«К примеру, вот эта дамочка. На вид ей не больше тридцати пяти лет. Но на самом деле, наверное, уже за сорок. Молодец, как хорошо выглядит… Наверняка у нее есть любовник. Или муж, которого она обожает, — не важно, но по крайней мере любимый мужчина. Иначе у нее просто не хватило бы силы воли для того, чтобы постоянно так ухаживать за собой. Она это делает для кого-то… Хотя, с другой стороны, может быть, у нее, наоборот, никого нет и она мечтает понравиться мужчине. Интересно, а как я сама буду выглядеть, когда мне будет сорок с лишним лет? Наверняка ужасно. Эта женщина по крайней мере не курит — у нее замечательный цвет лица. А у меня лицо будет свинцового цвета — от постоянной нехватки кислорода… Может быть, зря я поехала на работу?» — как-то не совсем кстати подумалось Насте.
Ну нет, уж лучше поработать со своими девчонками, которые ловят каждое ее слово, чем сидеть в одиночестве в пустой квартире, прислушиваясь к свисту ветра за окном и ощущая себя какой-то букашкой в огромном холодном мире. Здесь она по крайней мере точно знала, кто она — она тренер, Анастасия Николаевна, ее уважает директор и любят дети.
— Следующая остановка — «Соборная», — проскрипело в микрофоне, и Настя, досадливо поморщившись, направилась к выходу — первый раз в жизни она проехала нужную остановку, теперь придется возвращаться.
Она влетела в здание спортшколы так стремительно, что едва не сбила с ног одну из своих воспитанниц.
— Ой, здравствуйте, Анастасия Николаевна.
— Здравствуй, Яночка, — на ходу ответила Настя и помчалась в директорский кабинет. Подергав за ручку, она с недоумением констатировала, что в кабинете никого нет. Но в этот момент чья-то сильная рука легла на ее плечо. Вздрогнув, Настя обернулась и увидела такое знакомое — почти что родное — лицо Сергея Сергеевича. Увидела — и едва не расплакалась, потому что в ту же секунду поняла — она ничего ему не расскажет. Просто не сможет рассказать про себя такое. Потому что еще не знала, что ее ожидает. Несмотря ни на что, Настя не могла быть уверенной в том, что в ближайшие несколько дней ей не придется стрелять по живой мишени. Потому что на другой чаше весов лежала другая жизнь — жизнь ее ребенка.
В кабинете директора зазвонил телефон. Сергей Сергеевич торопливо повернул ключ в замке и, подбежав, снял трубку.
— Полякова? Да, здесь, минутку. Тебя, Настя. — Он протянул ей трубку.
Настя удивленно вскинула брови и тут же облегченно вздохнула, услышав голос Наташи:
— Настя, он сейчас заходил, спрашивал тебя. Я ему сказала, что тебя сегодня не было и не будет. Настя, я чуть в обморок от страха не упала!
— Да брось ты, Наташа, он же совсем не страшный. — Настя пыталась шутить, с удивлением подумав о том, что теперь, когда Власов находится далеко, а рядом, в двух шагах, стоит Сергей Сергеевич, ситуация представляется ей не настолько ужасной. — Спасибо, Наташа. Ты все правильно сделала.
— Что, жених? — поинтересовался Сергей Сергеевич.
— Жених?! — Настя от души рассмеялась над его предположением. — Ну, если можно так сказать…
— Ты что сегодня так рано, Настенька? Я тебя после обеда ждал.
— Так получилось, — коротко ответила Настя. — Я вижу, там мои девчонки в зале.
— Ну да, их ведь отсюда танком не выгонишь — ни свет ни заря приходят.
— Соревнования на носу, — пояснила Настя с таким видом, как будто бы Сергей Сергеевич в стрелковом спорте был дилетантом. — Ладно, я пойду с ними позанимаюсь.
— Да ты подожди! — Он легонько тронул ее за плечи. — Подожди, давай с тобой хоть чаю выпьем. Я тебя последнее время так редко вижу!
Вздохнув, Настя согласилась, поймав себя на мысли о том, что ей почему-то тяжело находиться наедине с тренером — как будто она перед ним в чем-то виновата. Странное и совершенно отчетливое чувство вины Настя могла объяснить только одной причиной — ведь если разобраться, она обманывала Сергей Сергеевича. Постоянно твердила, что у нее все в порядке, несмотря на то что последние несколько месяцев жила в настоящем аду. Искала сочувствия — и в то же время отвергала малейшую попытку помощи с его стороны. И все же она не чувствовала в себе сил рассказать ему правду — по крайней мере в тот день она так и не решилась сделать это.
Настя быстро переоделась в тренерской. Так, спортивный костюм, кроссовки… Нужно будет не забыть сунуть после тренировки в сумку носки и футболку, постирать их. Она привычным жестом поддернула немного рукава легкой спортивной курточки и вышла в зал.
— Девочки! Я тут! — позвала она своих питомиц, увлеченно кувыркающихся на матах в углу зала.
Разгоряченные возней девчонки подбежали к ней.
— Так, птенцы. Разминочка, десять кружочков, потом половина группы за гантели, половина — отжиматься. Поехали!
Девчонки послушно принялись делать разминочные упражнения, а через пять минут затрусили цепочкой вокруг зала. В Настиной группе была новенькая, Яна Гуськова, к ней нужно было присмотреться повнимательнее.
Пробежка закончилась. Девчонки неохотно принялись за упражнения с гантелями, а те, кому их не хватило, с еще меньшим рвением начали отжимания от пола. Среди них была и новенькая, которая внимательно присматривалась к остальным, стараясь делать все в точности так же, как и они.
— Девочки, побольше старания! — подбодрила их Настя. — Если кто-то на полу заснет, будить не буду! Так, так! Лена, локоть не отводи… Молодец, Яна, все правильно… Девчонки, вы же сами знаете — не бывает стрелка со слабыми руками.
Настя знала, что сегодня ее подопечные будут потихоньку ворчать на нее, потому что она запланировала на эту тренировку отработку стрелковой стойки, а девчонки, как всегда, рвались пострелять. Но вот этого разрешать им нельзя. Усвоят неправильные навыки, придется переучивать. А Настя по своей предыдущей группе знала, какая это морока.
— Все, птенцы, достаточно. Отдышались немного — и в стойку. Сегодня работаем без оружия.
— У-у-у, — раздалось нестройное гудение недовольных девчонок.
В самом начале своей тренерской работы Настя, быть может, и поддалась бы на уговоры своей группы, сократив время занятий без оружия, чтобы выкроить его для тира. Однако теперь, когда у нее уже появился некоторый опыт, она не собиралась этого делать, хотя могла бы. С пистолетом закрепляются все недостатки неправильной стойки, это она знала точно. Вот и не стоит их закреплять.
— Не «у-у-у», а встали, девчонки, встали. Яна, подожди пока, я тебе помогу. Света Фролова, правый носок разверни и подайся чуть вперед. А ты, Света Яковлева, не заваливай локоть, у тебя при такой стойке мушка вверх пойдет.
