велит снизить скорость и раскрыть двери. Не доверяет. Хочет осмотреть экипаж.
— Сейчас осмотрит… Эннор, начинаем!
Та кивнула, подхватила пятилитровую канистру и принялась накручивать на неё иглу с помпой.
— Смотри не попадись под луч, я буду размахивать им так быстро, как только смогу.
— Пожри тебя пустота, капитан! Для меня, вы, люди, словно кинокартины с замедленным действием. Делай свою работу, меня тебе не повредить. — Она взмахнула своими пепельными волосами и с лёгкостью закинула пятилитровую канистру с мутным раствором на плечо.
Задняя дверь саркофага распахнулась, сатан выпрыгнула наружу и быстрыми короткими рывками понеслась в сторону тени.
— Глаз велит остановиться и не приближаться к нему. Велит экипажу выстроиться в ряд…
— Всё, начинаем, Тимофей, уже наплевать, что он там велит. Десантируемся! Уничтожить цель!
Суетящийся демон, словно прыгун с трамплина в воду, устремился к чудовищу, на ходу доставая ледяные копья. Под его ногами начали быстро образовываться сгустки льда, отталкиваясь от которых, он разгонялся всё быстрее.
Скорость Суетящегося демона всё нарастала, ступени под его ногами становились всё больше, премещались рядом с ним, постепенно превращаясь в подобие ледяного скакуна. Параллельно с этим, в руках с каждой секундой прибавляло в размерах длинное и тонкое копьё. Ледяной рыцарь во всю прыть нёсся навстречу противнику, пытаясь сразить чудовище.
«Позер — насмешливо бросил Евклид».
«Он узнал нас, хозяин. Злится».
Навстречу Эннор и Тимофею, словно цунами, надвигалось длинное тёмное тело глаза. Оно было вытянутым, напоминая подошву башмака и сейчас край этой подошвы стремительно приближался.
— Гелиодор передаёт привет!
Фиолетовый луч, орошая пространство вокруг ярким дождём, рванулся в сторону глаза. Евклид стоял на крыше саркофага и прочерчивал длинную прямую линию, отсекающую надвигающееся на союзников тело противника. И ему это удалось: цунами отделилось от основы и беспомощно зависло в воздухе, так и не достигнув цели.
Эннор приземлилась. Ловким движением она сбросила канистру с плеча, несколько раз дёрнула ручку, нагнетая давление, и изо всех сил вонзила иглу в поверхность глаза. Канистра вздрогнула, но игла лишь слегка изогнулась, так и не сумев продырявить окаменевшую шкуру демона.
Пространство вокруг Эннор запузырилось небольшими холмиками, постепенно принимающими очертания человеческих силуэтов. Один из силуэтов погрозил ей пальцем и все разом они бросились в атаку. Сатан попыталась провалиться вниз, но сделать этого не удалось. В отличие от неорганических поверхностей, тело демона обладало невероятной внутренней энергией и эта энергия не позволяла ей исполнить задуманное, выталкивая чужеродное. Эннор попала в окружение. Она бросила канистру и что было сил оттолкнулась от поверхности, подпрыгнув.
Силуэты, отделившиеся от демона двигались медленно, но движения их были точны. Они непременно настигли бы Эннор, если бы в этот момент, в тело глаза на огромной скорости не врезалась глыба льда Суетящегося демона. По «подошве» прошла дрожь и она слегка накренилась вбок, разбрасывая силуэты в разные стороны.
«Его не удаётся повредить хозяин! Ни мне ни Эннор, его шкура слишком прочна! Невероятный уровень энергии!»
«Мне удаётся… — прошипел Евклид, водя своим страшным оружием с удвоенным рвением».
Издали было видно, что лобовая атака захлебнулась, оставалась лишь одна надежда — покрошить противника на такие мелкие части, чтобы тому не хватило сил на регенерацию. Но существовала проблема, противник умудрялся сращивать своё тело сразу после среза. Евклид невольно вспомнил фокус с разрезанием кубика льда раскалённой проволокой. Как только проволока доходила до самого низа кубика, тот уже успевал срастить назад от собственной температуры.
