— Угу. Вот а теперь ты мне скажи… Ну и нафига мне этот турнир? И, главное: что лично я с него б поимела, даже выиграй я его? Уже молчу, что меня абсолютно не привлекают ни синяки, ни переломы, ни даже царапина на ноге, которая заживёт завтра… Знаешь, у нас в семье пословица есть. Только не обижайся, — как-то по-взрослому смеётся она. — Стаями тусуются только воробьи, ну ещё вороны. А орлы — они в одиночестве и в вышине. — Анна задумчиво чешет нос. — Ладно. Давай с тобой съезжу, как секундант. Может, и стоит развеяться, — без какого-либо перехода заключает она.
Похлопав друг друга по спине и договорившись о взаимодействии в процессе подготовки, хлопаем друг друга по ладони и прощаемся.
_________
Беседа в одном из столичных особняков. Элитный район.
— Ну что, есть информация? — более молодой собеседник старательно смешивает стеклянной палочкой овощное пюре с соком в специальной пиале.
— Пока только предварительные прикидки. Точной сетки ещё нет, не все заявились на участие. — Мужчина постарше, но внешне похожий на молодого, грузно садится на пустой стул.
— В смысле, не все заявились? Как это возможно?!
— Ну, не все подтвердили участие. Приём заявок уже закрыли, да. Но ещё ж этап подтверждения есть. Вот пока процентов тридцать остаются в подвешенном состоянии. Кто медицину не прошёл, кто ещё вообще не доехал.
— Ладно… Давай тогда ориентироваться на тех, кто уже точно участвует. Есть мысли по откровенным аутсайдерам?
— Да. Есть такие мысли. Вот тебе из разряда сенсаций: в общий зачёт заявился какой-то простодыра.
— Э-э-э, как ты сказал?..
— Неодарённый. Причём, апломба там на два Совета Директоров. Его, говорят, на стартовой квалификации допускать не хотели даже. Но он всё равно пролез.
— А зачем это дурачку? — сейчас спрашивающий действительно искренне удивлён. — Не боится сдохнуть? Или искренне дебил?!
— Ой, там мутная история. Судя по деталям, всё равно ничего не выкопаем — я и вопросов задавать не стал.
— Ну не тяни! Из тебя что, всё надо клещами тянуть?
— В общем, он из того самого муниципалитета, который сейчас под Меморандумом. И с ним секундантом приехала младшая Хаас.
— Ух ты!
— Ну. Дальше так. В программе он заявлен не от их Клана, а вообще от Министерства Обороны. Получается, типа как федерал.
— Как интересно, — многозначительно двигает бровью молодой. — Из муниципалитета под Меморандумом — но федерал. Какой-то вояка, поди?
— Боже упаси… пацан ещё, несовершеннолетний. Он от кафедры какой-то тамошнего Корпуса. Выставила его та кафедра, а Министерство участника согласовало и подтвердило. Исходя из своих внутренних данных по этому участнику; там типа засекречено, кто он.
— Занятный способ самоубийства, — задумчиво выдаёт молодой через несколько секунд. — Ну и хорошо. Сможем сделать, чтоб я с него начал? Нас как-то в сетке можно свести в первый день?
— Не хочешь напрягаться на старте? — в голосе старшего мужчины слышны чуть покровительственные нотки.
— Да. Не хочу.
— Хорошо, сделаем. — Пожимает плечами собеседник. — Не финал. По крайней мере, постараемся. Как ни смешно, но с ним пока никто не рвётся столбить место.
— Опасаются какого-то подвоха?
— Видимо, да. Хотя, сейчас тот редкий момент, когда я с тобой солидарен на все сто. Нашли кого бояться…
— А сами Хаас не участвуют?
— С чего бы? У них только девка эта, брат её уже вырос же. А она вообще не по этой части, насколько я знаю.
— Годится… В общем, заявляй меня так, чтоб я на тот муниципалитет в первый день попал? На этого пацана желательно первым.
Глава 29
— Далеко? Надолго? — Фельзенштейн, попросивший зайти к нему в ангар, как обычно, делает три дела одновременно.
