подбородок.
– Приин! – отбиваясь, орала я. – Зови на помощь!
– Но я должна петь! – запротестовала сестра. – Призрак Мелиры услышит меня и не тронет. Я знаю, эта песня – древнее заклинание… Нужно, чтобы он услышал… – Голос её сорвался, поэтому следующие строчки вышли хриплыми: – По заветам Иверийским…
– Дура! – не выдержала я. – Это не призрак Мелиры, это икша! Живой и весьма злобный! Он сожрёт нас обеих, если ты немедленно не приведёшь помощь!
О том, что икша тоже может привести помощь, я решила пока умолчать. Тем более что времени на объяснения не было: моя белоснежная накидка уже превратилась в ленточки. Я крепко сжала зубастую голову, чтобы не подпустить к себе ряды острых зубов, но трёхпалые лапы с когтями колотили и трепыхались, кромсая ткань и оставляя царапины на коже.
От натуги я зарычала и ощутила каждую напряжённую мышцу в своём теле. То, что раньше я проделывала с лёгкостью, теперь стоило чудовищных усилий. Резкое движение – и мне всё-таки удалось стащить с себя монстра.
– Отправляйся… – я стукнула икша головой о твёрдую плитку, но не смогла разбить череп, у меня просто не было сил, – обратно… – ещё один слабый удар, – в свои пещеры!
Икша вырвался, отбежал к усыпальнице, и я вдруг поняла, что короткая борьба совершенно меня измотала. Браслеты из ризолита обжигали холодом, повреждённая кожа саднила, руки и ноги тряслись, как в лихорадке. Превозмогая слабость и боль, я встала на четвереньки – подняться на ноги не смогла, и приготовилась к кровавому сражению. Возможно, последнему в своей жизни.
Мой противник тоже пришёл в себя. Взял разбег, прыгнул выше своей головы, в полёте раскрыл жуткую пасть и… словил в неё короткий метательный кинжал. Скрюченная тушка отлетела к стене усыпальницы, стукнулась об неё и сползла, оставляя на светлом камне буро-коричневый след. Сталь мелькнула в воздухе ещё трижды, впиваясь жалами в подёргивающийся труп. Метальщик действовал наверняка.
Я облегчённо плюхнулась на зад.
От резкого поворота головы потемнело в глазах. Но я успела разглядеть задранное платье служанки и перевязь метательных ножей на бедре, прямо поверх резинки чулка.
– Госпожа, – подбежала ко мне Эсли. – О Девейна, госпожа! Вы ранены! Ужас! Вы были в такой опасности!
Я ошалело рассмеялась. В лицо опасности, конечно. Вытерла тыльной стороной ладони рассечённую бровь и посмотрела на так называемого призрака Мелиры.
Труп икша не загорался фиолетовой магией и не призывал собратьев. Это были хорошие новости. Плохие же заключались в том, что это, возможно, был первый икша в Баторе, но далеко не последний. Неудивительно, что Жорхе не заметил его при осмотре двора: монстр мог появиться из ниоткуда всего минуту назад. Точно так же, как сотни и тысячи грязекровок появились в Кроунице. Паршивый признак.
– Наследие Иверийской династии должно быть уничтожено, – прошептала я себе под нос и упёрлась взглядом в усыпальницу Мелиры.
Неужели даже останки величайшей королевы кажутся Крону наследием? В таком случае он безумец.
Я тряхнула головой и с помощью Эсли поднялась на ноги. Пара женских рук забралась под одежду, зазвучали воззвания к Девейне. От магии исцеления кожа невыносимо зачесалась, и я поблагодарила одну из двух своих служанок за лечение. Что же касалось другой…
– Неплохой бросок, Арма, – похвалила я девушку. Она без тени брезгливости перевернула труп икша и рассмотрела его. – Ты точно несчастная сиротка, воспитанная в академии Мелироанских дев?
– Военная школа Астрайта, госпожа, – девушка обнажила в улыбке жёлтые от курения зубы, наклонилась и мозолистой рукой вытащила кинжал из тощей тушки. Крепкая, подтянутая и сильная. Настоящий боец. И как я раньше этого не заметила? – Господин лин де Блайт лично отобрал меня для вашей охраны. – Она перевела взгляд на подоспевших стязателей и кивнула в сторону трупа: – Уберите это. Он чуть не угробил вашу госпожу, а заодно и нас всех.
Кровавые маги застыли, совсем как благородные девы, и в немом ужасе уставились на меня. Будто из всех присутствующих древней проклятой тварью была именно я.
– Слышали?! – рявкнула я. – Выполняйте приказ.
Даже не удивилась тому, как охотно и быстро подчинились мне кровавые маги. Двое парней в чёрных масках присоединились к Арме, ещё двое отправились разгонять подоспевших зевак. К счастью, посторонних было немного: всего несколько человек.
В свежий аромат тарокко добавились мерзкие нотки кислятины. Я скривилась и огляделась.
Труп икша окружили стязатели, Эсли и служанки Приин обступили мою драгоценную персону, а сама леди Блайт склонилась над кустом гортензий и громко рыгала. Её выворачивало наизнанку прямо на прекрасные цветы точно так же, как когда-то меня на розы Чахи. Все остальные при этом делали вид, будто не замечают состояния девушки, деликатно отвернувшись в другую сторону. Я хмыкнула. Разве служанки не должны в такой трудный момент быть рядом со своей госпожой?
– Приин, – я шагнула ближе. Вся пунцовая, в слезах и соплях, леди Блайт покрылась испариной. Не хотелось к ней прикасаться. Помявшись, я всё же убрала выбившиеся чёрные волосы от лица сестры. – Это ничего, правда. Бывает со всеми, честно. Ну… с некоторыми девушками и впечатлительными парнями.
Сестра часто дышала, пытаясь справиться с тошнотой. В качестве поддержки я похлопала по прикрытой накидкой девичьей спине. Как раз в том месте, где на сорти де баль красовалась вышитая иверийская корона. Вспомнился Куиджи на Трескимале. И почему организм так реагирует на шок? Жаль, у меня не было с собой платка.
– Твои служанки не владеют магией Девейны, да? – шёпотом предположила я. – Я позову Эсли, она поможет…
– Нет! – резко перебила меня Приин.
Её снова вырвало.
– Послушай, ты же сама целительница, – убеждала я. – Не стоит бороться с приступом в одиночку. В храме есть служительница Девейны, наверняка её порядок магии…
– Юна, прошу тебя, – она выпрямилась и посмотрела на меня полными слёз глазами. – Не нужно никого звать.
– Ну хорошо, – я сдалась. – Тогда мы предоставим твоё лечение сёстрам. Готова поклясться, что оно тебе необходимо. Ты знала, что Зидани Мозьен изобрела успокоительные заклинания? Я сама лично ощутила их эффект…
– Это не из-за икша, – Приин задрала подбородок и выпрямила спину, как и полагается леди. Благородной деве, прелестной и мудрой даже в раскалённых туфлях. – И я попрошу тебя умолчать о том, что случилось. Не о нападении, конечно, и не о песне… А о моём… – она запнулась, – приступе.
– Ты больна? – я внимательно осмотрела Приин с ног до головы. Выглядела она неплохо, на щеках уже пробивался румянец. Ладони леди Блайт изящно сложила на животе, и меня вдруг осенило: – О Ревд… Ты что, беременна?!
– Мелироанская дева выходит
