в этом ощущении защищенности, в невесомом прикосновении губ к коже. Хотелось запечатлеть этот миг навсегда, превратить его в талисман, оберегающий от грядущих бед. Но реальность, словно назойливый комар, зудела на границе сознания, напоминая о нерешенных проблемах и опасностях, притаившихся в сумраке.
Когда Кристофер отстранился, я открыла глаза и посмотрела на него. В полумраке сгущающихся сумерек его лицо казалось одновременно незнакомым и до боли родным. В глубине его глаз я увидела отражение собственной растерянности и робкой надежды. Мы стояли на перепутье, не зная, какой путь выбрать, но отчаянно стремясь найти дорогу друг к другу.
Я взяла его руку в свою. Наши пальцы переплелись, и по коже пробежала слабая дрожь. Кристофер шагнул вперед, прижимая меня к перилам балкона, и накрыл мои губы своими.
Поцелуй пробудил дремлющий огонь, и я подалась навстречу, обвивая его шею руками, целиком отдаваясь захлестнувшим ощущениям. Его прикосновения были требовательными, но в то же время нежными, словно он боялся сломать меня. Я отвечала с той же жадностью, пытаясь передать всю бурю чувств, клокочущих в душе. В этом поцелуе звучало обещание защиты, клятва верности и тихое признание в любви. Сейчас мы оба нуждались в этом, как в глотке свежего воздуха после долгого пребывания в пучине.
Казалось, прошла вечность, прежде чем мы оторвались друг от друга, тяжело дыша. Кристофер прижался лбом к моему лбу и прошептал:
— Прости, что меня так долго не было рядом.
Я поняла, он говорит обо всем: о драгхарах, об Ордене, о Никосе и о пережитом расставании, длиною в века.
— Теперь мы здесь, — ответила я, крепче сжимая его руку. — Вместе.
Это было все, что я могла сказать. Все, что имело значение.
Тишину разорвал треск веток внизу. Мы вздрогнули и отпрянули друг от друга, словно нас застигли за чем-то запретным. Кристофер настороженно прислушался.
— Кажется, кто-то бродит вокруг, — пробормотал он.
— Может, это Ворчун? — спросила я, хотя прекрасно понимала, что это маловероятно. Скорее всего, стайх в очередной раз отжал спальню Рози у миссис Мерлок.
Кристофер покачал головой.
— Слишком тяжелые шаги. Я посмотрю.
— Погоди! — Я схватила его за руку. — Ты говорил, твой знакомый драгхар, этот Рэйзор, был немногословен. Что ты имел в виду?
— Я убил его младшего брата. Но я защищал Истинную.
Я смотрела на него, не до конца понимая. Кристофер поднял руку и нежно провел по моей щеке.
— Истинность превыше всего.
— Это как… кодекс чести? — уточнила я, чувствуя, как по спине пробегает холодок.
Кристофер кивнул.
— Что-то вроде того. Драгхары вообще очень трепетно относятся к своим Истинным, у них встреча с парой — огромная редкость. А покушение на ее жизнь или честь может лечь позором на весь род. Виновному грозит изгнание. В нашем случае вышла казнь.
— А Рэйзор не захочет отомстить?
Внезапно шорох внизу показался по-настоящему зловещим.
Мои пальцы судорожно сжали ладонь мужа. Перспектива мести со стороны разъяренного драгхара не казалась мне радужной. Все истории о древних существах, живущих по своим, зачастую жестоким законам, внезапно перестали быть просто сказками. Это была наша реальность.
— Нет. Дело закрыто, — коротко ответил он, ставя точку в разговоре.
Затем поцеловал меня в лоб и направился к двери.
Я осталась стоять на балконе, с тревогой всматриваясь в темноту.
Внизу снова зашелестело. Звук крался ближе, отчетливее вырисовываясь в тишине. Кто-то, несомненно, таился под балконом. Сердце бешено заколотилось в груди. Я вцепилась в перила, и от прикосновения ладоней дерево вспыхнуло золотистым сиянием. Непроизвольный всплеск магии принес хрупкое спокойствие и уверенность.
Как вдруг, где-то из глубины дома раздался пронзительный, полный ужаса женский крик!
Меня дернуло, как от удара хлыстом. Развернувшись, я ринулась в комнату, а затем в коридор. Дверь с хлопком захлопнулась за спиной, отскочив обратно и оставив на полу дрожащую полосу света из спальни. Но возвращаться было некогда. Крик повторился, и я узнала голос миссис Мерлок.
Топот ног по лестнице.
Мелькнувшая впереди тень замерла обернувшись. Оскар. Грязный, окровавленные руки, и в глазах — безумный, фанатичный блеск.
Я застыла, отступая и выставляя перед собой ладони, словно щит.
— Кто тебя выпустил?!
Он оскалился, взгляд его был направлен куда-то за мою спину. Я обернулась, но успела заметить лишь стремительное движение. Меня схватили, грубо, из-за спины. В нос ударил смрад немытого тела, пота и крови, от которого к горлу подступила тошнота.
Пленники… каким-то непостижимым образом они одолели охрану и захватили поместье! Один из них проник на мой балкон, и неизвестно, сколько еще этих тварей рыскают по дому. Миссис Мерлок кричала… неужели они посмели покуситься на Рози?
Ледяная волна ужаса пронзила до костей.
Элинор!
Они пришли за ней, чтобы завершить свой грязный ритуал!
Я принялась вырываться, отчаянно, яростно. Сила взметнулась во мне огненным змеем, рвущимся наружу. Коридор наполнился ослепительным золотым светом. Позади раздался приглушенный стон, и хватка чужака ослабла. Мне достаточно было лишь мазнуть по нему взглядом, чтобы понять — человек обжог о меня руки.
Не теряя ни секунды, я метнула в Оскара сгусток энергии. Он попытался выставить щит, но пошатнулся, когда магия взорвалась перед ним фонтаном искр. Моя сила пробила его защиту!
На лице Оскара мелькнул испуг.
— Кто тебя выпустил? — прорычала я, наступая на него.
Позади уже не просто стонали, а скулили. Ожоги распространялись, покрывая нападавшего жуткими красными пятнами. Тот скорчился на полу, перекатываясь с боку на бок, словно это могло помочь ему избавиться от боли.
— Разлучая семью, будь готова заплатить, драконья шлюха, — выплюнул Оскар, в его голосе клокотала ненависть.
Неужели Риска? В груди полоснуло болью.
Я в ярости метнула в него еще один импульс силы.
Он отступал, тщетно пытаясь укрыться за рассыпающимися щитами.
Детский плач пронзил дом.
Перед глазами потемнело, коридор заволокло алыми всполохами, все оттенки обрели кровавый отсвет. Я превращалась во что-то иное, требующее возмездия, одержимое желанием оказаться рядом с ребенком.
Плач Элинор смешался с криками миссис Мерлок и Рози.
Снизу доносились вопли незнакомых голосов. Кажется, они столкнулись с гневом Кристофера.
— Ты вернулся, чтобы завершить ритуал Никоса? — прорычала я, отбрасывая Оскара к стене очередным взрывом энергии.
Кажется, он начал понимать, с кем имеет дело, и его бравада сменилась отчаянием.
Он попытался что-то пробормотать в ответ, но я не дала ему времени. Еще один удар, и уже другая стена за его спиной застонала, покрываясь сетью трещин.
Магия рвалась наружу, требуя выхода, требуя крови. Но я держала себя в руках, достаточно, чтобы не потерять контроль.
— Отвечай! — мой голос дрожал от ярости, а золотистое сияние