Без защиты оставались лишь места на изгибах. Чудовищу нужно было поднести куски плоти вплотную друг к другу, чтобы начать процесс восстановления. Поэтому четверть отхваченного гриба продолжала болтаться в воздухе, испуская в месте среза густой дым, отпугивающий желающих позариться лакомой плотью.
Внезапно Евклид почувствовал удар в спину и его отбросило с крыши Клинка Небес в сторону.
«Неужели Слава, всё-таки включил клинки.? — Подумал он, пытаясь сбросить с глаз пелену. — Нет, в таком случае, меня бы покромсало на части…»
Он принялся осматривать своё тело и в этот момент раздался её один удар.
«Хозяин! Он управляет тварями вокруг! Я помогу! Без ваджры у нас нет шансов! Не останавливайся!»
Только сейчас Евклид заметил, что луч погас. Он почувствовал резкую боль в боку и шее, какая-то тварь прицепилась к нему сзади, с громким писком раздирая кольчугу и толстую стёганку. Отделённый от глаза кусок, мрачной тучей приближался к кораблю. На его поверхности уже вовсю вздувались пузыри силуэтов.
Евклид закричал, почувствовав обжигающую боль в шее. Писк прекратился.
«Ты в порядке хозяин? — Тимофей держал в руках разорванную надвое тварь».
Тело Евклида сковал холод, синеволосый латал раны. От низкой температуры, Евклид мгновенно пришёл в себя. Сознание прояснилось:
— Гелиодор передаёт привет!
Луч пронзил надвигающееся облако, и одним движением разделив его надвое.
«Где Эннор⁈ Где чёртова канистра, сатан⁈»
«Она там внизу».
Евклид взглянул в направлении, куда указывал синеволосый. На поверхности глаза маленькая фигурка, орудуя текпи, отбивалась от нескончаемых орд напирающих со всех сторон силуэтов.
«Останови этих, на облаке!»
Молодой человек перевёл луч вниз, стараясь не задеть Эннор, кроша на части наступающих тварей вокруг союзника. Но этого было мало.
— Что⁈ Слава, что ты делаешь⁈
«Он не слышит тебя хозяин».
Клинок Небес, управляемый соседом по парте на всех парах нёсся по направлению к Эннор, ощетинившись размахивающими во все стороны лезвиями. Евклид отвёл луч в сторону, чуть не задев свой собственный корабль.
«Тимофей! Какого хрена он творит⁈ Ему было велено оставаться на месте!»
«Видимо в твоём приятеле проснулся дремлющий дух камикадзе, хозяин. Достойная смерть».
«Не стой столбом, прикрывай меня! Мы не подохнем здесь!»
Туловище чудовища вокруг Эннор было истерзано ваджрой, но раз за разом мгновенно заживало, оставляя на местах срезов лишь бугристые шрамы. Изящная фигурка сатана больше не могла сопротивляться. Поставив вокруг защитные печати, она стояла на одном колене, из последних сил сдерживая натиск толп противников и защищая канистру с раствором. Сжимая её одной рукой, она снова и снова наносила удары иглой по шкуре чудовища, не оставляя на ней ни малейшей царапины.
КН-2 ударился о поверхность глаза рядом с Эннор, перемалывая тёмные силуэты в труху. Евклид, выругавшись, в последний момент отклонил луч, едва не задев саркофаг. Лезвия скользящего по инерции корабля, беспорядочно скоблили по непробиваемому телу демона, не причиняя никакого урона. В конце концов, саркофаг замер на боку, но механизм заклинило, ножи продолжили непрерывно работать.
Евклид заметил, как плоское широкое лезвие раз за разом ударяет в одно и то же место, не давая свежему разрезу, нанесённому лучом, затянуться и покрыться защитным слоем.
