — Виктор схватил его за ворот куртки и тряхнул несколько раз. — Если ты был рядом?
«А раньше его это так не интересовало?»
— Ярмо долга… — вдруг произнесла Светлана вместо него. — Они тебя заставили, говорили, что стребуют услугу…
Макс кивнул:
— Какое-то время назад Наталья стребовала с меня ярмо долга. Они представлялись инспекторами по делам несовершеннолетних, а я ошивался в одной квартире с матерью их подопечных. Тогда это не показалось мне подозрительным, — обреченно признался Максим.
Виктор схватился за голову, в его глазах наконец-то засветилось осознание ситуации.
— Так какого лешего мы тут делаем?! Надо искать этих подонков! Нужно ехать туда, где нашли машину, взять след… — он говорил все громче и громче, пока из него, кажется, разом не вышел весь воздух.
Виктор поднял взгляд на Макса. В нем были настоящие эмоции: страх, боль, неприятие. Максим достал из кармана лист бумаги.
— Ты ведь все равно уже отправил своих людей найти брошенную машину, обыскать ее и искать зацепки дальше? — Брат кивнул. — А у нас есть адрес, помнишь? Нечисть, которая может знать, где скрывается эта Наталья.
Виктор забрал лист и несколько раз пробежался глазами по строчкам.
— Едем туда.
Всю дорогу,
