class="p1">– Бегом, бегом! – поторапливал Росс.
Пропустив бойцов, он высадил короткую очередь в сторону здания.
Живучие твари проворно отскочили от порога и огрызнулись остервенелым хрипом. Следом в проём влетела граната. Внутри оглушительно рвануло, и наружу вынесло тёмные клубы. От дрогнувших стен откололись и ухнули вниз крупные куски каменной кладки. Нутро дома заволокло скрученной спиралями пылью. Гул в ушах Росса перешёл в истошный визг.
– Порядок, – проскрежетал он и немедля устремился за группой.
…
Они ввалились в спальное помещение. За двумя бойцами тянулись смазанные кровавые отпечатки. Дотащившись до комнаты, парни без сил рухнули у стены.
– Марго! – гаркнул Север, укладывая Хасана на спальник. – Воду и бинты сюда!
Он оглянулся на парней. Те без лишних вопросов перекинули ему аптечку. Рванув зубами уголок упаковки, он приставил автоинъектор к груди башкира.
Не прошло трети минуты, прибежала Ланская. Алина со смертельно бледным лицом застыла у порога. Она стискивала кулаки и не знала, что делать.
– Лин, принеси мою сумку! – не оборачиваясь, крикнула Марго и склонилась над Хасаном.
Девушка тут же исчезла в проёме.
Вместе с Севером ассистентка Лебедева освободила командира от остатков разодранной одежды. С двух сторон зажгли фонари. Оставив башкира в умелых руках Марго, Север подошёл к Россу.
– Плохо дело, – прохрипел он. – Видал, как его порвали?
Тварь располосовала башкиру грудь и бедро. Истекая багровой кровью, в длинных косых порезах подрагивала развороченная плоть.
Эд исподлобья посмотрел на пострадавших бойцов, те самостоятельно перевязывали свои раны. Ругнувшись сквозь стиснутые зубы, он вышел из размещения. Адреналиновый запал уже проходил, и его начинала бить мелкая дрожь. Он остановился у перекрытого грузовиком выхода в пустыню.
Вспомнилась группа Урядова. Живо представилась ночь, голые пески и группа из четырёх человек, ушедших в неизвестность.
– Сука! Сука! Сука! – лупил он кулаком по стене, выпуская в безудержной ярости скопившееся напряжение.
А потом усилием воли заставил себя успокоиться. Тяжело выдохнул, привалился плечом к стене и похлопал себя по груди в поисках сигаретной пачки. Закурил, отметив при этом, как трясутся руки, и сделал три глубоких затяжки.
Голова моментально поплыла.
Он сжал и разжал кулак, ощущая, как постепенно охлаждаются нервы и по телу растекается ватная слабость. А потом посмотрел в зазор между авто и стеной дома.
Багровое зарево полыхающей зарницы обрисовывало горбатую линию холмов. На вершине бархана чернели чёткие монструозные силуэты. Самая крупная тварь задрала голову и, отпустив в небо утробно-тоскливый вой, лениво сошла с песчаной горы. За ней потянулись остальные, и все они пропали в сумеречной низине.
Глава 23
Мёртвый город. День четвёртый
Росс обошёл весь дом и, не найдя Севера, поднялся на крышу. Тот стоял у ограждения и сосредоточенно оглядывал утопающий в сизой дымке горизонт.
– Как думаешь, дойдут наши парни? – спросил он, не оборачиваясь. Его голос был не просто безрадостным, он полностью лишился красок.
– Димыч, давай просто дождёмся вечера.
– И что потом?
– Не знаю. Посмотрим.
Они с минуту постояли, молча изучая картину застывших песков.
– Долго им там копаться?
– Копаться? – не понял Росс.
– Не один Лебедев мечтает разгадать главную тайну Áтон. Ведь нам всем это нужно, да?
– Пусть сначала расшифруют записи.
– Да нет там ни хрена!
– Почему нет?
– Сколько сидят, ни слова, ни полслова. Хоть бы сказали что. – Север пытливо посмотрел на Росса. – Почему они молчат? Почему они ничего нам не говорят?
– Да брось ты, не заводись!
Север отвернулся.
– Надо отвести профессора в подземелье, – процедил он с раздражением. – Тем более, он сам напрашивался. По-моему, все эти их программы, все эти грёбаные умные помощники… чушь собачья.
– Погоди, Дима. Просто сейчас все заняты поиском источника. Я говорил с Ланской и так понял, не сегодня-завтра они закончат.
– Лучше сегодня, – без выражения ответил тот и сполз спиной по выступу ограждения, сев на корточки. – Потому что я говорил с Буру. И знаешь, что он мне сказал? Он признался, что воды осталось самое большее на сутки. – Напарник обхватил руками голову. Вся его поза выдавала отчаянье. – И это всё…
Росс посмотрел на его сгорбленную спину и перевёл глаза на чистое небо. Над землёй скользил ослепительный шар солнца, огненно-пылающий и вместе с тем холодно-равнодушный.
Им повезло. Прошлой ночью ни одна из чудовищных тварей так и не приблизилась к месту привала. Грубое бухтение и протяжный вой слышались на приличном расстоянии от группы.
Только-только рассвет тронул бледными мазками небо на востоке, Урядов поднял парней, и, наскоро перекусив, они тронулись в путь. Хотелось успеть выйти к знакомому району, пока неумолимое солнце не распалило песчаное море до нестерпимого жара. Шли, экономя воду и делая остановки в тени высоких холмов. Несмотря ни на что каждый верил в удачный исход этой странной прогулки. Если не говорить прямо – они просто заставляли себя верить, с упорством двигаясь дальше.
И всё-таки ближе к полудню надежда начала испаряться. О том, чтобы найти селение, дорогу, даже какой-то случайный след человека, уже не думали. Тут до своих бы добраться.
Второй день похода отсчитал половину. Урядов обернулся на бредущих позади сослуживцев.
– Самойленко! – подозвал он сухопарого рыжего парня и указал на бархан, мимо которого они проходили. – Метнись, глянь, чё там.
Пока тот взбирался на крутую вершину, бойцы попадали на мягкий песок.
– Ёлы-палы, – Урядов поболтал почти опустевшей фляжкой, – хоть бы какой оазис попался.
– Вода! – внезапно проорал сверху Самойленко.
– Чего?.. – Парни тут же повскакивали, усталость как рукой сняло. – Какая вода?
– Сами гляньте.
Сослуживцы торопливо полезли наверх. С сомнением в душе, Урядов полез следом.
