он снаряжает своих воинов девиц искать.
Нина кивнула. Переходы под землей ее и саму пугали. Надо разыскать Галактиона. Он по переходам, что под ипподромом ветвятся, постоянно бегает. Может, и городские подземелья знает?
Выбравшись вслед за Панкратием, Нина не сразу поняла, что они вышли из подвала служб при церкви Святых Апостолов. Она перекрестилась. Вот ведь лекарь, ни человеческого суда не побоялся, ни Божьего.
Нина скользнула меж кипарисами, направляясь по дорожкам для слуг к своей аптеке. Чуть в стороне белело сквозь предутренние сумерки невысокое здание с крошечными окошками под самым потолком — баня для прислуги. У входа горел факел, давая хоть немного света. Ночь потихоньку таяла, выпуская первые солнечные лучики из-под синего мафория. Но свет факела все же был кстати, а то Нина, задумавшись, едва не пропустила проход, который вел к ее аптеке.
В голове крутилась мысль, не давая покоя. Женщины в нежеланной тяжести, подвалы, переходы, колодцы — голова у Нины закружилась. Наконец она поймала ту мысль, что не давала ей покоя. От этой догадки стало зябко. Бросившись к аптеке, она попыталась открыть дверь, но изнутри, видать, был наброшен засов. Что-то громыхнуло, дверь распахнулась. На пороге стояла Софья. Увидев аптекаршу, зашептала:
— Почтенная Нина, сюда стражники приходили! Тебя искали. Я испугалась да сдуру им сказала, что ты в город ушла. А потом я пробралась за кустами, подслушала — они с кувикуларием разговаривали, сказали ему, что в библиотеке что-то стряслось. И что надо теперь к магистру оффиций[73] идти, а на ворота отправили весть, чтобы как аптекарша вернется, так ее надо сразу в Халку вести. Почему они тебя ищут? Что ты натворила?
Нина коротко качнула головой:
— Хорошо, что они тебя с собой не забрали. Не сообразили, видать. Спасибо, что про город им сказала. Значит, у меня есть немного времени. Ты, детка, ступай сейчас на ипподром. Разыщи там конюха одного. Галактионом его кличут. И передай от меня ему записку. — Нина достала со дна сумы кусочек зачищенного пергамента, склонилась над столом, торопливо растворила сухие чернила, макнула в них калам. — Пускай отнесет это послание сикофанту Никону как можно скорее. И на словах передай, чтоб привел он Никона к южному входу на ипподром, что ближе к дворцовой стене. Я там их ждать буду.
Девочка вытаращила глаза, прижала к щекам ладони:
— Ой, в город, да еще и на ипподром — страшно. Там же Мясник ходит.
Аптекарша плюхнулась на сундук. И правда ведь, надо бы ее с сопроводителем отправить. Вот только с кем? Тем временем Софья, наморщив лоб, произнесла:
— А я дедушку попрошу меня проводить. Он не откажет. Из дворца ему разрешено выходить.
— У тебя тут дедушка есть? — Нина поразилась на саму себя, что даже не подумала у девочки про семью расспросить. — Кем же он служит?
— Истопником при бане. Он сегодня собирался в город как раз. Он мне не откажет, тем паче что снадобье ему твое помогло… — Она осеклась, прикрыв ладошкой рот и вытаращив глаза.
— Ты снадобья мои брала без спросу? Говори уже! — топнула ногой Нина.
У Софьи по щекам покатились слезы.
— Он обжегся на днях. Дюже рука у него болела. Вот я и принесла ему твоего масла на эвкалипте. Самую малость взяла. — Она подняла глаза на Нину и упала на колени, уткнувшись лбом в пол. — Пощади, почтенная Нина! Я отработаю, все, что скажешь, буду делать!
Нина разозлилась. Не успела выучить помощницу, а она уже снадобья ворует. Не соображает ведь, что иные средства не только вылечить, но и отравить могут. Хорошо хоть маслом обошлось в этот раз. Фока неловок, но честен, снадобья не воровал. Аптекарша в ярости сжала кулаки. И ведь ничего сейчас не поделать — послание Никону отправить больше не с кем. Нина прочла мысленно молитву, чтобы успокоиться. На опасное дело девчонку отправляет, не след сейчас злиться. Уняв себя, произнесла:
— Встань. Сделай, что я велела. Обязательно найди, как передать Никону записку, поняла меня? Если Галактиона не разыщешь, отправляйся прямиком к службам эпарха, ищи сикофанта сама. И не отдавай записку никому, кроме них двоих, поняла меня? Иначе ни тебе, ни мне головы не сносить.
Софья торопливо поднялась с колен, вытерла слезы. Записку старательно увязала в пояс и бросилась за дверь.
Нина заметалась по аптеке, собирая суму. Сейчас день, значит, убийца будет на людях. Если Дария еще жива, то днем ей смерть не грозит. «Если жива…» — От этой мысли Нину словно накрыло ледяной волной. Она вытерла ладонью выступивший на лбу холодный пот. Запретив себе думать о том, аптекарша бросилась к сундуку. На самом дне в горшочке лежали завернутые в тряпицу и засыпанные цветами матрикарии золотые монеты. Нина задрала столу, завязала поверх туники пояс, распихав по нему деньги. Пригодятся, вдруг подкупить кого придется. Завернула в холстину тонкие аптекарские ножики, чистую холстину, сунула в суму. Порошок для присыпания ран тоже туда положила. Склонилась над сундуком, пытаясь понять, что еще надо с собой взять.
Свитки с картами в суму не помещались. Да и выносить их из дворца боязно было. Нина развернула свиток, достала из поставца лист пергамента, глядя на карту, начала наносить линии на зачищенную поверхность. Проверив себя, она обвела кругом место, где, скорее всего, и было логово Мясника. Однако Панкратий сказал, что проходы и подземные залы порой засыпаются, порой новые кто-то прокладывает. Так что догадка ее, может, и неверна вовсе. Потому и надо, чтобы Мясник им сам путь указал. Еще раз сверившись с картой, она свернула ее, перевязала толстой ниткой и сунула в суму. Карты, унесенные из библиотеки, сунула в потайное дно запирающегося сундука. Надо будет их после в библиотеку вернуть как-то да самой при этом в подземелья не попасть.
Торопливо опустившись на колени перед иконой, Нина зашептала молитву. Она молила о спасении Дарии, о стойкости и мудрости для себя, молила о прощении грехов. Поднявшись с колен, она набросила плащ, оглядела аптеку, пытаясь понять, нужно ли ей что-то еще.
Надо бы как-то из дворца выбраться, да так, чтобы стража ее не признала. Но служебные ворота на задних дворах, хоть и запираются крепко, авось приказ еще не получили. Будут ее с городских входов ждать, а Нина через служебную калитку выскользнет. Надо только поспешать. Она шагнула за дверь, но не успела даже охнуть, как ее грубо схватили за руку и затянули в заросли между дорожками.
Глава 24
Не найдя ни Дарии, ни ее похитителя, конюхи вернулись в