Гоняя по кругу две группы дронов, он, как я понимаю, занимается тем, что у нас называется тренировкой. В принципе, вести столько объектов синхронно, да так бросать их на цель… скажем, видна набитая рука опытного человека. Со специально под этот вид деятельности заточенными рефлексами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
С другой стороны, я в его специальности и ноль без палочки. Может, на самом деле это всё и не так сложно; просто я б на его месте так же смог далеко не сразу.
Во-вторых, он вовсю общается сразу в нескольких чатах текстом, причём на паре языков. Один из них — Всеобщий; второй, как понимаю, его родной (судя по абсолютно нечитаемому для меня алфавиту).
В-третьих, он параллельно общается со мной (из-за чего и хотел, чтоб я к нему зашёл).
— Турнир, Столица. Если хочешь, зайду попозже, если ты занят. — По себе знаю, когда делаешь несколько дел одновременно, лучше бы твой собеседник говорил коротко.
— Нет, не надо попозже… ты мне не мешаешь…
Он отправляет команду аппаратам заходить на посадку, для чего раскрывает крышу ангара. Чаты тоже сворачивает волевым решением руки.
— Об этом и хотел поговорить. — Моше указывает на летящие вниз аппараты, откидывается в кресле и, сложив ладони перед собой, барабанит пальцами одной руки о другую. — У меня готов парк дронов для почтовых услуг, как мы обсуждали. Я бы хотел запустить скромный пилот на пробу прямо сейчас. Скажем, клиентов сорок, только постоянных, в тестовом режиме.
— Упс. Не ожидал, что будет так быстро, — признаюсь. — Я думал, ты ещё с месяц аппараты собирать будешь?
— С чего это вдруг? — удивляется он. — Тут требования на порядок ниже чем те, что у нас с тобой были… — он не развивает мысль, понятную обоим. — Живучесть вообще неважна. Надёжность в эксплуатации тоже вторична. Сделал по-быстрому, из говна и палок, что у вас в широком обороте есть. По самым низким ценам закупался. Часов пятьдесят моторесурса на единицу есть — и хватает. А там, если всё пойдёт, масштабироваться будем уже из нормальных материалов. — Он требовательно смотрит на меня, ожидая ответа.
— Ничего себе… Я просто по аналогии думал. Не ожидал, что гражданское назначение встанет настолько проще.
— Ну так конфиденциальность нам неважна, — пожимает плечами он. — Если аппарат сгорит и рухнет — лишь бы не на голову кому. С тем же блоком РЭБ можно вообще не надрываться, я вашей сотовой сетью воспользуюсь: они открытый контракт дают, им тема тоже интересна.
За кадром остаётся тот понятный нам с ним момент, что в нашей с ним предыдущей практике текущая дислокация аппаратов была строго конфиденциальной. И, узнай о ней тот же сотовый оператор (как поставщик услуг передачи данных), в той же Столице всё могло закончиться намного сложнее.
— Не подумал. Каюсь.
— Ну хорошо, что я угадал, — нейтрально замечает он. — Что ты можешь быстро свалить — и дело повиснет. Я тактичный, — он улыбается во все тридцать два и откусывает булочку, которые потребляет, кажется, десятками. — Будешь?
— Боже упаси… теста сейчас точно не буду… В чём наш затык?
— Как фоговафивались, — он наконец справляется со слишком большим куском и продолжает уже нормально. — От тебя для начала оформление документов.
— На какую тему документы?
— Во-первых, надо принимать куда-то деньги от клиентов. В вашей местной юрисдикции, а не в Израиле. У вас с этим строго. Во-вторых, есть очень интересные заказы на срочную корреспонденцию в режиме реального времени между юридическими лицами. — Моше пристально смотрит на меня с каким-то нездоровым предвкушением. — А для того, чтобы я принял обязательства в адрес контрагентов нормально — и чтобы они мне поверили — для заключения снова договора нужен кто-то местный. Два в одном, так сказать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А ничего, что я несовершеннолетний?
— Ой, не парь мозги, — отмахивается он. — Как раз это гораздо менее серьезный барьер, моё израильское гражданство. Хочешь, прямо сейчас позвоним твоей блондинке-малолетке — и она на коленке двадцать три схемы нарисует, как всё сделать? И ещё про сто три сходных на словах расскажет?
