в двадцать первом веке. – Лана подвинула Санти пиалу с бамбуком. Рис та уже склевала. – Почему Аша плакала вчера?
– Подслушивала? – сразу ощетинилась горничная.
– Забирала грязную посуду, пока ты где-то носилась. Через дверь было слышно.
– Аша несчастна, вот и плачет.
Слышать это было странно. Для нее тут все условия создали, живет не хуже, чем во дворце, и чем-то недовольна? Бесится с жиру, не иначе.
– Корову бы ей, а лучше двух, – пробормотала Лана.
– Чего-чего?
– Да это хохма такая. Бабке из деревни рассказали сюжет «Анны Карениной», она послушала и говорит…
– А, понятно. Только не понять вам тех бед, с которыми не сталкивались.
– У нас другие, – с легким раздражением ответила ей Лана. – Мужа найти достойного, работу, накопить денег на приличное жилье не с общей душевой, а своей собственной…
– Ты можешь иметь детей? – грубо перебила ее Санти.
– Да. – Осложнений аборт, сделанный в прошлом, не дал. Поэтому Лана все эти годы предохранялась.
– А Аша нет. Так что тебе не понять ее несчастья.
Но Руслана не дала себя смутить:
– У ее мужа есть сын. Попробовала бы с ним сблизиться!
– Он взрослый парень.
– В детдомах полно малышей. Пусть осчастливит одного или нескольких – не усыновит, но возьмет над ними шефство. Для этого придется из дома выйти, но это же ничего? Ходить Аша умеет, просто ленится. Как и языки учить. Лучше сидеть у телевизора, поедая сладости, чем делать что-то полезное.
Она сама не заметила, как начала осуждать Ашу. А ведь совсем недавно жалела. Сидит, бедная, в четырех стенах, от безделья мается. Поговорить, кроме горничной да редко бывающего дома мужа, не с кем. Друзей завести не может, детей тоже…
– Надо мне быть добрее, – осадила саму себя Руслана. – И понятливее. Человеку психику сломали еще в детстве. – Она тяжко вздохнула. – Не мне ее осуждать.
– Правильно говоришь. Я себя тоже одергиваю, когда думаю о тебе: здоровая бабища, с профессией, с живыми, любящими тебя родственниками, с жильем, пусть и плохоньким, а все жизнью недовольна. Мужика ей для полного счастья не хватает, видите ли.
– Я такого не говорила никогда.
– Тебя глаза выдают. Смотришь на них, как голодная на кусок мягкого хлеба. Гуля тебя шмарой считает, а ты просто несчастная. Не получается у тебя радоваться тому, что имеешь. Работу ты всегда можешь найти. И душ несчастный поставить. А с мужиками беда. Вот и смотришь на них, облизываясь.
– Нет, ошибаешься. – Она криво усмехнулась. – Я просто шмара.
Хотела добавить: «Так что сторожи от меня своего Герасима!», но не стала. Еще не хватало, чтобы Санти и в нее чем-нибудь запустила. Не ведром, так пиалой.
Из гостиной послышалось жужжание. Это Чапай ехал на своем чудо-кресле. В движение оно приводилось нажатием кнопки, но чудо было не в этом. И не в космическом дизайне. Кресло само огибало углы, останавливалось перед препятствиями, некоторые преодолевало. Благодаря тому, что одна рука Василия Ивановича действовала, он мог самостоятельно передвигаться по квартире, в том числе пользоваться лифтом.
Въехав в кухню, старик что-то сказал. Лана не научилась его понимать. Санти – да.
– Марии нет, она по делам уехала, – ответила она Чапаю. Тот издал очередной протяжный звук. – Ярослав где-то в доме. Поискать? – Василий Иванович кивнул. Санти удалилась.
– Хотите перекусить? – спросила Руслана.
Чапай указал на рот, затем опустил палец на шею.
– Пить хотите? – поняла Лана. – Сок, вода, чай?
Старик отверг все из предложенного.
– Компот вроде оставался.
Тут Чапай что-то замычал. Как поняла Лана, хотел он именно его.
Она налила компот в стакан, сунула в него трубочку, поднесла ко рту старика. Он начал, причмокивая, пить. Выдул все. Не отказался бы от добавки, судя по взгляду, но больше не осталось. Так Лана поняла, что нужно еще варить.
Вернулась Санти. За ней шел Ярик. На голове все те же наушники, в руке бутылка колы, но пустая. Он принес ее, чтобы выкинуть. Парень был на удивление чистоплотным. Никогда за собой не оставлял свинарника. Ел аккуратно, хоть и на ходу. Грязную посуду сам возвращал. Не то, что мачеха.
– Дед, ты чего хотел? – спросил Ярослав, взяв из холодильника целую бутылку. – Компьютер тебе нужен? – Он посмотрел на женщин. – Я его неправильно понял? Зачем деду…
Старик стал издавать громкие звуки. Кричать?
– Да, ему нужен компьютер, чтобы посмотреть диск, – перевела Санти.
– Ниче се… Диск! Они еще в ходу? – Парень крутанул крышку, порадовался шипению, после чего сделал глоток газировки. – Принесу, не волнуйся. Есть у меня древний ноутбук с дисководом.
Он ушел. Чапай укатил. А женщины вернулись к своим обязанностям.
Глава 4
Сегодня она была во всеоружии.
Прическа, водостойкий макияж, декольте глубже обычного, а на шее тонкая цепочка со сверкающим кулоном. Он подмигивает из ложбинки, привлекая мужской взгляд.
Но Лана не хотела выглядеть доступно, только привлекательно. Пожалуй, она отказала бы шефу Али, предложи он ей интим. Она хочет за него замуж, а с секса серьезные отношения не начинаются. Еще вчера она готова была переспать с Мухаммедом, а сегодня одумалась. Если с ним у нее получится романчик на две-три встречи, она будет долго… очень долго страдать. И навязываться. И обманывать себя. А, может, и его, если секс будет без презерватива. Руслана никогда не вводила своих партнёров в заблуждение, говоря, что залетела, но никто из них ей и не нравился так же сильно, как Мухаммед Али.
– Прекрасно выглядите, Руслана, – отвесил он комплимент «будущей жене».
– Спасибо. – Про себя добавила: «Я старалась».
– Меню для приема составлено?
– Нет.
