Настя ясно слышала нарастающий шум за стеной.
— Подожди, Наташа, я сейчас вернусь. Там, кажется, девчонкам заняться нечем.
Едва Настя показалась в группе, как все дружно закричали:
— Мы уже разукрасили!
— Молодцы, — похвалила Настя, охватив взглядом разноцветные куски картона, уже начинающие напоминать фасад маленького домика. — А теперь возьмите нитку.
Настя сама взяла в руки нитку и приложила ее к уголку вырезанного из картона фасада.
— Приложите нитку… Вот так, как я. А теперь протяните ее из одного угла к другому. Так, хорошо. Обрежьте ножницами… А теперь вырезаем из картона полоску точно такой же длины. Осторожно…
Когда девочки закончили работать ножницами, Настя снова решила на некоторое время их покинуть, потому что Наташа за прошедшие десять минут уже два раза выглядывала из двери спальни.
— Вечно ты с ними возишься, — беззлобно проговорила она. — Посмотри вон, в других группах воспитатели — положат листок бумаги и карандаш — и уходят на час, а то и на два…
— И что же здесь хорошего? — удивилась Настя.
— Да ничего… Это я так, — извиняющимся тоном произнесла Наташа. — Слушай, Настя, совсем забыла… Я ведь сейчас видела твой фантом.
— Мой — что? — не поняла Настя.
— Ну, этого твоего… Уж не знаю, как его назвать. Тайный воздыхатель.
— Мой тайный воздыхатель? — Настя все еще не понимала. — Да ты про кого говоришь-то?
— Ну вот, уже забыла, а то все переживала, что он за тобой следит, проходу не дает… Ой, что с тобой, Настя?
Наташа подскочила к ней вовремя — еще секунда, и Настя упала бы плашмя. Она так сильно побледнела, что Наташа не на шутку испугалась.
— Да что с тобой?!
— Ничего… — едва слышно прошептала Настя, — просто… голова что-то закружилась.
Настя, оперевшись на спинку кровати, опустилась вниз. Сказочный лесной домик для маленькой принцессы в тот день они так и не доделали…
Настя решила выйти из здания через черный ход — им обычно пользовались редко — за все время, пока она работала в детском саду, лишь один раз, когда ремонтировался потолок в центральном вестибюле.
— Наташа, ты должна мне помочь.
Наташа смотрела на нее широко раскрытыми глазами. По тому, как сильно побледнела Настя, как тревожно и беспомощно потускнели ее глаза, Наташа наконец поняла, что дело серьезное.
— Настя, пожалуйста, расскажи мне, что случилось? Я тебя не понимаю!
— Не сейчас, Наташа. В другой раз — обязательно, а сейчас извини — мне нужно как-нибудь незаметно отсюда уйти. Ни в коем случае… Он ни в коем случае не должен меня увидеть. Нужно что-нибудь придумать, Наташа.
— Значит, это правда? Правда то, что он за тобой следит?
— Конечно, правда! Или ты до сих пор думаешь, что я все это придумала?
— Но почему? — недоумевала Наташа. — Я не понимаю… Это как-то связано с Игорем?
— Связано, — подтвердила Настя, — только, Наташа, прошу тебя, не сейчас.
— Ладно. Подожди, я пойду посмотрю в окно — может, он…
— Не вздумай! — почти прокричала Настя. — Даже не вздумай, слышишь?! Лучше сходи к Петровичу и возьми у него ключ от запасного выхода.
Наташа стрелой помчалась добывать ключ, а Настя, вернувшись к девочкам, попросила их аккуратно сложить все недоделанные домики. Девчонки явно расстроились — об этом свидетельствовал недовольный гул, разносящийся по группе.
— На самом интересном месте… — жалобно протянула Оля Головина. — Еще немножко, и домик был бы похож на домик, а так — вообще ни на что не похож!
— Завтра, — пообещала Настя, — завтра мы обязательно доделаем домик, разукрасим его и сделаем на площадке возле входа маленький цветочной садик. А сегодня, девочки, у меня нет времени.
Дверь приоткрылась — в проеме показалось лицо Наташи.
— Здравствуйте, Наталья Геннадиевна! — нестройным хором приветствовали дети только что замеченную воспитательницу. Наташа поздоровалась и махнула Насте рукой.
— Вот ключ, пойдем, я тебя провожу… Послушай, может быть, нужно было тебе такси вызвать?
— Да нет, я как-нибудь сама…
Настя застыла в нерешительности — куда ей теперь идти? Домой? Но дома он ее найдет, в спортшколе — тоже. Везде… А может быть, нет смысла скрываться?
В который раз она пожалела о том, что не рассказала Олегу про Власова. Если бы он знал, то непременно что-нибудь придумал, а если бы даже и не придумал — все равно сейчас Насте было бы не так тяжело. В эти минуты она, как никогда, чувствовала необходимость в поддержке. Ей так нужно было с кем-то поделиться, кому-нибудь рассказать наконец обо всем, что ее мучает. Но только вот кому? Олег сейчас на работе, а Наташа, несмотря ни на что, все же показалась ей совсем не походящей кандидатурой. И тут Настя поняла, кто может ей помочь.
Конечно же, как она могла забыть — Сергей Сергеевич! Он не просто выслушает и посочувствует — он непременно поможет, посоветует, как быть! И как это она раньше до этого не додумалась!
— Знаешь что, Наташа, я сейчас поеду в спортшколу. Ты телефон знаешь?
— Знаю, — подтвердила Наташа.
— Если что — звони.
— Если что — это что?
— Ну, не знаю, — раздумывая, ответила Настя, — если что-нибудь произойдет.
— Хорошо. Ни пуха!
Наташа смотрела на Настю широко раскрытыми глазами, в которых застыл настоящий страх. Настя же, к своему удивлению, заметила, что страха уже нет — наверное, за прошедшее время он стал для нее настолько привычным и естественным состоянием, что она его уже и не чувствовала, как человек не чувствует своей кожи — Настя словно срослась с ним.
Выскочив из здания детского сада, она потихоньку зашла за угол и прошмыгнула мимо темного силуэта Власова. Скрывшись за кирпичными гаражами, прошла, пригнувшись, еще несколько шагов, а затем вдоль жилых домов пробралась к остановке трамвая. Власов ее не заметил — она была уверена, а потому облегченно вздохнула.
Вскочив на подножку первого попавшегося трамвая, она проехала пару остановок и вышла — трамвай оказался не тот, что был ей нужен, и все же теперь она могла не волноваться, что ее заметит Власов. Достаточно долгое время она простояла на остановке, пристально вглядываясь в лица окружающих ее людей.
Эта привычка — рассматривать людей — появилась у Насти совсем недавно, с тех пор как она начала ездить на работу в транспорте. В транспорте печем было заняться, и, чтобы не скучать, Настя придумала себе забаву — из множества окружающих лиц она выбирала одно, не обязательно самое красивое, но обязательно самое интересное лицо. Внимательно разглядывала этого человека и начинала придумывать какую-нибудь историю.
