— Эллис — прекрасная помощница, — вставил Том. — Она умеет читать и писать и может помочь мне с разбором и расстановкой книг. В самом деле, моя сестра будет нам весьма полезна.
— Буду счастлива помочь всем, чем смогу, — поспешно заверила хозяина Мистая, рискнув опробовать на нем свою улыбку.
Его преосвященство Богомол, казалось, был совершенно очарован.
— Как любезно с вашей стороны, Эллис! Я бы ни в коем случае не стал вас просить об этом, но, коли вы сами предложили, отказываться не стану. Что ж, можете приступить к работе немедленно! Пожалуйста, пока вы здесь, считайте себя членом нашей маленькой семьи. Том, ты уже всех ей представил?
— По большей части да, ваше преосвященство, — отозвался юноша. — Вчера вечером моя сестра познакомилась со Скрягом, сегодня — с некоторыми Троговыми обезьянами, хотя я не уверен, с какими именно и обратили ли они на нее хоть какое-то внимание. Уверен, что Эллис видела не всех. Похоже, их количество с каждым днем умножается. Как бы то ни было, примите мою искреннюю благодарность за то, что разрешили моей сестре остаться здесь. Я скучал по ней так же сильно, как и она по мне.
— В этом я ничуть не сомневаюсь. — Его вытянутое лицо странно дернулось, словно готовое упасть со своей узкой рамы. — Хотя мне казалось, что ты никогда не говорил о ней раньше, или я ошибаюсь?
Мистая почувствовала, как по спине пробежал холодок, однако Том лишь пожал плечами:
— Я не считал это достаточно важной темой для беседы с вами, ваше преосвященство. Вам и без того приходится беспокоиться об очень многих вещах, поэтому мне казалось излишней смелостью говорить о себе.
Человек-жердь хлопнул в ладоши:
— Какая милая предусмотрительность, Том! В самом деле, ты никогда меня не разочаровывал и не подводил. Хорошо, пусть будет так. Вы уже успели позавтракать и осмотреться, Эллис?
— Да, ваше преосвященство.
— В таком случае не стану вас более задерживать. Вашему брату пора приступать к работе, и, полагаю, вам следует к нему присоединиться. Скоро мы снова встретимся. А сейчас — до свидания.
Он снова улыбнулся гостье и небрежно взмахнул рукой. Этот жест мог означать только одно: их отпускают. Низко кланяясь и беспрестанно бормоча слова благодарности, молодые люди спиной вперед вышли из комнаты и закрыли за собой дверь.
Том тут же прижал палец к губам. Они молча прошли по тому же маршруту по проходу в переднюю часть Хранилища. Как только юноша и девушка оказались подальше от стен на открытом пространстве, Том повернулся к «сестре»:
— Ну, что скажешь? По-твоему, он из благородных?
Мистая ничего не ответила, ограничившись невежливым, насмешливым фырканьем.
Всего лишь через несколько минут после того, как юноша и девушка ушли, раздался стук в стену кабинета Красвелла Крэббита. Его преосвященство проворчал что-то, и панель, скрывавшая потайной ход, отъехала в сторону, пропуская Руфуса Скряга. Косматый человечек проковылял к столу, встав так, чтобы видеть сидящего в кресле мужчину, и обвиняюще посмотрел на него.
— Мистер Крэббит, — поздоровался он.
— Мистер Скряг, я просил не называть меня так.
Скряг проигнорировал эти слова.
— Разумеется, вы не поверили ни единому слову этой нелепой истории, верно?
Его преосвященство безмятежно улыбнулся:
— У меня есть привычка не верить ничему, что говорят другие, кто бы это ни был, господин Скряг. Поэтому я никогда не разочаровываюсь. Мы сейчас говорим о нашем юном Томе и его прелестной сестричке Эллис?
— Я не знаю, кто она, но точно не та, за кого себя выдает. В этом можете быть уверены.
— В этом — и в гораздо большем, полагаю. Но вы совершенно правы. Она не та, за кого себя выдает. С другой стороны, то же самое можно сказать о нашем юном друге, если этот факт вам неизвестен.
Скряг был весьма озадачен этими словами.
— Он не тот, за кого себя выдает?
Красвелл Крэббит сцепил пальцы перед собой:
— Сделайте себе большое одолжение, мистер Скряг. Не пытайтесь быть мыслителем в нашем небольшом партнерстве. Предоставьте эту часть мне. Займитесь тем, что у вас лучше получается, и продолжайте шпионить. Приглядывайте за этими двумя и узнайте, что они замышляют. — Погрузившись в размышления, Крэббит ненадолго замолчал, а потом добавил: — Потому что они определенно что-то замышляют.
Глава 14
ОПЯТЬ В ХРАНИЛИЩЕ
Остаток дня Мистая проработала бок о бок с Томом в темных и затхлых лабиринтах Хранилища, разбирая книги и расставляя их на полках. Каждый том нужно было взять с того места, где он хранился, сверить его со списком, который дал его преосвященство, очистить от пыли и по возможности отреставрировать и затем вернуть книгу на место. Да и сами полки нужно было привести в порядок, поскольку пыль и грязь скопились там в таких количествах, что насекомые давным-давно приглядели их для своих гнезд и даже успели обосноваться там. Работа оказалась медленной и утомительной, и к концу дня им с Томом едва удалось закончить одну маленькую секцию, а впереди оставались еще мили полок, требующих внимания.
Разумеется, чтобы нормально выполнить возложенную на них задачу, потребовалась бы как минимум сплоченная и целеустремленная команда из двадцати человек и по меньшей мере два года времени. Поэтому Том, Мистая и Скряг оказались в очень непростом положении: они могли рассчитывать только на свои силы да на помощь ненадежных во всех отношениях Троговых обезьян. Мелкие противные существа носились по библиотеке, словно стая разъяренных хорьков, появляясь из темных коридоров лишь за тем, чтобы в следующее мгновение исчезнуть в противоположном направлении. Троги приходили и уходили когда им вздумается. Если обезьяны оказывались неподалеку от Тома и Мистаи, то награждали юношу взглядом, исполненным нескрываемого отвращения, а на девушку смотрели с явной угрозой. Иногда главному хранителю удавалось заставить Троговых обезьян сделать что-то полезное: единственное, на что эти животные годились, — спускать тяжелые книги с верхних стеллажей. Для того чтобы они его слушались, Том использовал свисток, звука которого Троги совершенно не переносили. Но большую часть времени обезьяны носились из одного конца Хранилища в другой, выказывая полное пренебрежение к тем распоряжениям, которые наверняка дал им его преосвященство.
Но все же работа потихоньку продвигалась, и к концу дня Мистая с гордостью окинула взглядом ту небольшую часть книжной полки, над которой она упорно трудилась. Древнее дерево стеллажа было отполировано до блеска и едва не светилось чистотой; книги стояли в шкафу на положенных им местах, и задача в целом уже не казалась невыполнимой. Но больше всего Мистае было приятно, когда Том похвалил ее за старания и заметил, что теперь, когда у него есть такая замечательная помощница, дела пошли намного легче.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
