Мне захотелось помочь ей, но меня опередил Деймон. Он подхватил кроху на руки, подсаживая выше, а заодно и полы распахнутого пальтишка заботливо поправил.
Девочка недоверчиво глянула на Стоуна, на мгновение растерявшись, но тут же обхватила его за шею ручонками, словно маленькая обезьянка. Так ей было удобнее держаться.
Пока все внимание детей было обращено к Мардж, из дома вышли две женщины. Они были одеты в одинаковые строгие платья. Та, что постарше, лет пятидесяти, громко поздоровалась с порога:
– Леди Марджери, рады приветствовать.
– Доброго дня, Филиция, – глухо отозвалась старушка, не отвлекаясь от детей. – Вот решила заглянуть перед праздниками.
– В наших стенах всегда рады вам, – женщина, судя по всему директриса приюта, спустилась с крыльца и теперь, подойдя ближе, загоняла буйствующу детвору в дом. – Простите ребят, – попросила она у Марджери, – мы не смогли удержать их. Когда они увидели ваш подъезжающий дилижанс, тут же выбежали из дому. Даже одеться не успели.
– Ничего страшного, – улыбнулась старуха, помогая директрисе подгонять малышню. – Если через десять секунд кто-то еще останется на улице, то подарков он не получит! – зычно крикнула она ребятне.
Действие возымело огромный успех: шустро осознавшие намек детишки молниеносно унеслись в дом, и только девочка на руках Деймона продолжала цепляться за него, как утопающий за спасательный круг.
Наша процессия медленно поднималась по лестнице. Женщины из приюта помогли Мардж преодолеть ступеньки, придерживая под обе руки, Стоун нес милую малышку, даже Ричард носил огромные мешки, доставая их из багажного отделения дилижанса и оставляя временно на пороге. А я чувствовала здесь себя лишней.
Я рассеяно озиралась по сторонам, не понимая, зачем меня сюда притащили. Мне было неловко находиться среди этих брошенных матерями детей, я почему-то чувствовала себя виноватой перед ними. Без вины виноватой.
Кроха на руках доктора повернулась в мою сторону, она хлопала огромными глазенками, пристально изучая и переводя взгляд с меня на Стоуна и обратно.
– А я Кати, – вдруг произнесла она. Так открыто, по-детски, бесхитростно. – А вас как зовут?
– Доктор Стоун, – улыбнулся ей Дей.
– Вы приехали нас лечить? – удивилась малышка. – Но у нас все здоровые.
– Нет, Кати, – ласково ответил он. – Леди Марджери попросила меня привезти вашему приюту лекарства.
– А-а-а, – протянула малышка.
В ее голосе я уловила непонятные мне нотки грусти.
– А вас как зовут? – вновь встрепенулась она, уже глядя на меня. – Вы нам тоже что-нибудь привезли?
Я нервно сглотнула появившийся в горле ком.
– Я - Торани. Прости, милая, но я ничего не привезла.
Мысленно я ругалась на саму себя, знала ведь куда еду, могла бы хоть конфет прикупить!
– А я догадалась, зачем вы здесь! – радостно воскликнула девочка. – Вы ведь будете моей мамой, а вы папой?
Кати обняла Стоуна еще крепче, при этом неотрывно глядя на меня глазами, полными надежды.
И я, и Дейн неуловимо вздрогнули от заявления ребенка, который так ждал нашего положительного ответа.
Я словно язык проглотила, растерялась, не зная, что ответить. Спас доктор:
– Кати, милая, – тихо начал он. – Понимаешь, в мире взрослых, чтобы стать для тебя папой и мамой, я и мисс Торани должны быть женаты и любить друг друга. Только тогда нам смогут отдать такую замечательную девочку, как ты!
– А вы не любите? – спросила она, от любопытства закусывая указательный палец.
– Нет, крошка. Я и Торани всего лишь друзья.
Мы вошли в большой зал, где стояла огромная напряженная елка. Остальные дети уже расселись на стулья, расставленные у стен, и теперь терпеливо ждали, когда все соберутся.
– Так полюбите друг друга, – это милое дитя искренне не понимало нашей проблемы. – Что вам стоит? Это ведь так просто.
– К сожалению нет, детка, – покачал головой Стоун.
Он опустил Кати на пол, позволяя ей убежать к ее друзьям. Кроха мгновение сомневалась, отходить от Стоуна или нет, но все же развернулась и в вприпрыжку поскакала к своему стульчику. Ее настроение менялось мгновенно, как и у всех детей в этом возрасте.
Я смотрела ей в спину, изо всех сил сдерживая набегающие слезы. Мне хотелось помочь ей, помочь всем в этом зале, ведь, казалось, на меня с мольбой смотрят все дети здесь. Но что я могла? Да я себе помочь не могу.
Даже эти сироты, как выяснилось сегодня, были свободнее меня.
Ричард вынес все мешки на середину зала и теперь неспешно развязывал шнурки на них. В предвкушении дети на стульчиках нетерпеливо шушукались и переглядывались между собой.
Директриса вывела Мардж на центр и встала рядом. Старуха поманила меня пальцем, подзывая поближе. Пришлось подойти и наклониться к хозяйке, чтобы услышать тихий шепот:
– Помоги Ричарду, иначе сейчас его сметут.
Я кивнула и, подойдя к дворецкому Марджи, с любопытством заглянула в один из мешков. Там оказались десятки коробок одинаковой формы: розовые и голубые. Каждая была аккуратно перевязаны золотистой, праздничной лентой.
– Игрушки? – удивилась я.
– В розовых – куклы, в синих – машинки, – вполголоса отозвался Ричард. – Мы приезжаем в этот приют несколько раз в год и каждый раз привозим подарки. Одежду весной, учебники осенью и игрушки перед Новым годом.
Сзади подошел Стоун, он помог развязать третий мешок и теперь медленно выкладывал из него коробки.
– Дети, сегодня к нам в гости приехала тетушка Марджери, – громко объявила начальница приюта.
Ропот в рядах ребятни мгновенно притих, они внимательно слушали, что им скажут, и словно готовились к неведомому сигналу:
– Здравствуйте, мои хорошие! – улыбнулась Марджи. В ее голосе звучала незнакомая мне доселе теплота. Старуха говорила каждое слово с таким трепетом и любовью, будто не к чужим детям обращалась, а к родным. – Вы уж простите, что в этом году я приехала немного раньше праздников. Обычно мы встречаемся с вами в канун Нового Года. Но эта зима несет свои перемены в жизнь каждого из нас, поэтому я решила заглянуть в гости уже сегодня.
Дети внимательно слушали обращение старушки, но едва ли они осознавали до конца то, о чем именно она говорит. Разве что те, что постарше, лет пятнадцати в самом углу комнаты смотрели на богатую госпожу более осмысленным глазами. Интересно мы им тоже будет куклы и машинки дарить? Но проследивший за моим взглядом Ричард пальцем указал на четвертый, слегка приоткрытый мешок, из которого торчали корешки книг.
– А теперь подарки! – звонко и совсем не по-старушечьи крикнула Мардж, и ребятня, ожидавшаяся этой реплики, сорвалась со своих мест и побежала к нам.
