на снег, и снег вокруг них чернел, впитывая смерть.
Внутри все похолодело. Бестелесный, неуязвимый, несущий смерть. Против черной магии Альстера не было защиты. Против него не было шанса.
– Я должна поговорить с ним, – выдохнула я, даже не понимая, что говорю. Слова вырвались сами, из самой глубины, где еще теплилась надежда.
Но Тэйгар услышал. Обернулся и рванул ко мне.
– Лианта, нет!
Принц отвлекся на подступающего эскарца, а я, ловко обогнув обоих, полетела вперед.
Я не знала, что скажу. Не знала, зачем лечу. Но видеть это и не попытаться остановить – не могла. Просто не могла. Лазурит внутри затих, собираясь с силами, и я чувствовала, как он готовится влить в меня всю свою мощь.
Я встретилась с глазами дракона Альстера.
Он смотрел на меня. Сквозь дым и хаос – он смотрел именно на меня. И в этом взгляде не осталось ничего человеческого. Только пустота. Только холод. Только бездна, которая смотрела в ответ.
Я нашла взглядом плато и спикировала вниз, зная, что бывший муж устремится за мной.
Земля приближалась. Ветер ревел в ушах. В последний момент я выставила руки, призывая защитный купол, и Лазурит влил в него всю свою силу.
Светлая сфера окутала меня, когда я приземлилась на небольшое плато, возвышающееся над полем боя. Ноги подкосились, но я устояла. Вдохнула. Выдохнула. Подняла голову.
Время замерло.
Я стояла на плато, под защитным куполом, и смотрела в глаза чудовищу. А оно смотрело на меня. И в этой тишине, среди ревущей битвы, было что-то такое древнее и страшное, что волосы на затылке зашевелились.
Альстер начал опускаться.
Его дымчатое тело сгущалось, трансформировалось, стекало вниз черными потоками, и я чувствовала, как сердце колотится где-то в горле. Каждое его движение отдавалось во мне дрожью гнева, которую я с трудом подавляла. Каждый вздох давался с болью. Каждый удар сердца отзывался в висках.
Рядом приземлился Тэйгар. Я не видела его, но чувствовала – кожей, спиной, каждой клеточкой. Его присутствие и тепло – единственное, что спасало от ледяного взгляда правителя Эскарии.
Альстер ступил на плато.
В человеческом обличье он казался почти нормальным – если не смотреть в глаза. Та же бледная кожа, те же светлые волосы, тот же надменный изгиб губ. Но глаза… Глаза были мертвыми. Пустыми. В них не осталось ничего, кроме черноты.
– Лианта, – его голос обволакивал, тянулся ко мне, словно щупальца того самого дыма. – Какая неожиданная встреча. Пришла полюбоваться на мою силу?
Он улыбался. Улыбался, стоя среди смерти, которую сам же и принес.
– Я пришла спасти тебя, – мой голос дрогнул, но я выпрямилась, глядя ему в глаза. Лазурит внутри зарычал, поддерживая.
Альстер рассмеялся. Этот смех резанул по ушам, по нервам, по самому сердцу – слишком громкий, слишком чужой, слишком безумный. Эхо заметалось между скал, умножаясь, разрастаясь, заполняя все вокруг.
– Спасти? – он сделал шаг ко мне. – Что ж, я действительно могу спастись при одном условии: ты станешь моей, как и должна была. Встань на колени и присягни на верность.
Тэйгар схватил меня за руку и оградил еще одним общим щитом. Альстер усмехнулся. Его взгляд метнулся к нашим сцепленным рукам, и… правитель замер. От злости его лицо перекосило.
Он увидел активированные брачные татуировки. Месяц не прошел, но с благословения богини мы с Тэйгаром муж и жена. Казалось, я даже слышала рык Альстера. Столько злобы и ненависти в нем было, что я невольно нахмурилась, готовая к удару.
– Я бы пощадил Рошмад, Лианта! – бросил он мне как обвинение и сделал шаг. – По-настоящему пощадил. Если бы ты стала моей. – Его крик разрезал даже шум сражения. – Но ты сделала выбор. И теперь поздно. И за твой выбор заплатит весь Рошмад. Ты можешь винить лишь себя.
Его слова врезались в грудь осколками льда. Я чувствовала, как они ранят, как оставляют кровавые порезы на душе, но не могла отвести взгляд.
Мне хотелось ответить, что он сумасшедший, безумец. Я надеялась, что он сохранил хоть частичку разума, и именно к ней я попыталась достучаться:
– Ты убиваешь своих же людей, Альстер. Они верны тебе. Они любят тебя.
– Любят? Половина из них меня просто боятся. Они хотели поднять бунт под предводительством твоего отца… Думаешь, я не узнал об этом?
– Я сама не догадывалась о планах отца до недавнего времени, – сказала как можно более миролюбиво. – Послушай, Альстер, мы не желаем зла Эскарии. Я люблю свой дом. Свою родину. Оглянись вокруг. Гибнут не только рошмадцы, но и эскарцы. Посмотри на себя. Ты стал чудовищем. Остановись, пока не поздно.
– Поздно, – его глаза вспыхнули чернотой, и от этой вспышки воздух вокруг заискрил.
Он выхватил меч.
Движение было таким быстрым, что я едва успела моргнуть, но при этом выставила свой меч, который и не понадобился. Черный клинок Альстера целился мне в горло, но Тэйгар был быстрее.
Ледяной меч встретился с черным, и звон от этого удара разнесся над плато, заглушая на миг даже грохот битвы внизу. Искры посыпались в разные стороны – синие, ледяные, и черные, смертоносные.
– Не тронь ее, – голос Тэйгара звучал низко, угрожающе. – Ты и так отнял у нее слишком много.
– Я? – Альстер расхохотался, отступая на шаг. – Что же я у неё отнял? Я собирался подарить ей целый мир!
Собирался подарить… Это не Альстер из нашего будущего. Он не помнит, что сделал. Мы с Тэйгаром переглянулись, подумав об одном и том же. Только мы с ним то, что должно было случиться.
Тэйгар отвлекся, что дало возможность Альстеру контратаковать, но длилось это недолго. Тэйгар был куда лучшим мечником и теснил Альстера.
Король отступал. Его лицо исказилось гримасой ярости, дыхание сбивалось, движения становились дергаными, беспорядочными. Он проигрывал. Проигрывал в открытом бою, и это бесило его сильнее всего.
На его губах появилась безумная усмешка. Воздух вокруг Альстера сгустился, почернел, заклубился. Его тело начало трансформироваться, разрываться, перетекать из человеческой формы в нечто иное. Черный дым рванул во все стороны, обжигая холодом, и через мгновение над нами вновь завис дракон.
Огромный. Черный. Смертоносный. Неосязаемый.
И я поняла. Я активировала заклинание клинка и полоснула им по своей ладони, не жалея плоти. Магия засветилась от крови.
– Тэйгар! – крикнула я и точным броском перекинула ему меч.
Принц поймал его, заметил капли крови,
