Он указал на скамью неподалеку. – Это не займет много времени.
– Постою, – отрезала я.
– Как скажешь, – согласился он. – Тогда я присяду.
Ник прошел к изножью статуи, подтянул брюки и неторопливо опустился прямо на траву. Привалился спиной к каменному изваянию и уставился вдаль. Совсем как я в последний свой визит.
Он усмехнулся, припомнил:
– Когда был здесь в последний раз, не представлял, как разберусь со сложившейся ситуацией. Паниковал. Отказывался следовать голосу разума. Казалось, жизнь просто закончится. Это такой страх – не передать. Мука, злость на себя, сомнения – сумасшедший коктейль, от которого хотелось кричать и крушить. Будь я драконом, совершил бы оборот и уничтожил половину парка. Но я человек, и на тот момент был всего лишь третьекурсником; так что, слава богам, ничего критичного не случилось. Только колодец взорвался и три фонтана. Отец оплатил их ремонт и лояльность администрации.
Ник умолк и криво улыбнулся, продолжая смотреть куда-то мимо меня. В прошлое.
– Тогда ты решил больше со мной не общаться, – напомнила я.
– Да, – вздохнул он. – Кроме того, мне очень не понравилось то состояние неконтролируемой ярости, кипящей в крови. Осмотрев, что натворил, я захотел научиться владеть собой. Осознал, как важно уметь сдерживаться и быть рациональным. В общем, тогда я вышел из парка, и моя жизнь продолжилась, но стала совсем другой. Понадобилось время, чтобы приучить себя к контролю и дисциплине. Но даже сейчас эмоции иногда берут верх. Тогда я спускаюсь в Разлом для участия в боях.
– А как планируешь избавляться от эмоций в столице? – поинтересовалась я, сложив руки на груди.
– Придумаю, – пожал плечами Ник и, усмехнувшись, добавил: – Я находчивый.
Блайк посмотрел на меня, и горькая улыбка сползла с его губ. Он стал необычайно серьезен, когда продолжил говорить:
– Если быть совсем откровенным, я рассчитывал, что вдали от тебя это пройдет. Что мне не придется столько копить и прятать в себе. Я думал, если ты останешься в прошлом, то все слабости тут же улетучатся. Мне почти удалось поверить в это.
– О чем речь? – нахмурилась я. – Говори яснее.
– О том, что был влюблен в тебя, разумеется, – ответил Ник, не сводя с меня потемневшего взгляда. – Но думал, что все прошло. За последние полгода я почти перестал следить за тобой, поставив в приоритеты учебу и будущее. Я позволил отцу и деду решить, где буду жить и чем заниматься. С головой ушел в планирование карьеры. Изматывал себя так, что времени на эмоции просто не оставалось.
– А невеста? – хрипло спросила я.
– Стеф? – Ник пожал плечами. – Мне было все равно, кто рядом. Отец сказал, что она – подходящая партия, а мать выбрала кольцо и подготовила ужин в честь помолвки. Стефания сказала мне тогда, что будет рада такому союзу, я ответил: «Разумеется». На том и порешили.
– А как же чувства? – покачала головой я.
– Чувства? Ты о любви? – Ник откинул голову назад и посмотрел в небо. – Я боялся ее, как чумы. Месяц за месяцем избавляясь от болезненной привязанности к тебе, больше не хотел рецидива. Так что Стефания – полная твоя противоположность внешне и по характеру – подходила идеально.
– Говоришь страшные вещи, – тихо заметила я. – Сравниваешь любовь ко мне с болезнью.
Ник расхохотался, и в этом смехе не было и капли веселья. От него по телу бежали мурашки.
– Тайлер, когда не можешь быть с дорогим человеком, это больно, – сказал Ник, успокоившись и посмотрев на меня. – А если ты еще и сам оттолкнул его, и точно знаешь, что возврата нет… Пф-ф… Я ведь следил за тобой, узнавал, как ты, с кем, ревновал и злился на себя за эту слабость. Потом вроде бы стало легче. И вот тогда я решил, что меня отпустило. Сейчас понимаю, как сильно обманулся. И снова сижу у дракона в ногах.
– Если продолжишь сидеть там, отморозишь себе почки и то, что пониже, – раздраженно заметила я, уходя чуть в сторону. – Иди сюда, о великий страдалец. На скамье будет удобней рассказывать, как ты сам оттолкнул меня, а потом не мог забыть.
Ник усмехнулся, поднялся, отряхнул брюки и догнал меня. Мы сели рядом, глядя прямо перед собой. Я хотела на него накричать. Или ударить. Или встать и сбежать. Но вместо всего этого положила голову ему на плечо и подтолкнула к продолжению разговора:
– Итак? Закончишь свой рассказ?
Ник осторожно обнял меня, потерся носом о макушку и ответил:
– Как ты знаешь, я слегка перестарался в борьбе с эмоциями. Так что даже Стефания, в принципе готовая на брак по расчету, решила сбежать. Конечно, я не думал, что ей кто-то позволит отказаться от свадьбы, но решил ускорить процесс примирения. Сейчас ты будешь злиться, но я должен рассказать все, как есть. Чтобы ты понимала. Это была идея Катарины Воттер – притвориться парой.
– Что? – Я отпрянула от Ника, гневно уставившись в его наглое спокойное лицо.
– Она проиграла спор и обязана была найти себе парня за день, – кивнул Ник, повернувшись ко мне, и заговорил быстрее: – Катарина предложила мне притвориться, чтобы вызвать ревность Стефании. Самой Воттер требовалось выиграть сделку. В общем, изображать пару мы не смогли. Притворяться влюбленным я, прямо скажем, разучился. В итоге Катарина отказалась от сделки. А мне подала идею завести отношения с другой девушкой, более эксцентричной и заметной, способной вызвать эмоции. И, конечно, я подумал о тебе. Решил, что это будет проверкой. Докажу себе, что ничего больше не чувствую. И получу доказательства, что ты ко мне по-прежнему равнодушна. Поставлю точку в прошлом.
– Ты просто ужасен! – выпалила я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы обиды.
– Знаю. Я натворил дел, – кивнул Ник. – Но не собирался причинять тебе боль. Наоборот. Я собирался помочь тебе, поддержать и… Хверс знает, что я несу!
Он с силой провел по лицу ладонью, мотнул головой и продолжил:
– Тайлер, я думал, назад пути нет. Думал, ты ко мне ничего не испытываешь. И хотел увидеть это, испытать на себе. Чтобы отпустить прошлое до конца. Мне и в голову не приходило, что у тебя тоже были чувства.
– Кто это тебе сказал, что у меня что-то было, есть или будет?! – разозлилась я. По щеке скатилась слеза, которую я тут же быстро смахнула.
Ник выставил вперед ладони, заговорил:
– Хорошо-хорошо. Ты равнодушна ко мне, как никогда. Пусть. Но я к тебе – нет. И понял это сразу, хотя не сразу смог признать. Все, что хочу сказать сейчас, – я не женюсь на Стефании ни при каких обстоятельствах. Ни на
