по заслугам. А что касается той пустынной планеты… Они сами напросились, я пытался уладить всё мирно. Но эти люди не умеют слушать.
— Пытался, а когда не получилось, решил всех прикончить? Как ты вообще умудрился это проделать с твоими-то способностями?
— Показать? — прищурился Евклид.
— Это я сделал, — вмешался Тимофей. — Тебя там не было, Гуо. Они лишили меня ног и хотели превратить в покорную тварь, а хозяина распяли на кресте и чуть не сожгли. Вы с Ричардом поступили бы также, если бы, конечно, смогли. Ричард, ты же сможешь перемещаться на руках, если потеряешь ноги? У тебя же их четыре. — синеволосый улыбался.
Паукообразный промолчал, скрывая лицо под капюшоном.
— Не хочу разбираться в частностях, Евклид. Давай сразу к делу. Цель моего визита донести позицию Нулевой Земли касательно твоего пребывания здесь.
— С каких это пор ты высказываешь позицию нулёвки, Гуо? Неужто тебе уже жаловали титул, потенциальный аристократ? — Евклид демонстративно поднял руку, с зажатым оружием.
— Жалуют. Когда я здесь закончу. Этим ты уничтожил отряд Братства?
— Этим.
— Признаюсь, это впечатляет. Ещё и руку умудрился модифицировать… Через месяц в Норах на тебе живого места не останется, бывший ученик, станешь выглядеть как одна из этих тварей. Может даже с нашей Майей найдёшь общий язык. — Его рот подёрнула наглая усмешка, — Я столько разных существ увидел, пока одноглазый бесёныш вёл меня сюда. Вас тут много, словно муравьёв в муравейнике. Скажи, что ты ждёшь от этого места? Дай угадаю, тут даже магов достойных нет. Одно отребье. Некому изучать твои аксиомы. Да они, наверняка и слов-то таких не знают.
— Угадал, Гуо. Ты как всегда проницателен. Говори зачем пришёл? Какие условия?
— Нулевая Земля и Братство теперь вместе. Там, снаружи, не прекращаются споры насчёт того, что с тобой делать. Томас потерял много людей и не готов терять ещё, но он снабдит, как ты выразился, нулёвку, боевыми машинами с реликвиями. Я видел одну такую, Евклид. Ты был в Ватикане? Там есть такая скульптура из металла «Шар в шаре». Очень похоже на то, что я видел вчера на демонстрации. Большой металлический шар, а внутри реликвия. Они закатят несколько таких прямо сюда и все здешние жители поползут наружу, словно черти от ладана. Там, снаружи, мы и прикончим всех до одного за укрывательство преступника. А тебя заберём с собой.
— Мы? Значит ты теперь окончательно с ними, Гуо? Я думал, что мы с тобой старые школьные друзья. Я, ты, Директор… Соперничали за одну девчонку, играли в разных командах в баскетбол… — молодой человек прошёлся по комнате, подхватывая и натягивая брюки.
Дверь неожиданно раскрылась и в комнату влетела возбуждённая Эннор:
— Евклид! Два вида военной формы, одна совсем просторная, вторая имеет более приталенный силуэт, тебе какая больше…
Она заметила гостей и осеклась. В руках она держала два образца белоснежной формы, украшенной жёлтыми смайликами с демонами, повешанными на галстуке.
— Военная форма⁈ Ты кем себя возомнил, повстанец недоделанный? Ты здесь без году неделя! Решил собрать себе армию и бросить вызов всему Хаосуму⁈
— Ты чего завёлся, глава школьного совета? Тебе самому на это смелости не хватило? Послушно машешь хвостиком, взбираясь по корпоративной лестнице? Так у меня теперь свой стартап, Гуо. С большим потенциалом, как видишь.
Гуо взял себя, а руки и произнёс уже спокойнее:
— В общем, тебе предлагают титул в Нулевой земле. Постоянное гражданство. Будешь жить за мощнейшими реликвиями в Хаосуме и ни о чём не беспокоиться. Почти как раньше жил, до Смешения. Представь, там даже районы есть, куда демонам запрещён вход. Как будто за границу поехал.
Евклид снял ночную рубашку и медленно повернулся, демонстрируя ожоги по всему телу, ссадины и подсохшие корочки крови на локтях.
— Посмотри на меня внимательно, Гуо. Разве похоже, что я желаю жить и ни о чём не беспокоиться? Посмотри на мою руку. Потрогай вот здесь, вот эти, будто лакированные, кости. Они мои, как и весь металл, который их обрамляет. И металл у меня теперь не только в руке, Гуо. — Он похлопал себя кулаком по груди. — Сколько существует Нулевая Земля, Гуо? Десять лет? Сто? Почему Хаосум всё ещё похож на ад? Почему вы бездействуете?
— Ты думаешь тебе по силам сделать из него рай? Ты что Бог⁈ Ты никто, мы с тобой в одной школе учились!
— Раньше бы я ответил тебе, что нет, точно не Бог. Теперь отвечу — не знаю, возможно. Time will tell, как говорят англичане, время покажет.
Он накинул на себя свежую белую рубашку и обратился к Эннор, медленно застёгивая пуговицы:
— Вариант с просторной мне больше нравится. Более универсальный вариант. Вроде японского кимоно. Добавь жёлтую ленту с опознавательными знаками. Чтобы командиры отличались от рядовых воинов…
— Что мне передать руководству, Евклид? У меня мало времени.
— Передать руководству? Ты не покинешь Норы, Гуо. Останешься здесь на какое-то время.
— Ты хочешь взять меня в заложники, Евклид? Ричард…
— Не стоит, Гуо, оглянись вокруг себя.
Суетящийся демон уже держал наготове ледяное копьё, а Эннор, уже наполовину скрывшаяся в полу, остро отточенные текпи. Один за другим из кольца являлись чёрные псы. Они покачивали хвостами, радуясь освобождению из заточения и скалили свои клыкастые пасти.
— Отставить, Ричард. Судя по всему, нам придётся погостить здесь какое-то время. Моя кровать будет здесь, возле тебя? — Он насмешливо посмотрел Евклиду в глаза.
— Для тебя мы подготовим отдельную комнату, глава школьного совета. У нас как раз есть подходящая гостиница недалеко отсюда. Хозяина зовут Бракус, передай ему мои искренние поздравления с пополнением. Скажи, что ты мой гость и я прошу обращаться с тобой соответствующе. Эннор, проводи моего приятеля. Суетящийся демон и мои верные псы, тебе помогут.
— Что ты собираешься делать дальше, Евклид?
— Тебя это больше не касается Гуо. Тебе не о чем беспокоиться. Когда боевые машины братства прикатятся сюда, ты даже не почувствуешь, ведь ты законтрактован, так?
Как только Гуо увели, Евклид покрутил в руках металлический короб на цепи, в котором винторогий и пряморогий притащили кусок металла для его будущей конечности и задумчиво рассмотрел его со всех сторон. Стенки короба были сварены из толстых кусков железа, а крышка плотно прижималась сверху, делая его абсолютно герметичным. Суетящийся демон захватил его из кузницы с собой, ему понравилась толстая удобная цепь-рукоять и, как он выразился, «добротность».
Евклид взял дневник Павла и примерил к коробу. Тот вошёл аккурат между толстых стенок, не болтался и не сминался.
«Тимофей. Как обстановка?».
«Нормально, ведём нашего старого приятеля к Бракусу. Он очень недоволен.
