class="p1">Этого недостаточно, даже близко нет. Я снова и снова скольжу языком по пульсирующему центру, добавляя еще один палец, растягивая ее, пока вспышки удовольствия не переходят в новый поток ощущений. Ремеди сильно сжимает скатерть руками, выгибая спину и выкрикивая мое имя, она просит остановиться, слишком чувствительная для продолжения, но вопреки тому только сильнее прижимается к моим губам. Мы оба знаем, что она может дать мне больше этих охуительных звуков и образов, по которым я скучал каждый долбаный день без нее.
– О, черт возьми! – восклицает Ремеди, ее ноги дрожат, задевая мою эрекцию, я обхватываю одну из ее лодыжек рукой, упирая в свое бедро и удерживая на месте, пока вторая моя рука занята, извлекая из нее все больше удовольствия. Мой член настолько тверд, что вот-вот взорвется от легчайшего прикосновения, это причиняет мучительную боль, но все еще не такую удушающую, как та, которую я испытал, увидев, чье лицо скрывается под шлемом.
Я заставлю ее заплатить! Мои ярость и гнев достигают предела.
– Ты моя. – Слегка покусываю клитор, проводя языком по всей длине ее лона, сгибая пальцы внутри ее тела и массируя внутренние стенки. – Даже если ты не помнишь нас. Ты моя!
Последние слова почти угроза, пусть только посмеет думать иначе, и я исполню свое обещание, привязав ее к себе буквально. Ремеди начинает содрогаться, царапая стол острыми ногтями, ее стоны почти оглушают, отпечатываясь в моем сознании, и я удовлетворенно наблюдаю, как она распадается на части на моем языке, сжимая мои пальцы так сильно, что я почти кончаю в штаны.
Глава 23
Ремеди
По ощущениям, все мое тело превратилось в желе, кончики пальцев ног онемели и гудят, Уэйд вынимает пальцы, засовывая их в рот и посасывая, мои внутренние стенки снова сжимаются от этого зрелища. Только сегодня утром я выписалась из клиники и впервые увидела его в непринужденной обстановке, и вот уже лежу распластанная на столе в нашей квартире, пораженная стремительной динамикой отношений.
– Считается ли это сексом на первом свидании? – спрашиваю, с трудом шевеля пересохшими губами, мой голос охрип.
– Если и так, то у тебя абсолютный рекорд по количеству раз, – говорит он с явным намеком. Поверить не могу, что действительно оседлала его в наш первый вечер.
– Похоже, у тебя волшебный член. – Судя по тому, что мне удалось увидеть в гардеробной, так оно и есть, а ведь он даже не был эрегирован.
Уэйд поднимается на ноги, нависая сверху, и смеется, неторопливо целуя меня в губы. Нежность этого жеста заставляет мое сердце сделать кувырок. Его стояк давит через ткань домашних штанов, которые пропитываются моей влагой. Я трусь о него, как будто только что не кончила до звезд перед глазами, сжимая плечи Уэйда руками. Он ничего не делает, чтобы облегчить свое положение, просто самозабвенно продолжает осыпать мое лицо и шею поцелуями.
Мои ноги обвиваются вокруг его талии, Уэйд вымученно стонет.
– Ради бога, я держусь на волоске.
– Тогда почему бы мне не позаботиться о тебе? – Мысль о том, чтобы опуститься на колени и доставить ему ответное удовольствие, делает меня чрезвычайно мокрой.
Лоб Уэйда остается прижатым к изгибу моей шеи, и когда его голова наконец поднимается, в мрачном взгляде я вижу борьбу желания и чего-то еще. Это страх. Он боится. Но чего?
– Это просто мы, верно? – Не знаю, почему именно эти слова приходят на ум. Глаза Уэйда темнеют еще больше, но тьма, бурлящая в них, вызывает лишь желание прижаться к нему еще теснее. Неосязаемая мгла вокруг создает подобие безопасного кокона, способного подарить нам обоим немного покоя. Вспышка перед глазами проносится так быстро, что едва успеваю различить картинку – я делала это раньше для него – позволяла тьме поглотить нас, чтобы укрыть от мира. Вот черт! – Кажется, я… помню это.
Челюсть Уэйда напрягается.
– Что именно? – нехотя спрашивает он, вглядываясь в мое лицо. Исчезла любая нежность, низкий голос стал тверже, опаснее.
– Не конкретные вещи, скорее ощущения, словно мы уже оказывались в подобной ситуации, когда я… Чувствовала, что нужна тебе так же сильно, как ты был нужен мне.
Не нужно спрашивать, так ли это, я вижу подтверждение в остекленевших радужках его глаз, буравящих меня через слои кожи.
– Даже близко не так, как ты говоришь, – с отчаянием произносит он, слова внедряются в мои мозговые клетки, впечатываясь в голову и посылая сигналы туда, где с глухим стуком о грудь ударяется сердце. – Ты всегда была нужна мне больше.
Уэйд снова тянется, чтобы поцеловать меня, но я размыкаю ноги, толкая его руками в грудь, повсюду стекло и осколки битого фарфора. Наверно, я такая же сумасшедшая, как и он, потому что осторожно ставлю ступни на пол, скользя по его телу вниз. За секунду до того, как мои колени соприкасаются с полом, под ними оказываются мои шорты, подвинутые моим заботливым женихом.
– Ну разве он не джентльмен, – забавляясь, поднимаю взгляд и, закусив нижнюю губу, смотрю ему прямо в глаза, не скрывая благодарной ухмылки. А затем поддеваю края штанов руками и стягиваю их вниз по ногам Уэйда, позволяя взгляду блуждать по двум косым линиям, ведущим прямо к упирающемуся мне в лицо твердому члену. – Кажется, я начинаю понимать, почему согласилась выйти за тебя, – не стыдясь выражений, произношу, восхищаясь выпуклыми венами, покрывающими всю его длину. С кончика капает предэякулят, и мой язык выскальзывает, чтобы слизать его, проделывая круг. Уэйд издает нечленораздельный звук, заставляя меня посмотреть вверх, наши взгляды сталкиваются, создавая искру прямо в заряженном воздухе.
– У тебя с самого начала не было выбора, – хрипит он, неожиданно нежно касаясь моей щеки, когда зло улыбается. – А теперь покажи мне, что ты помнишь, малышка.
Он не дает ни секунды для обработки первой фразы, обхватывая мой затылок рукой и практически заставляя задохнуться от силы толчка, с которым его член скользит в мой рот. Это движение одновременно грубое и контролируемое, он точно знает, с чем я могу справиться, поэтому берет все, что я могу ему дать.
Влага собирается на поверхности моей возбужденной плоти, стекая вниз по бедрам. Происходящее похоже на нечто столь же безумное, как прыжок в пустоту без всякой страховки. Все до единой мысли разом покидают голову, а на их место приходит такая необходимая свобода. Вот что я почувствовала, увидев вспышку воспоминания: Уэйд берет контроль на себя, а я беспрекословно подчиняюсь, мы творим доверие, эта связь
