возражаю коротко, приближаясь.
Челюсти сжимаются сами по себе. Сканирующим взглядом я пробегаюсь по кабинету, оценивая расстояние между Рзаевым и Лаймой.
Атмосфера в кабинете тяжелеет, становясь удушливой. Воздух давит на плечи так, что хочется распахнуть окно, и застревает в легких.
Я этого ублюдка сейчас в окно спущу.
Лайма тревожно покусывает нижнюю губу, не сводя с меня обеспокоенных умоляющих глаз.
— Михаил Алексеевич, это не то, что вы подумали, — она начинает тихо оправдываться.
А меня словно кипятком обдает. Где-то я это уже слышал. Резкий взгляд в ее сторону — и слова ее глохнут на вдохе. Сама же она сникает, как сдувается воздушный шар.
— Лайма, — произношу ровно, не повышая голоса, — выйди.
Она ошарашенно подскакивает с места:
— Но…
— Иди.
Секунда.
Две.
Три.
— Да я бы никогда!..
— Ну что ты, в самом деле, Мишань, мы же просто рабочие моменты обсуждали, — высокомерно замечает Рзаев и покровительственно смотрит на Лайму. Мою Лайму!
Денис усмехается, а я едва сдерживаюсь, чтобы не стереть кривую ухмылку с холеного лица.
— Ты здесь никто, — цежу с удовольствием. — Максимум, что ты можешь, — это попросить моей аудиенции.
— А я бы не был в этом настолько уверен, — самонадеянно заявляет бывший друг. — Особенно, когда половину своей доли отпишешь Лиле.
Ладони контролируемо сжимаются в кулак. Медленно, очень медленно.
— Выйди, — повторяю уже жестче. Не поворачивая головы, прибиваю Лайму взглядом.
Она смотрит на меня с недоверием. Дольше, чем нужно. И… наконец уходит.
Дверь закрывается негромко, но глухой звук эхом отдается внутри.
Я делаю шаг вперед, но Рзаев не двигается. Только подбородок чуть выше задирает.
— А ты быстро прибежал, — усмехается он. — Неужели настолько боишься за свои схемы?
Уголок его губ дергается.
— За свои — нет, — отвечаю спокойно. — А у тебя своих никогда и не было.
Он хмыкает.
— Ты всегда был до тошноты правильным, Миш, — медленно начинает он, обходя меня по дуге. — Только вот мир так не работает. Кто успел — тот и съел. Так что теперь твои схемы — наши общие, — замолкает он, вызывающе прищуриваясь. — Я полноправный владелец. И доля у меня, считай, уже больше. А ты все рыпаешься.
Мой взгляд холодно скользит по нему.
— Ты в них ни в жизнь не разберешься. Потому что без меня ты никто, Денис. Паразит, который научился подстраиваться под других, давясь объедками.
— Если ты думаешь, что меня этим легко зацепить, то ты глубоко заблуждаешься. Еще посмотрим, кто потом будет пить шампанское. Я тебя засужу за недобросовестное поведение и создание компании-дублера.
— Не понимаю, о чем ты, — ухмыляюсь.
— А я докажу, — Рзаев стоит на своем. — Что ты обманным путем вывел мои активы и украл клиентов.
— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. Ибо подавишься со мной тягаться. Ты ни разу не привел ни одного нового клиента, если что. Наверное, тебе некогда было, ты же возле Лили крутился. Когда ж тебе бизнесом было заниматься.
— Это дало свои плоды… Даже не представляешь, как громко она подо мной стонала. Задыхалась… — он переходит на шепот, и… да, это срабатывает.
Гул в ушах поднимается резко, челюсти сводит так, что на скулах ходят желваки.
Рзаев наблюдает внимательно, с удовольствием, в попытке поймать мою реакцию.
Сука.
Я медленно выдыхаю через нос, заставляя легкие работать ровнее.
— Закончил? — роняю сухой вопрос.
Рзаев чуть склоняет голову набок, будто рассматривает удачно пойманный кадр.
— А что, неприятно? Странно. Ты же сам все к этому привел. Ты всегда считал себя выше, — продолжает он уже спокойнее, почти рассудительно, делая шаг в сторону и намеренно отдаляясь от меня. — Умнее. Дальновиднее. А по факту? — в меня летит колкая усмешка. — Банально не удержал. Ни ее, ни фирму.
— Фирма не жена: сама не убегает. Тебе ли не знать. Зачем, Дэн? Мы же нормально делились.
— Ты постоянно вставлял мне палки в колеса!
— Я блокировал лишь по-настоящему абсурдные предложения! Да от тебя других в последнее время и не поступало! На ключевых должностях одни твои протеже! Все важные решения ты откладывал на потом! Скольких проблем бы мы могли избежать, если бы ты мгновенно реагировал на претензии?! Сколько брешей возникло из-за тебя?! Сколько раз я разгребал проблемы, которые организовал ты! Ты имел половину! Половину за то, что засрал мне фирму, хотя я мог бы поставить на твое место любого, а тебе просто отчислять дивиденды за финансовое участие когда-то давно! Все расширения происходили только за мой счет, но ты почему-то считаешь себя ключевой фигурой в кампании! Настолько ключевой, что у тебя даже не хватило фантазии нормально поговорить, забрать бабки и открыть свое дело! И да, Дэн, я бы тебе помог! Всегда помог бы, но ты поступил, как последняя гниль! Поэтому теперь ты будешь делать, как я скажу! Когда мне будет удобно, я сниму себя с должности генерального, а ты раздалбливайся с образовавшимися долгами, как хочешь! И работай, как тебе нравится! И за это ты будешь еще мне дивиденды в карман складывать! Потому что я свой кусок никому уже не отдам! Так что, Дэнчик, готовься работать в одиночку и знать, что с каждого заработанного тобой рубля, мне причитается четверть! И делиться со мной доходом тебе придется, а я уж точно найду деньгам грамотное применение! А если ты думаешь, что без меня еще долго на плаву продержишься, то засекай время! Потому что без меня ты просто нежизнеспособен! Ты даже женщину себе найти не в состоянии! На мою позарился!
— Но у тебя же есть еще варианты…
Глаза Рзаева загадочно сверкают.
— Что?.. — вырывается у меня. Я очень надеюсь, что понял его неправильно.
— А что? — соперник почти улыбается. — Думаешь, я ничего не вижу? Я очень внимательный и уже много, о чем узнал. Вот про эту твою…
— Не трогай ее, — выходит жестко.
Рзаев плотоядно улыбается.
Он замирает на долю секунды, а в зрачках его мелькает мерзкое удовлетворение. Денис, как змей, приближается:
— А что это ты так напрягся? Не уверен в своей новой пассии? Кстати, хочешь и ее проверим? Может, и она подо мной громче стонать будет? Мне нужна всего неделя. От силы — две, и она моя. Как тебе, а? Спорнём на двадцать пять процентов доли? Я уверен, что…
Тут происходит невидимый взрыв. Пульс лупит в виски, а Рзаев не успевает договорить.
Удар выходит резким, без замаха. Четко в челюсть. Глухой звук отзывается в тяжелой тишине кабинета. Дэна ведет в сторону, рука его проскальзывает по столу, но он удерживается на ногах.
Медленно выпрямляется, перестав улыбаться. Проводит языком
